Глава 295. Последние записки

"Что-то здесь не так", — Ян Цзянь вёл машину, не переставая прокручивать в голове свой недавний разговор с Чжао Лэем.

На первый взгляд казалось, что тот окончательно сорвался и жаждет мести, но так ли это на самом деле? Чжао Лэй появился перед ним лишь для того, чтобы бросить несколько фраз. После первого же столкновения он скрылся, даже не попытавшись всерьёз напасть. К тому же его последняя фраза: "Мы ещё встретимся, но время ещё не пришло", — вызывала массу вопросов.

Если Чжао Лэй действительно верил, что Ян Цзянь виноват в гибели его семьи, и хотел выплеснуть на него свою ярость, ему не было нужды являться лично так открыто. Более того, Ян Цзянь не мог с уверенностью сказать, полностью ли зловещий призрак контролирует Чжао Лэя после их встречи.

Или, возможно, Чжао Лэй всё же сумел обуздать часть этой силы, из-за чего и стал носителем для той сущности?

"В его словах промелькнула важная зацепка — моё прежнее место жительства. Чжао Лэй сказал, что с ним что-то случилось именно там", — размышлял Ян Цзянь.

Он снова связался с Лю Сяоюй:

— Проверь ещё раз статус семьи Чжао Лэя. Они числятся пропавшими без вести или выжившими? Если пропали, то сколько именно человек, а если кто-то спасся, то кто конкретно? Мне нужна точная информация.

— Хорошо, — ответила Лю Сяоюй. — Впрочем, сейчас в городе Дачан вовсю идут спасательные работы, и многие ведомства работают с перебоями. Это займёт некоторое время.

— Главное — результат. Постарайся выяснить всё как можно скорее, — распорядился Ян Цзянь.

— Не волнуйся, я всё сделаю, — её тон был предельно серьёзным.

Ян Цзянь заметил, что после завершения инцидента в городе Дачан отношение оператора к нему разительно изменилось. Она стала гораздо дружелюбнее, а в её голосе больше не было той раздражающей официальности, что прежде. Это заставило его в очередной раз осознать: статус и сила в этом мире меняют всё.

Движимый желанием докопаться до истины, он направился к своему старому жилому комплексу.

Всего несколько месяцев назад, когда он ещё учился в седьмой школе, он снимал здесь квартиру. Его мать в то время постоянно работала в другом городе. С началом мистических инцидентов Штаб Повелителей Призраков, заботясь о семьях своих сотрудников, помог ей устроиться в известную компанию в городе J, приложив все усилия, чтобы она осталась там.

Хотя они не общались какое-то время, отсутствие плохих новостей означало, что у неё всё в порядке. Это избавляло Ян Цзяня от лишних тревог. Стоит признать, что подобные скрытые привилегии иногда оказывались весьма кстати. В конце концов, сейчас город J был самым безопасным местом в стране, без преувеличений.

— Приехали.

Ян Цзянь затормозил у ворот комплекса на своей побитой машине с воющей сигнализацией. Вокруг не было ни души. Стояла мертвая тишина. В тёмных подъездах не горел свет; казалось, это место заброшено уже много лет. Старики, которые обычно играли здесь в карты или танцевали по вечерам, бесследно исчезли.

Хотя этот старый район выглядел подозрительно притихшим, Ян Цзянь знал: с самим комплексом всё в порядке. Проблема была только в его квартире.

Привычным путём он поднялся в здание и подошёл к своей двери. Она была открыта. Насколько он помнил, он сам в спешке оставил её незапертой, когда бежал отсюда в прошлый раз. Вряд ли сюда забирались воры — в дом, где творится чертовщина, полезет только самоубийца.

Вернувшись в старые стены, Ян Цзянь ощутил странную смесь дежавю и отчуждённости. Всего за несколько месяцев он изменился настолько, что почти перестал узнавать самого себя. События этого времени пронеслись слишком стремительно.

Он вошёл внутрь. Планировка осталась прежней, только всё покрылось толстым слоем пыли. На обеденном столе всё ещё стояла недоеденная лапша и сосиски, оставшиеся с тех пор, когда он был обычным школьником. Тогда он уходил в такой спешке, что не взял ничего, даже денег, и позже ему пришлось прибегнуть к не самым честным способам, чтобы раздобыть средства. Теперь те воспоминания казались почти забавными.

— Это ещё что...

Ян Цзянь посветил фонариком телефона и увидел, что пол в гостиной усыпан клочками бумаги. Он был уверен, что не оставлял их здесь. Бумага была разорвана намеренно, но не слишком мелко. Подняв и совместив несколько фрагментов, он узнал почерк Чжао Лэя.

"С моей памятью что-то происходит... Всё очень плохо... Есть вещи, которые я обязан записать..."

