Глава 664. Предостережение миру
Если обратиться к истокам, то в пору основания царства Гигантского Бамбука многие Божественные Императоры лично прибывали с поздравлениями, а представители мириад рас со всех Девяти Миров спешили выразить своё почтение. Даже Бессмертные Монархи тех времён благословляли рождение этого государства.
Столь грандиозное и потрясающее событие было редкостью; далеко не каждый орден, обладающий родословной Монарха, удостаивался подобной чести в момент своего основания. Можно сказать, что многие великие школы и близко не видели такого признания.
Именно из-за своего таинственного происхождения царство Гигантского Бамбука в глазах по-настоящему великих деятелей превратилось в запретное место. Это обеспечивало стране мир и покой на протяжении многих эпох, сменяющих друг друга.
Истинно непобедимые воители не желали тревожить покой царства Гигантского Бамбука, а обычные "большие фигуры" просто не обладали достаточной силой, чтобы поднять здесь бурю. За миллионы лет Гигантский Бамбук крайне редко вступал в бой, и со временем мир почти забыл, что он является богом-хранителем страны. Для большинства людей он стал лишь прекрасной деталью пейзажа.
Но сегодня Гигантский Бамбук пробудился. И его действия повергли мир в изумление: сразить Великого Мудреца или истребить Святых Императоров для него было делом одного мгновения, не сложнее лёгкого жеста.
Кровь текла по камням, и тяжёлый металлический запах заполнил всю улицу. Этот аромат смерти так долго не рассеивался, что у многих начали подступать рвотные позывы.
— Уа-а-а... — когда шок немного отступил, многих и впрямь вывернуло наизнанку. Некоторых тошнило даже желчью, а те, кто был послабее духом, и вовсе повалились на землю, потеряв контроль над собой от запредельного ужаса.
Многие из присутствующих, придя в себя, побледнели как полотно. Великий Мудрец... Его не стало в один миг. А клан алхимиков, процветавший эпоху за эпохой, был стёрт в порошок. Даже наличие Великого Мудреца в качестве покровителя не помогло им избежать гибели.
Даже восемнадцать Королей Демонов стояли бледные — увиденное было слишком пугающим.
— Какая жалость, — Ли Цие всё так же непринуждённо сидел в своём кресле. Его голос звучал медленно и размеренно, — я человек, любящий тишину, и мне очень не хотелось, чтобы пламя войны разгорелось в этих краях. К сожалению, некоторым нужно, чтобы их собственная кровь омыла эту землю, прежде чем они поймут простейшие истины.
Договорив, Ли Цие слегка дунул на бамбуковый листок в своей руке. Листок взлетел и, плавно кружась в воздухе, медленно устремился к небу. Он выглядел таким изящным и нежно-зелёным, пока, наконец, не вернулся на свою ветку.
В этот миг листок ничем не напоминал смертоносное оружие, только что выкосившее Святых Императоров. Он казался обычным, ничем не примечательным листиком среди миллионов других.
Однако теперь каждый невольно поднимал голову, глядя на исполинское древо. Гигантский Бамбук возвышался до самых облаков, его листва едва слышно шуршала под порывами ветра. Этот звук, раньше казавшийся мирным, теперь отдавался в душах трепетом.
Теперь любой, кто смотрел на Гигантский Бамбук, делал это с глубочайшим почтением. В их взглядах не было и тени прежней легкомысленности — лишь благоговейный страх. Все осознали, что над ними не просто растение, а непобедимый дух!
Сами того не замечая, люди начали опускаться на колени перед великим древом, подпирающим небеса.
Взор Ли Цие медленно скользнул по толпе наблюдавших издалека практиков. Он неторопливо произнёс: — Царство Гигантского Бамбука — это обитель покоя и место для мирной жизни. Хотя я и не хочу, чтобы алая кровь заливала эти горы и реки, но если кто-то посмеет посягнуть на эти земли, мне будет всё равно, если кровь окрасит не только это царство, но и весь Мир Каменной Медицины, и даже все Девять Миров! Любой, кто нарушит покой этого места, будет уничтожен без пощады. Этот железный закон незыблем на протяжении веков. Так было в прошлом, так есть сейчас, и так будет в будущем!
Ли Цие говорил ровно и спокойно, но в его словах сквозила беспощадная, ледяная решимость. Эта речь была адресована не только присутствующим, но и всем тем титанам Мира Каменной Медицины, что дремали глубоко под землёй.
Неприкосновенность царства Гигантского Бамбука — это нерушимый закон! Даже если Ли Цие не будет возвращаться сюда эпоха за эпохой, он всегда будет присматривать за этим местом.
В этот миг никто не смел издать ни звука. Если раньше кто-то и считал Ли Цие безумцем, то теперь все поняли — он им не был. В его глазах ни клан Цин, ни род Хуанфу не стоили ровным счётом ничего; он даже не брал их в расчёт.
Стоявшая рядом госпожа Цзыянь была потрясена больше остальных. Она осознала нечто невероятное: Ли Цие мог командовать Гигантским Бамбуком. Он мог общаться с ним!
Как такое могло не поразить её? Ведь за миллионы лет единственным человеком, способным на подобное, был их Основатель.
Пока все пребывали в оцепенении, Ли Цие хлопнул в ладоши и приказал: — Ну что ж, на этом всё. Повесьте их тела за городскими воротами, пусть все видят, какая участь ждёт тех, кто решит посягнуть на царство Гигантского Бамбука.
С этими словами он развернулся и ушёл.
В глазах окружающих его уход выглядел так, будто он только что закончил какое-то мелкое, незначительное дельце. Он убил Великого Мудреца, уничтожил великий клан, но даже глазом не моргнул. При виде этого спокойствия сердца многих влиятельных особ невольно сжались.
