Глава 623. Самый безумный во веки веков

Говорили, что этот старый дом является собственностью царства Гигантского Бамбука. Хотя в нём уже давно никто не жил, государство продолжало поддерживать здание в порядке, благодаря чему оно прекрасно сохранилось до наших дней.

Ночь была глубокой. Жители маленькой деревушки уже давно погрузились в сон, и лишь в паре окон едва теплился тусклый свет.

В ночной тишине Ли Цие стоял на окраине деревни перед старым домом. Глядя на стены, повидавшие миллионы лет, он не мог сдержать нахлынувших чувств. Прошло столько времени, а дом всё ещё стоял.

При взгляде на него в памяти одна за другой всплывали картины прошлого. События минувших эпох эхом отдавались в его сердце.

Он переступил порог, и воспоминания обрушились на него с новой силой. Казалось, мириады лет пролетели в одно мгновение, и всё, что происходило здесь когда-то, было лишь вчера. Было слишком много вещей, которые невозможно забыть. Ли Цие думал, что время стёрло их из его памяти, но стоило ему вернуться, как он понял — всё осталось по-прежнему.

Ли Цие медленно обошёл каждый уголок дома. За долгие годы здание почти не изменилось, но люди... люди были уже не те.

В конце концов, Ли Цие зажёг все лампы в доме. В главном зале он медленно опустился в кресло, стоявшее на почётном месте во главе стола. Полулёжа в массивном кресле он медленно закрыл глаза, погружаясь в тени минувших времён.

Кто в нынешнем мире мог знать, что в ту эпоху решения, влиявшие на судьбу всех Девяти Миров, принимались именно здесь? Кто мог верить, что из этого обычного с виду дома один за другим выходили указы, заставлявшие трепетать всё сущее под небесами?

Кто мог представить, что в стенах этой хижины когда-то несли службу и ждали распоряжений бесчисленные Великие Мудрецы и Божественные Императоры?

Даже если это был всего лишь простой старый дом, в те времена даже непобедимый Божественный Император был обязан смиренно ждать снаружи за дверью.

Закрыв глаза, Ли Цие тихо вздохнул. В ту пору Янь'эр была лишь маленькой девочкой, выходцем из простой семьи. Однако у неё был кроткий и добрый нрав, и именно тогда он решил наставить её на истинный путь.

Ли Цие был полностью поглощён воспоминаниями, когда внезапно открыл глаза. Его взгляд стал острым, и он посмотрел на дверь.

Снаружи мелькнула тень, и в дом кто-то вошёл. Это была женщина — ослепительно красивая, с тонкими чертами лица. От её облика веяло благородством и той особой статью, которая присуща лишь тем, кто привык стоять на вершине власти и отдавать приказы.

Увидев Ли Цие, который столь невозмутимо восседал на почётном месте, женщина на мгновение замерла от неожиданности. Впрочем, она быстро вернула себе самообладание и грациозно подошла к столу, присаживаясь напротив.

Ли Цие лишь мельком взглянул на неё, после чего снова закрыл глаза, как будто ничего не произошло.

Присев, женщина принялась внимательно изучать его. С первого взгляда было ясно, что перед ней представитель человеческой расы. Простая плоть, скрытая энергия крови, никакого внешнего проявления силы — только у людей могла быть столь обычная оболочка.

Она внимательно разглядывала его. Ей доводилось видеть немало великих потрясений и общаться с бесчисленным множеством великих личностей, но такого надменного человека она встречала редко.

Ли Цие сидел во главе стола, и в его позе сквозило такое безразличие, будто весь мир для него не стоил и ломаного гроша. В его облике читалось невероятное высокомерие, граничащее с безумием.

Однако, присмотревшись повнимательнее, она почувствовала нечто иное. Поначалу он казался лишь дерзким юнцом, который не ценит ни землю, ни небеса. Но теперь в этом обычном и совсем молодом человеке ощущалось непередаваемое очарование Пути.

Женщина продолжала наблюдение. Хотя юноша не демонстрировал подавляющей ауры, от него не исходило и бушующей энергии крови. Он сидел непринуждённо, закрыв глаза, спокойный, точно гладь древнего колодца.

И всё же казалось, будто этот человек восседает над девятью небесами, правя мириадами миров, и даже если бы сюда явился сам Божественный Император, ему пришлось бы стоять в стороне, склонив голову в ожидании.

Сначала его хотелось назвать безумцем, но теперь он казался воплощением совершенства, существом, стоящим превыше Девяти Миров.

В этот миг, пока он сидел с закрытыми глазами, возникало странное чувство: стоит ему сомкнуть веки — и мир погрузится во тьму, стоит открыть их — и наступит вечный день.

Женщина долго смотрела на него, а затем невольно улыбнулась про себя и слегка покачала головой. Разве это возможно? Как такой юноша может повелевать Девятью Мирами с вершины небес?

И всё же ей было любопытно. Место это захолустное, живут здесь одни простые смертные — почему же этот молодой человек пришёл именно сюда? Причём вёл он себя так, будто находится в собственном доме. Но он совсем не походил на бродягу, ищущего приюта.

Нарушив затянувшееся молчание, женщина спросила: — Знаешь ли ты, что это за место?

Только тогда Ли Цие медленно открыл глаза и, глядя на неё, ответил: — Что это за место? А ты как думаешь?

