Глава 650. Цветок Зловещей Звезды
Госпожа Цзыянь нахмурилась и произнесла глубоким голосом: — Познания господина Ли в Пути Алхимии безупречны. Его мастерство в алхимии беспредельного уровня — факт, который наши Короли Демонов видели своими глазами.
Цин Юй поспешно возразил: — Я верю вам, госпожа, и верю нашим Королям Демонов. Однако как алхимик я считаю, что мы должны обмениваться опытом и состязаться в мастерстве. Это в порядке вещей. К тому же Ли Цие будет представлять наше царство Гигантского Бамбука на собрании алхимии. Разве не справедливо дать всем возможность воочию убедиться в его искусстве?
— Верно, государыня! — подхватили другие алхимики, стоявшие неподалёку, — если мастерство Ли Цие не имеет равных, почему бы не позволить нам расширить свой кругозор?
То, что толпа приняла сторону Цин Юя, не было удивительным. Среди присутствующих было немало тех, кто успешно прошёл испытания, но внезапно оказался вычеркнут из списков. В глубине души они были обижены, и лишь страх перед императорским величием госпожи Цзыянь не позволял им высказаться раньше.
Видя, что Цин Юй не намерен отступать, госпожа Цзыянь прищурилась. Ей не составило бы труда прогнать его, но прежде она взглянула на Ли Цие, желая увидеть его реакцию.
Ли Цие, наконец, оторвал взгляд от созерцания редких бессмертных трав. Он лениво покосился на Цин Юя, усмехнулся и спросил: — О, так ты хочешь бросить вызов моему искусству алхимии?
Увидев столь пренебрежительное отношение, Цин Юй едва не задохнулся от ярости. Подавив гнев, он ледяным тоном ответил: — Именно. Я вызываю тебя на поединок. Я хочу лично проверить, достоин ли ты чести представлять царство Гигантского Бамбука на собрании алхимии.
Цин Юй вел себя крайне агрессивно. Он отказывался верить, что безвестный юноша вроде Ли Цие может быть сильнее его — лучшего алхимика страны. Он был непоколебимо уверен в собственных силах.
Госпоже Цзыянь не понравился этот напор. Сдвинув брови, она медленно спросила: — Цин Юй, и в чём же будет заключаться твой вызов?
— В алхимии! — самоуверенно провозгласил Цин Юй, — будем состязаться в создании пилюль. Проигравший отдаёт себя в полное распоряжение победителя. Но если ты готов на крупную ставку, я с радостью приму её. Если ты так уверен в своём мастерстве, давай поставим на кон жизни: тот, кто проиграет, сам станет топливом для источника огня в Боге Горнила!
При этих словах многие алхимики побледнели. Ставка на жизнь — это было слишком серьёзно. Хотя алхимики порой разрешали споры через состязания, доходить до смерти, а тем более до сожжения в горниле, решались крайне редко.
Подобный исход считался верхом бесчестия. Алхимик всю жизнь проводит бок о бок с Богом Горнила, и стать для него лишь дровами — значит подвергнуться запредельному унижению. Это было не просто убийство, а растаптывание самой сути мастера.
Лицо госпожи Цзыянь мгновенно потемнело. Она могла понять желание Цин Юя испытать соперника, ведь тот лишился своего места. Как мудрая правительница и Святой Император, она была готова проявить снисходительность к простому вызову. Однако слова Цин Юя перешли все границы: теперь это был не вызов, а открытое оскорбление Ли Цие.
— Цин Юй, прекрати дерзость! — сурово оборвала его госпожа Цзыянь, — не смей больше упоминать об этом, иначе тебя ждёт суровое наказание!
Она была владыкой страны и великой Императрицей Демонов. Даже в спокойствии от неё исходила мощная аура, а в гневе её величие становилось неодолимым. Её властный голос и тяжелое давление ауры заставили окружающих затаить дыхание.
Цин Юй резко изменился в лице и под весом этой мощи невольно отступил на несколько шагов. Каким бы талантливым алхимиком он ни был, он не мог противостоять ярости Святого Императора. Его лоб покрылся испариной, а лицо побледнело.
Госпожа Цзыянь не стала применять силу для подавления, но одного её гнева хватило, чтобы полностью усмирить наглеца.
В душе Цин Юя клокотали ненависть и обида, но он ничего не мог поделать. Перед лицом разгневанной государыни он не осмелился на дальнейшие провокации.
Ли Цие лишь усмехнулся. Не удостоив противника вниманием, он не спеша двинулся дальше. Фигуры масштаба Цин Юя совершенно не интересовали его — заступничества госпожи Цзыянь было более чем достаточно. Он не собирался марать руки о такую мелкую сошку, если только тот не окажется совсем уж непроходимым дураком и не продолжит путаться под ногами. В таком случае Ли Цие не побрезговал бы лично его проучить.
Остальные алхимики тоже притихли. Императорское величие — не то, с чем стоит шутить. Если уж Цин Юй не сдюжил, то им и подавно не следовало испытывать терпение государыни.
Хуанфу Хао, наблюдавший за сценой, разочарованно вздохнул. Он надеялся прощупать возможности Ли Цие, но государыня слишком быстро приструнила Цин Юя.
