Глава 632. Денег у меня предостаточно
— Пять миллионов — раз! Кто-нибудь предложит больше? — провозгласил аукционист.
В зале никто не спешил поднимать ставку. Хотя этот Бог Горнила и впрямь был выдающимся артефактом, цена в пять миллионов была астрономической. Немногие могли позволить себе выложить такую сумму сразу, а отдавать всё до последнего ради одного, пусть и легендарного горнила казалось неразумным.
Видя, что конкурентов больше нет, Хуанфу Хао облегчённо выдохнул. Заполучив этот трофей, он сможет выслужиться перед царством Алхимии и укрепить свои позиции.
— Десять миллионов, — однако не успел Хуанфу Хао перевести дух, как раздался ленивый голос.
Ли Цие сидел в своём кресле с самым непринуждённым и безмятежным видом. Трудно было поверить, что такая безумная цифра сорвалась именно с его губ.
Услышав ставку господина, Бай Вэн и Ши Хао, стоявшие рядом, невольно вздрогнули. У них подкосились ноги, и они оба просто рухнули на пол ложи.
Хуанфу Хао едва не выплюнул кровь от ярости. Он с таким трудом заставил Цзянь Ушуан уступить, и тут внезапно появился этот незваный гость! Но больше всего его бесило то, что этот наглец мгновенно удвоил цену!
— Это... это же полное безумие! — зал ахнул. У многих перехватило дыхание. Цена взлетела до небес, и теперь даже такой редкий Бог Горнила объективно не стоил этих денег.
Все взгляды в зале, и великих сановников на балконах, и скрытых в тенях Предков древних орденов, теперь были прикованы к Ли Цие. Человек, способный небрежно бросить десять миллионов кристаллов уровня Великого Мудреца, должен был обладать происхождением, способным напугать даже мертвеца.
— Старший брат, это... это того не стоит! — Ши Хао, превозмогая страх, попытался остановить Ли Цие. Сумма была слишком пугающей; юноша понимал, что если Ли Цие купит это горнило для него, он просто побоится к нему прикоснуться.
— Неважно, стоит оно того или нет, — небрежно отозвался Ли Цие, — я мог бы раздобыть для тебя и другое горнило, но моё время ограничено. Вместо того, чтобы тратить его на поиски, проще забрать это сейчас.
Для нынешнего Ли Цие такие вещи, как кристаллы сущности, не имели значения. После всех его странствий по Местам Погребения его личное состояние стало поистине неисчерпаемым. Кристаллы для него превратились в обычные цифры. Его сердце могли заставить биться быстрее лишь бесценные бессмертные артефакты или уникальные сокровища, не имеющие равных в вечности.
У Хуанфу Хао возникло непреодолимое желание придушить этого выскочку. Он едва усмирил гордую Цзянь Ушуан, а теперь цена взлетела вдвое по вине какого-то мальчишки. Гнев внутри него закипал, переходя в неконтролируемую ярость.
Хуанфу Хао сделал глубокий вдох и сквозь зубы процедил: — Одиннадцать миллионов!
Покупатели в зале затаили дыхание. Все чувствовали, что ситуация выходит из-под контроля. Если бы в этом горниле когда-то варили эликсиры Монархов или истинные бессмертные пилюли, то цена в десять миллионов была бы оправдана. Но, по слухам, Монарх Алхимии Байцао сменил это горнило вскоре после того, как обрел свой титул. Некоторые и вовсе полагали, что он отказался от него ещё до того, как стал мастером уровня Монарха. А значит, маловероятно, что инструмент видел по-настоящему великие эликсиры.
Ценность Бога Горнила напрямую зависела от того, сколько раз в нём создавали пилюли уровня Монарха или бессмертных. Это меняло саму природу сокровищницы пилюль внутри артефакта.
Сейчас же аукцион превратился в азартную игру с заоблачными ставками.
— Пятнадцать миллионов, — Ли Цие усмехнулся и произнёс сумму так легко, словно заказывал чашку чая.
Бай Вэн и Ши Хао окончательно лишились сил. Они обливались холодным потом, до смерти напуганные происходящим.
— Это уже за гранью здравого смысла. Нельзя так разбрасываться деньгами, даже если их куры не клюют. На мой взгляд, если это горнило и видело эликсиры Монарха, его предел — двадцать миллионов, не больше. Монарх Алхимии Байцао сменил его довольно рано. Даже если он и успел сварить в нём что-то великое, то лишь пару-тройку раз, — принялся рассуждать один из опытных алхимиков.
Все знали, что даже у Монарха Алхимии ингредиенты для подобных пилюль не валяются под ногами. За всю жизнь такой мастер создавал эликсиры Монарха лишь ограниченное число раз. Те, кто успевал сварить восемь или десять котлов, считались счастливчиками, жившими в одну эпоху с Бессмертным Монархом.
Чем больше великих лекарств видело горнило, тем лучше оно становилось. Если же в нём сварили лишь один котёл, его потенциал был существенно ограничен.
— Ставить на кон десятки миллионов... Этот парень просто сумасшедший, — пробормотал один из Императоров Демонов, представлявший великое царство.
Десять миллионов кристаллов уровня Великого Мудреца — такая сумма могла пустить по миру целое великое царство. Лишь родословные Монарха с их невообразимыми запасами могли позволить себе такие траты без особого ущерба.
Даже аукционист на сцене начал потеть. Сумма превзошла все его ожидания, становясь по-настоящему пугающей.