Они поняли, что этот безвестный юноша по-настоящему жестокий и опасный человек, для которого лишить жизни — всё равно что раздавить букашку.
Восемнадцать Королей Демонов поспешили проводить Ли Цие обратно во дворец. Они тоже были под огромным впечатлением. Когда раньше он говорил о том, что перебьёт Предков рода Хуанфу, им это казалось нелепостью, но теперь всё произошло именно так, как он предсказывал.
Теперь в их глазах Ли Цие стал личностью запредельно глубокой и таинственной.
В тот же день по стране разнеслась весть: клан Цин уничтожен, его родовые земли обращены в руины, все его сокровища и наследие превратились в прах. Хотя женщинам и детям позволили уйти, сам клан перестал существовать. С этого дня в царстве Гигантского Бамбука больше не было клана Цин, а выжившие его члены покинули страну в ту же ночь, навсегда исчезнув из виду.
Ещё утром в государстве множились слухи, а некоторые честолюбивые вельможи подумывали о мятеже, но не прошло и дня, как во всём царстве воцарилась абсолютная тишина. Все пересуды мгновенно прекратились.
Амбициозные лорды, получив известия из столицы, дрожали всем телом. Некоторые от страха не могли устоять на ногах, обливаясь холодным потом.
Те же ордены, что сохраняли нейтралитет, теперь несказанно радовались своей осторожности. Им повезло, что они не поддались общему безумию, иначе их ждал бы тот же конец.
К вечеру у ворот императорского дворца собралась большая группа седовласых старцев. Они стояли на коленях в пыли. Здесь были главы школ, верховные старейшины-патриархи, предводители сект...
Все они когда-то либо словом, либо делом поддерживали клан Цин. Получив новости о разгроме в столице, они пришли в ужас и теперь, придя в себя, поспешили во дворец, чтобы прийти с повинной.
Никто из них больше не помышлял о сопротивлении. Судьба клана Цин была перед глазами: древний род алхимиков, стоявший незыблемо эпоху за эпохой, исчез в одночасье. Даже такой могущественный практик, как Монарх Алхимии, был убит — что могли противопоставить им обычные ордены?
Поэтому главы и Основатели сект приползли с повинной. Они были готовы отдать свои жизни, лишь бы спасти свои школы и сохранить наследие своих предков.
За одну ночь в царстве Гигантского Бамбука, где ещё вчера бурлили страсти и недовольство, воцарился идеальный порядок. Ни один практик, ни один орден не смел больше пошевелиться без позволения дворца.
Именно этого результата и добивался Ли Цие. Используя тактику "убить курицу, чтобы напугать обезьян", он железной рукой подавил любые зачатки мятежа.
— Множество глав орденов и Основателей стоят на коленях у ворот, они пришли покаяться. Как ты планируешь с ними поступить? — спросила госпожа Цзыянь у Ли Цие той же ночью.
Теперь даже восемнадцать Королей Демонов вели себя в присутствии Ли Цие с предельной почтительностью, их взгляды были полны благоговения.
— Пусть себе стоят. Поступай с ними как сочтёшь нужным, — небрежно ответил Ли Цие, — я не Владыка-Император этой страны, а ты — да. Тебе здесь и быть хозяйкой.
Глядя на него, госпожа Цзыянь лишь тихо вздохнула. В глубине души она понимала: Ли Цие не останется здесь навсегда. Наверное, в их царстве просто не нашлось ничего, что могло бы его удержать.
— Почему бы тебе не остаться? — мягко спросила она. Если бы он согласился, она бы не раздумывая уступила ему трон.
Ли Цие посмотрел на неё, помолчал, а затем перевёл взгляд вдаль. Спустя мгновение он медленно проговорил: — Я из тех, кто несёт смерть на все восемь сторон. Позади меня всегда остаются горы трупов. Моё присутствие неизбежно влечёт за собой кровавые штормы. Царство Гигантского Бамбука — это тихое пристанище, и я не хочу втягивать его в пучину убийств.
Госпожа Цзыянь замолчала. Ли Цие уже говорил нечто подобное раньше. Через некоторое время она снова подняла на него глаза и спросила: — Но тогда почему ты выбрал именно нас? Иными словами, зачем ты пришёл сюда?
Теперь она окончательно убедилась, что его появление в их стране не было случайностью. Он действительно пришёл ради царства Гигантского Бамбука, но госпожа Цзыянь не верила, что его привлекли их сокровища — она понимала, что у них вряд ли найдётся что-то способное заинтересовать такого человека.
На этот вопрос Ли Цие лишь улыбнулся и ничего не ответил. Он долго смотрел в ночную даль, погружённый в свои мысли.
Разумеется, он не мог раскрыть ей свою тайну. Глядя в пустоту, он лишь печально вздохнул про себя — всё былое давно развеялось как дым.
Прошло немало времени, прежде чем он повернулся к ней и спросил: — А почему ты так упорно хочешь попасть на съезд алхимиков?
Госпожа Цзыянь не стала скрывать правду: — На этом съезде будет одна вещь, которая мне жизненно необходима. Она нужна мне, чтобы совершить прорыв и достичь сферы Великого Мудреца.
— Ты — фиолетовый бамбук, обретший разум и вставший на Путь. Твоя суть — таинственное сокровище корня Пути, это великая редкость. С твоим талантом и происхождением ты должна была взлететь к небесам. Если я не ошибаюсь, ещё до обретения человеческой формы ты пострадала от испытания молнией. Твой корень Пути был повреждён. Хотя рана и затянулась, твоя внутренняя суть не может восстановиться сама собой. Тебе нужен предмет, наделённый небесной эссенцией, не так ли? — Ли Цие взглянул на неё и спокойно изложил суть её проблемы.