Хуанфу Хао помнил невероятное богатство и заносчивость этого юноши из человеческой расы, которые тот проявил в Мастерской Каменных Людей. Ему не терпелось узнать, кто стоит за этим наглецом. Если за Ли Цие нет никакой серьезной опоры, то в глазах наследника рода Хуанфу он был не более чем жирным куском добычи, который так и просится в руки.
— Цветок Зловещей Звезды, — негромко произнёс Ли Цие, остановившись у одной из грядок. Глядя на растущее там растение, он проявил легкое удивление.
На этом участке земли рос один-единственный гигантский цветок. На стебле не было ничего, кроме этого огромного бутона размером с хороший обеденный стол. Лепестки цветка мерцали, подобно звездам на предрассветном небе.
Множество слоев лепестков плотно прилегали друг к другу, полностью скрывая сердцевину. В самом центре этого наслоения зияла непроглядная тьма, напоминающая черную дыру.
Цветок выглядел невероятно ярко и притягательно, но его красота была обманчива.
Это растение называли Цветком Зловещей Звезды не только за его сходство с сияющими светилами ночного неба, но прежде всего из-за его "зловещей" природы.
Этот цветок был настоящим хищником. Он не довольствовался лишь питательными веществами из почвы, а охотился на живых существ.
Цветок Зловещей Звезды пожирал всё живое поблизости: от птиц и зверей до соседних духовных лекарств и пилюльных трав. Всё это было для него изысканным деликатесом.
Там, где рос такой цветок, другим растениям выжить было крайне трудно. Более того, чем дольше он жил, тем сильнее становился. Поговаривали, что, достигнув определенного могущества, такие цветы способны даже летать.
Несмотря на свою опасность, Цветок Зловещей Звезды считался редчайшим и ценнейшим ингредиентом, за который на рынках предлагали баснословные суммы.
— Мы приобрели его на аукционе несколько лет назад, — поспешила объяснить госпожа Цзыянь, заметив интерес Ли Цие, — тогда это был совсем еще крохотный росток, но уже тогда он проявлял свой свирепый нрав.
Ли Цие мимоходом осмотрел растение и, удовлетворенно кивнув, заметил: — Растёт неплохо. Видимо, ваши алхимики всё же кое на что способны.
В ушах окружающих эти слова прозвучали как верх высокомерия. У императорского двора было множество мастеров, а Ли Цие говорил так, словно их труд — сущая безделица.
Госпожа Цзыянь, однако, ничуть не обиделась. Зная истинный уровень его мастерства, она понимала, что он имеет полное право на подобные суждения.
Зато другие алхимики, особенно подданные царства Гигантского Бамбука, были крайне недовольны. Цин Юй, затаивший обиду, лишь холодно хмыкнул.
Госпожа Цзыянь с улыбкой ответила: — Ваши слова — большая похвала, господин Ли, хотя для вас это лишь детские забавы. К слову, это заслуга не только дворцовых мастеров. Вырастить этот цветок было действительно непросто: едва оказавшись в земле, он принимался атаковать соседние травы, не давая им покоя...
Она продолжила: — К счастью, позже старые алхимики из клана Цин вместе с Цин Юем провели исследование и разработали уникальный питательный состав. Только после регулярного полива этой смесью Цветок Зловещей Звезды наконец успокоился. Благодаря этому составу он и показывает такой стремительный рост.
Несмотря на недавнюю выходку Цин Юя, госпожа Цзыянь, как мудрая правительница, не собиралась замалчивать его прошлые заслуги и признавала его вклад в дело процветания сада.
Услышав похвалу из уст государыни, Цин Юй невольно приосанился. Это достижение было предметом его гордости. Для алхимика создание уникального питательного состава — серьезное испытание мастерства. И пусть над смесью работал не он один, его роль в успехе была значительной.
Ли Цие еще раз взглянул на цветок и медленно покачал головой: — Это лишь устранение симптомов, а не решение проблемы. Видимость благополучия. Ваша уникальная питательная вода продержится еще от силы два-три года, после чего этот Цветок Зловещей Звезды станет еще яростнее.
Сердце госпожи Цзыянь екнуло. Она поспешно спросила: — У господина Ли есть способ исправить это?
Хотя она не понимала тонкостей процесса, её вера в Ли Цие была безграничной.
Торжествующий Цин Юй мгновенно изменился в лице. Слова Ли Цие были прямым ударом по его профессиональной гордости. Обесценить его уникальный состав — значило бросить вызов лично ему!
— Хм, пустые слова! — ледяным тоном бросил Цин Юй, — скорость роста этого цветка очевидна для каждого. Не смей молоть чепуху и вводить людей в заблуждение своими лживыми пророчествами!
Этот рецепт был одним из самых значимых достижений в жизни Цин Юя, и пренебрежение Ли Цие привело его в неописуемую ярость. Теперь он был готов сражаться с соперником до последнего.
Ли Цие по-прежнему не собирался тратить время на споры с Цин Юем, но раз тот снова начал напрашиваться на неприятности, он не видел причин отказывать себе в удовольствии поставить его на место.
Даже не взглянув на него, Ли Цие буднично произнес: — В рецепте вашего питательного состава нет ничего особенного. Вы просто добавили туда Святую воду, отгоняющую пыль. Все остальные компоненты в смеси не стоят и гроша. Цветок успокоился лишь благодаря этой воде.