— Ты! — Хуанфу Хао в ярости уставился на Ли Цие. Одиннадцать миллионов уже были пределом его возможностей. Хотя его род и был богат, для такой покупки ему требовалась поддержка Предков. Он хотел выкупить горнило, чтобы выслужиться перед царством Алхимии, и Предки наверняка бы его поддержали, но пятнадцать миллионов... Ради такой суммы ему самому пришлось бы распродать всё до последней нитки.
Заметив этот яростный взгляд, Бай Вэн поспешил прошептать Ли Цие на ухо: — Господин, этот Хуанфу Хао непростой человек. Он старший сын и наследник рода Хуанфу. Его семья на протяжении многих поколений связана узами родства с царством Алхимии. В том государстве у него множество высокопоставленных родственников среди князей и титулованной знати. Говорят даже, что он состоит в близком родстве с нынешним наследником царства Алхимии. Его тылы прикрыты невероятно мощно.
И это была чистая правда. Род Хуанфу, опираясь на поддержку царства Алхимии, обладал колоссальным влиянием. А сам Хуанфу Хао стал преемником клана не только благодаря праву первородства и таланту, но и из-за этих связей.
Царство Алхимии было исполином. Три Монарха в одном ордене, четыре Монарха Алхимии — кто в Мире Каменной Медицины осмелится перечить тому, кто имеет к нему отношение?
Бай Вэн надеялся, что Ли Цие проявит благоразумие и не станет наживать себе такого врага.
— И какое мне до этого дело? — отозвался Ли Цие, вальяжно развалившись в кресле и сохраняя полное спокойствие.
Бай Вэн лишился дара речи. Он не понимал, то ли Ли Цие был непроходимо глуп, то ли действительно обладал такой уверенностью в своей непобедимости. Вряд ли в этом мире нашлось бы много людей, способных так открыто презирать род Хуанфу.
Сделав глубокий вдох, Бай Вэн добавил: — Господин, сам Хуанфу Хао тоже весьма опасен. Его называют пятым среди гениальных алхимиков Мира Каменной Медицины, он глубоко познал Путь Алхимии. Если бы он не уделял столько времени боевой культивации, то наверняка вошёл бы в четвёрку гениальных алхимиков...
— Говорят, он уже довольно давно достиг сферы Святого Императора. Но больше всего враги боятся его Золотых каменных очей, в которых пробудилась мощь их древнего предка, — Бай Вэн был маленьким человеком и всегда предпочитал уступить, чтобы избежать беды. У него не было и доли той дерзости, что была у Ли Цие.
Хуанфу Хао действительно был силён. Рождённый в расе Каменных Людей, он обладал телом из плоти и крови, что само по себе было признаком высокого статуса, но при этом сохранил пару каменных глаз. Это было редчайшее возвращение к истокам, пробудившее в нём силу легендарного предка.
Обычно возвращение к истокам означало превращение тела обратно в камень и ослабление, но в исключительных случаях оно даровало доступ к самой могущественной родословной!
— Ну и что с того? — Ли Цие по-прежнему не придавал этому значения.
Видя такую реакцию, Бай Вэн благоразумно замолчал. Ли Цие не был похож на желторотого юнца. Его полное пренебрежение к Хуанфу Хао заставило Бай Вэна осознать, что он, вероятно, сильно недооценивал своего таинственного покровителя.
Тем временем Хуанфу Хао, чувствуя жажду убийства, сверлил Ли Цие яростным взглядом.
В конце концов, он стиснул зубы и, решившись пойти до конца, выкрикнул: — Шестнадцать миллионов!
— О нет-нет-нет, — Ли Цие усмехнулся, — тебе стоит кое-что прояснить. Я предлагаю не обычные кристаллы низкого качества. Моя цена в пятнадцать миллионов подразумевает кристаллы качества, предназначенного исключительно для Мудрецов Вопрошающих Мир. Если же ты платишь кристаллами для Мудрецов Первого Мира, то тебе придётся назвать цену выше тридцати миллионов.
Обычно, когда на торгах речь заходила о кристаллах уровня Великого Мудреца, по умолчанию подразумевалось самое низкое качество — уровень Мудреца Первого Мира.
Хотя и те, и другие были кристаллами Великого Мудреца, разница между ними была колоссальной. Количество эссенции неба и земли, заключённой в одном таком камне, было невероятным, и малейшее различие в чистоте создавало пропасть в цене.
Слова Ли Цие повергли всех в шок.
Один из Императоров Демонов вскочил со своего места, воскликнув: — Кристаллы уровня Мудреца Вопрошающего Мир?! Он что, с ума сошёл?!
Все в изумлении уставились на Ли Цие. Это было за гранью воображения. Обычно, если кто-то предлагал кристаллы такого высокого качества, это оговаривалось отдельно.
Хуанфу Хао побледнел, а затем его лицо залила краска стыда и ярости. Пятнадцать миллионов обычных кристаллов уже вынудили бы его продать всё имущество даже при поддержке Предков. Но кристаллы качества Мудреца Вопрошающего Мир... Даже если бы Мастерская позволила ему расплатиться обычными камнями по курсу, цена перевалила бы за тридцать миллионов! Такую сумму он не смог бы потянуть при всём желании.
На аукционной сцене распорядитель то и дело вытирал холодный пот. Цифры, о которых шла речь, были просто невообразимыми.