Глава 9. Слюнки потекли
Из пасти потекла слюна.
Прошу прощения.
Но что поделать, если аж слюнки текут?
Как истинный джентльмен, я вытер слюну с уголка пасти хвостом.
Среди веб-новелл, которые я читал, было немало уся.
А главный герой, съев внутреннюю пилюлю, обычно на её силе переживал полное перерождение.
Может, если я съем эту штуку, тоже стану сильнее?
Даже если человеком не стану, вдруг эволюционирую в Великую Белую Суперзмею?
Когда я пустил слюну, сколопендр-молодожён настороженно шевельнул усиками.
Неужели он подумал, что я собираюсь отнять у них внутреннюю пилюлю?
Какое обидное недоразумение.
Я не стану грабить хороших соседей.
А предложу честную сделку.
Потыкал в галлопер-ястреба, который одним видом обещал быть вкусным, и указал хвостом на внутреннюю пилюлю.
Обмен один к одному.
Я вам курочку, а вы мне ту пилюлю. Как вам?
Вообще-то я собирался подарить птицу, но раз уж ситуация изменилась, решил проявить гибкость.
Клац-клац-клац!
Однако супружеская пара защёлкала зубами.
Выглядело так, будто они возмутились: мол, что за бред.
Ну да, даже по-моему, ценность немного неравная.
Я оставил тушу галлопер-ястреба и отступил.
Просто ешьте.
Я пошутил.
Тогда сколопендра-новобрачная осторожно схватила тушу и забрала её.
И именно в этот момент...
Ку-ка-ре-ку-у-у.
Снова раздался петушиный крик.
У местных кур вообще нет понятия времени?
Орут и на рассвете, и ночью, не разбирая.
Кажется, он совсем недалеко. Надо будет как-нибудь найти его и проверить, какой он на вкус — настоящий цыплёнок.
Я попрощался с парой сколопендр.
Доброй ночи~
И постарайтесь больше не устраивать любовные сцены на улице.
Сколопендры, повторяя за мной, слегка склонили головы.
Похоже, они и правда понимали, что я прощаюсь.
Я заполз в дупло.
Сегодня утром вход точно был расширен, но всего за полдня протискиваться туда снова стало немного трудно.
Вот бы найти дом попросторнее...
Но, несмотря на это сожаление, я был так вымотан, что быстро провалился в сон.
***
......
Среди пяти великих гиблых земель континента Великий Лес обладает одной особой чертой.
Богатством растительности.
Даже если оставить в стороне бесплодную «Пустыню», изобилие Великого Леса значительно превосходит и «Горный хребет», и «Степь».
По площади Великий Лес уступает только Пустыне и «Мёрзлой земле». Иными словами, среди пятерки он занимает третье место.
Однако если подсчитать число обитающих там чудовищ, будет разумно предположить, что их окажется в десять раз больше, чем всех чудовищ Пустыни и Мёрзлой земли вместе взятых.
Это стало возможным благодаря тёплому и влажному климату, из-за которого растительность там особенно густая. Но следует отметить: широта Великого Леса вовсе не так уж низка.
На самом деле владение Грейлим, расположенное на крайнем востоке королевства и граничащее с этой гиблой землей, даже в разгар лета отличается прохладным климатом.
Но чем дальше на восток, через примыкающий к владению лес сиджа и к самому Великому Лесу, тем резче повышается температура.
Многие учёные пытались выяснить причину этого явления, однако ясного ответа до сих пор нет.
Самая вероятная гипотеза связывает его с древней магией фей.
Говорят, народ фей, который ныне стремительно идёт к вымиранию, с древних времён селился на крайнем востоке.
В редких руинах, встречающихся в Великом Лесу, сохранились следы древности. Согласно гипотезе, в те времена они провели масштабные магические преобразования, чтобы создать климат, удобный для жизни.
Однако даже у фей, оставшихся ныне, нет древних записей, поэтому истинное положение дел неизвестно.
В разделе этой книги, посвящённом Великому Лесу, я намерен рассказать о его разнообразных чудовищах: уже обнаруженных и тех, что ждут своего открытия.
......
「Из предисловия к разделу “Великий Лес” в книге “Таинственный и чарующий бестиарий мудреца Парвиана”」
─────────────
***
Рыцарь Джайн, спутник героя Гунтера, выглядел озадаченным.
Причиной была стоявшая перед ним девочка.
Рания Грейлим, единственная дочь местного лорда.
Едва расправившись с медузой-серпентом, Гунтер снова отбыл в столицу.
