Глава 1401. Спишь в Гостиной

В глубине души, Цай Аньци всегда смотрела на Ван Бо свысока и считала, что, выйдя за него замуж, она опустилась на статус ниже. И что единственное правильное поведение Ван Бо – это обожать её, защищать её, и выслушивать любую её прихоть.

Но теперь он даже посмел ударить её. Цай Аньци почувствовала себя оскорблённой и была в такой ярости, что хотела просто содрать с него кожу заживо.

Это что, чёрт возьми, сейчас было?

Проще говоря, Цай Аньци считала, что она заслуживает мужчину получше. Мужчину, у которого есть деньги, власть, внешность, и который знает, как быть романтичным, и всё же, она вышла замуж за мужчину, у которого нет ни одного из этих качеств.

И он даже ударил её.

Когда Ван Бо увидел, как Цай Аньци жалобно держится за свою щёку, он сам разочаровался в себе. Его сердце начало болеть за Цай Аньци, и он начал многократно извиняться.

— Аньци, я не хотел. Не плачь.

— Тогда отдай мне свою зарплатную карточку, — тут же сказала Цай Аньци резким тоном.

Она не собиралась так легко отпускать тот факт, что он её ударил.

Ван Бо нахмурил брови и долгое время не знал, как ей ответить. Когда Цай Аньци увидела, что он так замешкался, она ещё больше расстроилась и агрессивно вытолкала его из спальни.

— Сегодня ты спишь в гостиной.

Затем она захлопнула дверь с громким стуком.

Ван Бо стоял у закрытой звери и взволнованно взъерошивал свои волосы. Он хотел постучаться в дверь, но он чувствовал себя виноватым за то, что ударил Цай Аньци.

У Ван Бо не осталось иного выбора, кроме как снова лечь спать на диване.

Нин Шу принесла летний спальный матрас и подушки, разложив их на полу, и сказала Ван Бо:

— Не спи на диване. Он неудобный.

— Мам.

Когда Ван Бо увидел Нин Шу, на его лице появилось обеспокоенное и виноватое выражение.

Нин Шу понимающе улыбнулась и сказала:

— Парочки, живущие вместе, должны поддерживать друг друга. Им нужно компенсировать недостатки второй половинки и сопровождать друг другу на протяжении всей жизни. И если кто-то из них начинает думать иначе, то брак долго не протянет.

Нин Шу посмотрела на Ван Бо.

— Как тогда, когда твой отец влюбился в другую. В нашем с ним браке не осталось смысла, даже если бы мы смогли остаться вместе. Я видела, как твой отец томится от любви к другой женщине, и мне было грустно. Поэтому, когда наш брак закончился, я даже почувствовала себя лучше. У меня нет какого-то конкретного желания, но я просто хочу, чтобы ты был счастлив.

Ван Бо тяжело вздохнул с усталым видом. Он выдавил из себя улыбку и сказал Нин Шу:

— Я понимаю.

— Отдохни, как следует.

Нин Шу не удосужилась спрашивать у Цай Аньци, почему она заставила её сына спать на диване в гостиной.

Это бы поставило Ван Бо в ещё худшую ситуацию. Ван Бо был не очень умным, и совсем не был уравновешенным. Он бы ни за что не смог разобраться в противоречиях между двумя женщинами.

У свекровей и невесток всегда будут свои различия. И вполне естественно, что у них была непримиримая "классовая борьба".

Ян Цзыи всю свою жизнь посвятила сыну и ей приходилось мириться с мыслью, что "появление невестки равноценно смерти сына".

В итоге, её любимый сын был полностью растоптан этой женщиной. Кем эта старая женщина считала своего сына?

Женщина без самоуважения и любви к себе смела вести себя благородно и величественно перед её сыном.

На следующее утро Нин Шу сделала завтрак для Ван Бо. Ван Бо глянул на закрытую дверь в свою спальню и замешкался, но, в итоге, всё равно постучал.

Цай Аньци всё ещё кипела от гнева. Когда она открыла дверь, на её лице было ужасное выражение. От этого у Ван Бо тоже испортилось настроение с самого утра. Его изначальным намерением было извиниться перед ней, но, судя по её виду, он понял, что она, вероятно, не станет его слушать.

Ван Бо вошёл в комнату, переоделся и ушёл на работу, не проронив ни слова.

Цай Аньци с недоверием наблюдала за тем, что Ван Бо вот так просто ушёл. Она снова почувствовала себя на пике гнева. Да что у него за отношение такое?

Нин Шу увидела красную отметину на лице Цай Аньци, которая явно была сделана Ван Бо этой ночью.

Цай Аньци заметила взгляд Нин Шу на своём лице. Она раздражённо закатила глаза и снова захлопнула дверь в спальню.

Но Нин Шу не было до этого дела. Если та не хочет есть, так тому и быть.