— Мне бы хотелось сначала услышать твоё мнение, — улыбнулась женщина. Голос её был приятным, чистым и наполненным мягкостью.

Ли Цие усмехнулся и, снова прикрыв глаза, поудобнее устроился в кресле.

— Это место, — произнёс он, — откуда повелевали Девятью Мирами, вели за собой божеств и правили мириадами земель. Стоило отсюда прозвучать одному приказу — и мир содрогался, стоило сорваться одному слову — и все расы склонялись в повиновении. Пусть это лишь крошечный клочок земли, но взоры всех Девяти Миров, тысяч сект и великих народов были обращены сюда, и никто не смел нарушить здешний покой.

Слушая его, женщина едва сдерживала улыбку. Глядя на юношу, она подумала, что он слишком сильно вжился в роль и действительно вообразил себя владыкой небес.

Но странно было то, что Ли Цие произносил каждое слово с такой естественностью и спокойствием, что это совсем не походило на бред сумасшедшего.

— Но мне известно совсем другое, — заговорила она, — насколько я знаю, это место было обителью для раздумий Основательницы царства Гигантского Бамбука. Говорят, что всякий раз, когда она не могла принять важное решение, она приходила сюда и в тишине искала ответ.

— Когда-то было и так, — усмехнулся Ли Цие, — а ещё это было место, откуда отдавали указы всей Поднебесной. Божества внимали здесь приказам, и все расы взирали на этот дом с почтением.

— Неужели? — видя, с какой серьёзностью он это говорит, женщина решила поддержать игру. Она шутливо спросила, — если это действительно место, откуда правят миром, а ты сейчас восседаешь здесь на главном месте, то кто же ты? Величайший из Божественных Королей или, быть может, сам Бессмертный Монарх?

Заметив её недоверие, Ли Цие лишь улыбнулся. По крайней мере, она не приняла его за сумасшедшего, и это уже было неплохо.

Приняв её шутливый тон, он ответил со всей серьёзностью: — Нет. Какая радость в том, чтобы быть величайшим Божественным Королем или Бессмертным Монархом? Это быстро приедается. За всю историю было немало Бессмертных Монархов, в этом нет ничего уникального. Скучное занятие.

От таких слов женщина на мгновение лишилась дара речи. Быть Бессмертным Монархом — скучно? Пожалуй, это было самое дерзкое заявление, которое она слышала в своей жизни.

Кто такой Бессмертный Монарх? Это непобедимое существо, правящее Девятью Мирами и ведущее за собой все народы. На протяжении миллионов лет бесчисленные практики и гении жертвовали всем, мечтая лишь о том, чтобы однажды принять Небесную Судьбу и стать Монархом!

А теперь этот юноша заявляет, что это "неинтересно". Услышь такое кто-нибудь другой, он бы точно решил, что парень лишился рассудка.

Будучи человеком широких взглядов и глубоких знаний, женщина не стала смеяться. Ей стало по-настоящему любопытно.

Улыбнувшись, она спросила: — Если быть Бессмертным Монархом неинтересно, то кем же ты себя считаешь? Или, скажем так, какая роль кажется тебе достойной внимания?

— Закулисный кукловод, — глядя на её заинтересованность, рассмеялся Ли Цие, — тот, кто стоит за завесой вечности. Тот, кто на протяжении миллионов лет вершит судьбы мира и управляет мощью Девяти Миров — вот это действительно имеет смысл.

— Закулисный кукловод? — женщина на миг замерла, — определять судьбы вечности и управлять мощью Девяти Миров...

Такой ход мыслей ошеломил её. Отказаться от титула Монарха ради роли тайного манипулятора — это звучало крайне интригующе.

Придя в себя, она снова улыбнулась и продолжила в тон собеседнику: — Раз ты такой кукловод, то получается, что даже Божественные Императоры должны быть у тебя на посылках?

Ли Цие с интересом взглянул на эту терпеливую женщину.

— Божественный Император? — усмехнулся он, — и что в них такого? Будь я тем самым кукловодом, даже Бессмертные Монархи появлялись бы по моей воле, а уж усмирить одного-двух из них было бы для меня обычным делом.

На этот раз женщина окончательно замолчала. Его речи становились всё безумнее. Кто во всей истории осмелился бы произнести столь вызывающие слова? Усмирить Бессмертного Монарха? Это было верхом высокомерия. Кто бы дерзнул сказать такое?

В устах этого юноши непобедимые Бессмертные Монархи превращались в нечто обыденное, словно их можно было штамповать одного за другим. Женщина подумала, что во всём мире смертных вряд ли найдётся фраза безумнее этой.

Разумеется, она и помыслить не могла, что каждое слово Ли Цие было чистой правдой. Но её нельзя было в этом винить. На протяжении миллионов лет Ли Цие, будучи Тёмным Вороном, скрывался в тени, и только самые приближённые к нему люди могли знать о его истинных деяниях.

— По твоим словам выходит, — со смешком подытожила она, — что в этой комнате могут сидеть только непобедимые Божественные Императоры, несравненные Истинные Боги или же сами Бессмертные Монархи?

В её словах не было насмешки — скорее искреннее веселье. Ей казалось, что рассуждения Ли Цие крайне забавны, ведь никто другой не осмелился бы даже подумать о подобном.

По её мнению, в нынешнем Мире Каменной Медицины было много талантов, но ни один молодой человек не посмел бы так хвастаться и бросаться столь громкими словами, как этот юноша перед ней.