Вместо себя он оставил во владении Грейлим Джайна и ещё нескольких сопровождающих.
Дни тянулись спокойно, но рыцарь всё равно время от времени попадал в неловкие ситуации.
Всё из-за этой юной госпожи, похожей на проказливого мальчишку.
Говорили, что в детстве она была болезненной и несколько раз едва не умерла. Может, поэтому?
Вместо того, что обычно нравилось знатным девушкам её возраста, Ранию безумно интересовали герои, чудовища и всё в этом духе.
— Что случилось, юная госпожа?
И всё же леди оставалась леди.
Рыцарь Джайн был обязан соблюдать учтивость.
Рания слегка присела в приветствии и сказала:
— Я хотела кое о чём спросить, рыцарь Джайн.
Ну конечно.
Он всё-таки не сдержал вздоха.
— Опять эта книга? Бестиарий мудреца?
— Да! У меня появились новые вопросы о медузе-серпенте. И о клыкастом ягуаре тоже.
— Настоящая леди не должна интересоваться такими мерзкими существами, как чудовища.
— Но я потом хочу стать героем!
Она заявила это очень уверенно.
А потом взглянула на мужчину, сидевшего рядом с Джайном, и добавила:
— Или охотницей.
— У-ха-ха-ха!
Мужчина, пыхтевший трубкой, разразился добродушным смехом.
Он был охотником, живущим здесь, в Грейлиме.
Большинство охотников на чудовищ, по сути, были почти бродягами-наёмниками, но среди них встречались и настоящие мастера.
Этот мужчина был из них, и потому Джайн его уважал.
— Зачем барышне становиться охотницей? Госпоже Рании надо стать героиней.
— Правда? Да?
— А такую грязную работу оставьте сорвиголовам вроде меня, Оливера.
Сказав это, он выпустил изо рта несколько клубов табачного дыма.
— Итак, что вы хотели спросить?
Джайн хотел поскорее отправить эту несмышлёную юную госпожу обратно.
— Вы ведь говорили, что детёнышей упустили. А что, если они вырастут в медуз-серпентов и вернутся?
— ...Ха-ха, об этом можете не слишком беспокоиться. Медуза-серпент за раз рождает тысячи детёнышей. Если бы хотя бы половина из них вырастала в таких же, королевство давно бы погибло.
— Тогда...
— Среди чудовищ есть виды, у которых путь эволюции особенно долог. В отличие от драконов, сильных уже с рождения, змеи поначалу почти не отличаются от насекомых. А медуза-серпент среди них ещё и мутант, да к тому же высший вид.
Джайн сопровождал Гунтера.
По знаниям о тварях он не уступал охотникам.
— Из тысячи детёнышей до уровня медузы эволюционирует один-два, и то если повезёт.
— Ага.
Тут вмешался Оливер.
— Рыцарь, это если судить по Горному хребту. В Великом Лесу всё иначе.
— ...Правда?
Несмотря на поправку, Джайн не выглядел особенно задетым.
— Чудовища Великого Леса эволюционируют очень по-разному. Дети медузы-серпента вовсе не обязаны становиться такими же. Вы ведь это знаете, госпожа?
Рания кивнула.
Джайн тоже.
— В Великом Лесу богатая растительность, поэтому и видовое разнообразие там самое большое. К тому же добычи много, и сильных тварей рождается немало. Думаю, из тысячи детёнышей больше пяти дорастут до уровня медузы-серпента.
— Звучит действительно жутко.
— А ещё среди них может появиться тот, кто эволюционирует в совершенно неожиданном направлении. И станет чем-то выше матери.
— Вроде левиафана?
Глаза Рании заблестели.
Левиафан был легендарным чудовищем, о котором говорилось и в книге, которую она держала.
Огромное и могущественное: змея, покоящаяся в море, настолько велика, что, если поднимет своё тело, уровень воды во всём мире резко упадёт.
Оливер усмехнулся.
— Да, возможно, вроде левиафана. Но Змей Апокалипсиса, скорее всего, всё-таки не существует.
— Э-э-э... Но он же в книге описан.
— Не всё, что написано в книгах, правда. А, точно. Кстати, начальник стражи ведь говорил, что среди детёнышей была одна белая особь.
— Кажется, да?
Начальник стражи получил взыскание за то, что упустил нескольких змеёнышей.
Однако лорд прекрасно знал, на что тот человек способен. Скорее всего, наказание скоро снимут.
По его словам, среди детёнышей был один белый.
