Глава 533. Открытие гроба

— Ты с ума сошёл! — Пятибессмертный фениксовый женьшень был не на шутку напуган словами Ли Цие. Его божественная мысль донеслась до юноши подобно громовому окрику, — ты хоть понимаешь, что это такое?!

— Для меня не так уж важно, что это, — с улыбкой ответил Ли Цие, — важно то, что сейчас мне нужна эта вещь. Поэтому я собираюсь подавить сам источник Хаоса!

— Ты не сможешь его подавить! — вновь прозвучал ледяной голос женьшеня.

Ли Цие лишь весело прищурился: — А что, если я приоткрою этот деревянный гроб наполовину? Мне не нужно подавлять источник надолго — хватит и мгновения, одного щелчка пальцев. Для моих целей этого будет вполне достаточно.

— Приоткрыть гроб наполовину? Ты точно безумен! — божественная мысль женьшеня так и сквозила недоверием, — ты правда думаешь, что сможешь выжить после такого?

— Тут ты ошибаешься, — всё так же невозмутимо парировал Ли Цие, — если я действительно решу пойти ва-банк, то у меня будут шансы уцелеть даже при полностью открытой крышке, что уж говорить о какой-то половине.

Видя, что Ли Цие вовсе не шутит, Пятибессмертный фениксовый женьшень, не говоря ни слова, мгновенно сорвался с места. Он вылетел из древесного гнезда и отлетел на приличное расстояние, застыв в небе, чтобы наблюдать за происходящим издалека.

— Уходи отсюда. Спускайся с горы и держись как можно дальше, — Ли Цие обернулся к Лань Юньчжу и заговорил предельно серьёзно, — не приближайся, пока всё не закончится, иначе я не смогу гарантировать твою безопасность.

Лань Юньчжу, видя его решительный настрой, лишь тихо ответила: — Пожалуйста, будь осторожен.

После чего, не мешкая, развернулась и поспешила прочь.

Когда Лань Юньчжу ушла, Ли Цие глубоко вздохнул. Раздался оглушительный грохот, и за его спиной возникли одиннадцать Дворцов Судьбы. В то же мгновение они слились воедино, превратившись в ослепительное, величественное государство — Небесное Царство. Оно было переполнено духовной энергией, словно в его недрах вот-вот должно было зародиться божество.

Государство одиннадцати Дворцов Судьбы обладало невероятной мощью. Казалось, эта древняя и несокрушимая сила способна подавить всё сущее.

Вслед за раскрытием Дворцов Ли Цие призвал Зеркало Закалки Бессмертных Инь-Ян. Эту реликвию древнего царства Чжунчжоу он использовал крайне редко, но сейчас зеркало начало источать законы Инь и Ян. Артефакт превратился в двух бессмертных рыб — чёрную и белую. Они закружили вокруг Ли Цие, создавая защитную сферу Великого Пути.

Но Ли Цие понимал, что этого недостаточно. Он прижал к себе Небесный Сосуд Сокрытия — сокровище, оставленное ему Бессмертным Монархом Цянь Ли, вещь, которую он когда-то искал с великим трудом.

Дзынь, дзынь, дзынь...

Раздался мелодичный звон металла. Ли Цие активировал Пять врат Запечатывания Небес. Пять медных створок, похожих на тяжелые двери, начали вращаться вокруг него, подобно несокрушимым стенам крепости.

Эти врата были ещё одним ценным приобретением, полученным от Цинь Гуанвана.

— Жаль, что я ещё недостаточно силён, иначе одних этих врат хватило бы с лихвой, — с легким сожалением пробормотал Ли Цие. В этот раз ему пришлось задействовать почти все свои козыри.

Закончив приготовления, Ли Цие положил в рот каплю Воды Звёздного Сущего. Как только драгоценная влага коснулась его языка, произошёл мощный всплеск энергии. В это мгновение все его силы достигли абсолютного предела. Два его Бессмертных телосложения словно обрели великое совершенство, окутав его тело аурой, достойной истинного бога.

Ли Цие снова глубоко вздохнул. Одной рукой он крепко прижимал к себе деревянный гроб, а другую положил на крышку, готовый в любой момент сорвать её.

Когда всё было готово, в центре его лба открылась трещина. В этот миг проявилось его море сознания — оно было необъятным и величественным, словно бескрайняя звездная река. Мириады законов Бессмертного Монарха, толщиной с целые галактики, пронзали это пространство, сковывая его. Казалось, саму эту пустоту охраняют воплощения величайших владык прошлого.

Это было самое сокровенное место Ли Цие, его память, закалённая и укреплённая бесчисленными Бессмертными Монархами на протяжении эпох. Это был фундамент всего его существования.

Раньше он никогда не использовал столь глубинные силы, но сейчас Ли Цие пошёл на колоссальный риск, поставив на кон всё.

"Это... это просто за гранью возможного!" — Пятибессмертный фениксовый женьшень, наблюдавший издалека, судорожно вдохнул холодный воздух. Обилие и мощь сокровищ Ли Цие уже поразили его, но когда юноша открыл своё море сознания, даже истинное бессмертное лекарство содрогнулось от ужаса, внезапно осознав истинную природу этого человека.

Спустившись с горы, Лань Юньчжу ушла на значительное расстояние. Она замерла, глядя на исполинское древесное гнездо, но, в отличие от женьшеня, не решилась взмыть в небо.