"Ян Цзянь был прав. Обуздание зловещего призрака — это кошмарный опыт. Я жалею о своём любопытстве. Теперь оно в моей голове. Я постоянно забываю важные вещи, а в моей памяти появляются воспоминания, которые мне не принадлежат".

"В городе Дачан потемнело небо. Я пришёл сюда, чтобы просить Ян Цзяня о помощи, но не нашёл его".

"В этом доме призрак. Когда увидишь эти записи — беги, уходи отсюда немедленно".

"Меня зовут Чжао Лэй? Тогда кто такой Сюй Фань? А Чжан Ся? Откуда во мне воспоминания сразу нескольких людей?"

"Не всех призраков можно обуздать. Я чувствую, что не справляюсь. Оно берет меня под контроль. Кажется, я схожу с ума. Записки! Скорее смотри записки! Помни, ты должен их прочесть!"

"Ни в коем случае не верь тому, что написано в этих записках! Это призрак заставил меня написать их, когда контролировал моё тело".

Ян Цзянь молча смотрел на исписанные листки. Постепенно складывая обрывки, он восстанавливал из разрозненной информации неполную, но жуткую историю. Чжао Лэй пришёл сюда один за помощью. Видимо, увидев открытую дверь, он из любопытства зашёл внутрь и подвергся атаке зловещего призрака.

Его память начала путаться. Судя по всему, Чжао Лэй отчаянно сопротивлялся, пытаясь бороться с сущностью в своей голове. Но в итоге он потерпел неудачу. Он не смог обуздать призрака, и его личность была полностью переписана, поглощена чужими воспоминаниями. В моменты прояснения Чжао Лэй пытался оставить предупреждения, но призрак тут же использовал его руку, чтобы добавить строки, подрывающие доверие к этим записям.

Разбросанные по полу клочки бумаги, сломанная ручка и следы борьбы свидетельствовали о том, что Чжао Лэй пережил долгий и мучительный период агонии. В конечном счёте он проиграл: его личность исчезла, а нечто иное унаследовало его память.

"Надежды больше нет. Я почти исчез. Не знаю, сколько ещё смогу оставаться в сознании. Я хочу связаться с человеком по имени Ян Цзянь, но уже не помню, кто он такой. Знаю только, что он важен и может помочь", — гласила полная отчаяния фраза на одном из листков.

Ян Цзянь замер, вглядываясь в эти строки. Продолжая собирать бумагу, под диваном он обнаружил целую пачку листков, на которых была многократно выведена одна и та же фраза:

"Ян Цзянь, когда увидишь это, обязательно убей меня. Не смей думать, что я — это Чжао Лэй. Меня больше нет. Оно использует мою память, чтобы выследить тебя".

"Убей меня! Кто бы ты ни был, ты должен меня убить! Не дай ему добиться своего!"

Множество листков требовали его смерти. Но в самой глубине этой стопки Ян Цзянь нашёл особенный комок бумаги. Он не был разорван — его словно намеренно спрятали.

"Я обнаружил одну из его способностей: оно может изменять и похищать память. В свои последние минуты ясности я попробую прибегнуть к самовнушению. Я попытаюсь внедрить в себя фальшивое воспоминание, чтобы оно поглотило его. Не знаю, сработает ли, но это мой последний шанс. Это всё, что я могу сделать. Ян Цзянь, прости... я оказался слишком бесполезным и принёс тебе одни проблемы".

Затем шла последняя куча разбросанных по полу бумажек, исписанных красной ручкой: "Найти Ян Цзяня. Отомстить. Убить его. Я заставлю его ответить за то, что он со мной сделал... Убить Ян Цзяня. Убить Ян Цзяня..."

Эти слова повторялись бесконечно, а между строк сквозила лютая злоба и ярость. Самовнушение, похоже, сработало: фальшивая память была поглощена. После исчезновения личности Чжао Лэя осталось лишь одно — ненависть к Ян Цзяню.

Эта ненависть не была настоящим желанием отомстить. Это был хитроумный план Чжао Лэя: использовать злобу, чтобы приманить призрака к Ян Цзяню и заставить того уничтожить сущность до того, как она достигнет своих истинных целей. Это была классическая стратегия "устранения чужими руками", реализованная за счёт особенностей самого призрака.

Чжао Лэй сыграл блестяще. В абсолютно безнадёжной ситуации он нашёл способ нанести ответный удар.

Однако план Чжао Лэя реализовался лишь наполовину. Хотя его затея с фальшивой памятью удалась, зловещий призрак, похоже, что-то заподозрил. В конце концов, поглотив всю память Чжао Лэя, сущность не могла не заметить его замысла.

Именно поэтому встреченный им "Чжао Лэй" знал, насколько силён Ян Цзянь, и предпочёл скрыться после короткого контакта.

— Чертова тварь...

Ян Цзянь резко поднялся. В его сердце, долгое время остававшемся холодным и безучастным, внезапно вспыхнуло пламя неистового гнева.