— Он выглядел маленьким и слабым, но такие как раз опасны.
— Почему?
— Велика вероятность, что это мутант. А мутанты всегда дают неожиданный результат.
— Если он был маленьким и слабым, разве он не погиб там же?
— Если выжил — и если эволюционирует, всё изменится. Проблема чудовищ в том, что они могут становиться сильнее. Чем слабее существо в начале, тем больше у него пространства для эволюции. А значит, тем опаснее оно может стать.
Охотник, который до этого всё время посмеивался, стал довольно серьёзен.
Он затянулся трубкой и спросил:
— А вы, госпожа, и правда очень интересуетесь медузой-серпентом.
— Потому что мои любимые чудовища — змеиные.
— Ого, у вас отличный вкус.
Джайн, слушавший их разговор, почувствовал, как у него начинает кружиться голова.
Разве это разговор для благородной юной леди?
— А, точно, у меня ещё вопрос. Это тоже чудовище змеиного типа?
Она раскрыла книгу и показала одну страницу.
На ней были описание и иллюстрация чудовища.
— Кокатрикс.
— Угу. Я не поняла, относится он к змеиному типу или нет.
— Змеиным его назвать нельзя. Скорее уж химерным. Очень редкая тварь. Говорят, встреча с ним заканчивается одним из двух.
— Чем?
— Либо тебя убивают и съедают, либо ты становишься баснословно богат.
— Баснословно... богат?
Оливер как раз собирался объяснить.
— Госпожа!
Служанка, задыхаясь, подбежала к Рании.
— Сегодня у вас урок чайной церемонии! Как вы могли сбежать?
— Я-я просто забыла.
— Тогда скорее идёмте.
— Если дашь мне совсем немного времени...
— Нельзя!
Девочка ушла с несчастным видом.
Глядя ей вслед, Оливер снова разразился добродушным смехом.
Когда Рания исчезла, вокруг снова стало тихо.
И в этой тишине Джайн подумал:
«Так что там, чёрт возьми, про баснословное богатство?!»
Историю оборвали на самом интересном месте.
Но гордость молодого рыцаря не позволила ему переспросить.
Джайну оставалось только мучиться этим в одиночку.
Ку-ка-ре-ку-у-у.
Я спрятал голову между кольцами собственного тела.
У змей уши, в отличие от других животных, находятся где-то у костей черепа.
Может, из-за этого?
Но крик чёртова петуха был слишком громким.
Почему он вообще всё время орёт?
И ладно бы где-то далеко.
Так нет, будто совсем рядом.
Ку-ка-ре-ку-у-у-у!
Он правда стал ближе.
В тот же миг сон как рукой сняло, а чешуя по всему телу задрожала.
Я резко поднял голову.
Инстинкт выживания предупреждал меня.
Снаружи что-то есть. Что-то опасное. Уткнись башкой вниз и притворись мёртвым.
Или беги!
Инстинкт предупреждал об опасности именно таким недружелюбным способом.
Я мог выползти и понять, что за угроза снаружи.
А мог сделать вид, что ничего не знаю, и спрятаться в дупле.
Какой путь действительно спасёт мне жизнь, я не знал.
Бах!
Раздался звук, будто что-то ударило по дереву.
Не по старому дереву, где находился я, но где-то рядом дерево, кажется, треснуло и рухнуло.
Я решил не прятаться.
Осторожно выбрался из дупла.
Рассвет ещё не наступил.
Было темно, но благодаря «Зрению во тьме» я хорошо видел.
И почти сразу рядом заметил сколопендру-новобрачную.
Здравствуйте, вы случайно не знаете, что происходит?
Я хотел дружелюбно спросить именно так, но замер.
Новобрачная застыла.
И не в переносном смысле.
В самом буквальном: она окаменела.
Внутри поднялось дурное предчувствие.
Я знал только одно чудовище, способное целиком превращать других монстров в камень.
Мама?
Нет, может, папа?
Неужели отец, лица которого я ни разу не видел, вернулся встретиться с ребёнком?
— Кви-и-ик!
Раздался рёв.
Сколопендр-молодожён сражался с каким-то чудовищем.
Выглядело оно по-настоящему мерзко.
Голова петуха, тело рептилии и змеиный хвост.
Настоящий кошмарный гибрид.
──────────────
【Кокатрикс ур. 12】
──────────────
Вот как звали ночного налётчика.
***
Пол Джайна никак не уточнялся в этой главе на оригинале, его только называли по имени или рыцарем.