Девушка не хотела и боялась смотреть на то, что сейчас произойдёт. Она всем сердцем надеялась, что Ли Цие не пострадает, ведь впервые за всё время знакомства она видела его настолько сосредоточенным и серьёзным. Ли Цие явно собирался совершить нечто такое, что могло перевернуть небеса.

Бум! Бум! Бум!

В это мгновение небо и земля изменились до неузнаваемости, Девять Миров содрогнулись в едином порыве.

Казалось, будто к древесному гнезду явился Бессмертный Монарх, и не один. Непобедимая бессмертная мощь вырвалась наружу бесконечным потоком. Создавалось впечатление, что великие владыки прошлого восстали из мёртвых и вновь снизошли в мир смертных.

Это величие было столь сокрушительным, что все жизненные сущности в Девяти Мирах невольно простёрлись ниц. В этот миг даже самые могущественные существа почувствовали себя крошечными и ничтожными муравьями перед лицом бесконечности.

— Сумасшедший! — Пятибессмертный фениксовый женьшень, в панике рухнув с небес, явил свой истинный облик и мгновенно пустил корни глубоко в землю, пытаясь закрепиться.

БУМ!

В этот момент показалось, что небеса рухнули на землю, а Девять Миров рассыпались в прах. Из древесного гнезда выплеснулись потоки хаоса высотой в миллионы чжанов. Взметнувшаяся энергия хаоса, подобно колоссальной волне, ударила в самый небосвод, угрожая снести звёзды с их орбит.

Грохот не утихал. Весь мир трепетал перед этой мощью. В центре древесного гнезда развернулась битва, достойная божеств — казалось, там сражаются истинные боги и Бессмертные Монархи.

Наконец, раздался последний, самый мощный взрыв. Океан энергии хаоса был буквально вывернут наизнанку, и эта волна накрыла собой всё пространство, заставляя даже небесных духов съёжиться от страха.

Под гнётом этой немыслимой мощи Лань Юньчжу дрожала. Несмотря на то, что она была гордостью Небес, сейчас всё её существо протестовало против этой силы. Пятибессмертный фениксовый женьшень тоже был мертвенно-бледен — если бы у растения могло быть лицо.

"Этот мальчишка действительно это сделал! Он открыл гроб!" — женьшень был напуган до предела. Хорошо, что он не стал испытывать судьбу раньше; если бы Ли Цие открыл гроб в его присутствии, последствия были бы катастрофическими.

Женьшень понимал: открыв крышку, юноша смог на мгновение подавить центр древесного гнезда, но при этом он подверг себя смертельной опасности. Полуоткрытый гроб — это нечто за гранью ужаса, перед чем отступил бы даже истинный бог.

Последствия такого шага непредсказуемы. Несмотря на все защитные артефакты и внутреннюю силу, Ли Цие мог просто обратиться в прах, если бы его оборона дала хоть малейшую трещину!

Спустя долгое время всё, наконец, стихло. Лань Юньчжу, чьё сердце всё это время висело на волоске, вскочила на ноги.

— Дядюшка! — она со всех ног бросилась обратно к вершине.

Влетев на гору, она увидела Ли Цие, неподвижно лежащего у края обрыва. Девушка бросилась к нему, но, увидев его состояние, едва не лишилась чувств.

Ли Цие напоминал разбитую вазу: всё его тело покрывали бесчисленные трещины, словно он развалился на тысячи осколков. Зрелище было душераздирающим.

К тому же, его кожа была обуглена, будто его долго жгли в адском пламени. Он был совершенно неузнаваем. То, что он вообще не рассыпался в пыль, уже можно было считать чудом.

— Ты... как ты? — Лань Юньчжу замерла в нерешительности, боясь даже прикоснуться к нему. Ей казалось, что от малейшего касания он просто рассыплется на части.

Её голос дрожал, она была на грани слёз.

— Не трогай меня... я принял Воду Звёздного Сущего, — раздался едва слышный, слабый, как нить, голос Ли Цие.

Услышав это, Лань Юньчжу немного успокоилась — по крайней мере, он был жив. Она осталась стоять рядом, не смея пошевелиться.

Прошло ещё некоторое время, и тело Ли Цие начало испускать мягкое сияние. Раны начали покрываться коркой и отпадать, подобно тому как змея сбрасывает старую кожу.

Трещины на его теле постепенно затягивались, пока кожа вновь не стала гладкой, не оставив ни единого шрама.

Наконец, Ли Цие медленно поднялся. Он пошатнулся, его била дрожь — он был крайне истощён и едва держался на ногах.

— Ты как? — Лань Юньчжу поспешно подхватила его. Её глаза сияли от радости, хотя она всё ещё была готова расплакаться от пережитого страха.

— Ха, у меня получилось! — Ли Цие хрипло рассмеялся. Несмотря на слабость, он выглядел очень воодушевлённым. Он победно поднял руку, в которой что-то сжимал.

Только сейчас Лань Юньчжу заметила предмет в его ладони. Это была зелёная лампа — простая, древняя и покрытая пятнами ржавчины. Казалось, она пролежала в забвении целую вечность.

С виду она была совершенно невзрачной — такая вещь могла валяться на дороге, и никто бы не удостоил её взглядом. Но Лань Юньчжу вдруг вспомнила: когда она использовала Небесное Око, чтобы заглянуть в деревянный павильон, то, что она там видела, в точности походило на этот старый светильник.

— Осторожнее, ты едва оправился! — воскликнула Лань Юньчжу, когда Ли Цие снова зашёлся в кашле от избытка чувств. Она заботливо погладила его по спине, не скрывая своего беспокойства.