Том 10. Глава 869. Смерть Карика
Карик приблизился к черному саркофагу, гадая, чей же прах в нем покоится. Раз он стоит в самом центре, не принадлежит ли он первому предку династии Эльзерии — тому, с кого начался их род?
Стоило ему коснуться пальцами холодной поверхности, как по телу прошла мощная волна энергии. Саркофаг словно обладал собственной волей и такой силой, что даже у Карика по спине пробежал холодок. Каждая клеточка его существа вопила о том, что открывать эту крышку не стоит. Он никогда раньше не испытывал ничего подобного — ни при встрече с Владыкой Высшего Царства, ни перед эльзерийским императором. Даже тот, кто уничтожил Небеса вместе с Габриэлем, не вызывал у него такого трепета. В какой-то момент ему показалось, что внутри запечатан сам конец этого мира.
В любое другое время Карик прислушался бы к инстинктам. Но сейчас обстоятельства диктовали свои правила. Сделав глубокий вдох, он медленно потянул крышку на себя. Послышался сухой скрежет, и изнутри повалил густой черный туман, мгновенно наполнивший комнату жуткой атмосферой.
Карик заглянул внутрь. То, что он увидел в центре саркофага, было последним, что он ожидал найти в столь священном месте. Там не было тела. Там не было праха предка. Там лежал меч — иссиня-черный клинок, который, казалось, балансировал на грани между реальностью и миром грез. От оружия исходила аура жизни и смерти одновременно. Временами по лезвию пробегали трещины, но в следующий миг они затягивались, будто меч был живым существом.
Клинок был чернее полуночного неба и буквально впитывал в себя свет. Рукоять была украшена затейливой резьбой, пульсирующей той самой потусторонней энергией, которая казалась Карику знакомой. Еще больше его поразило то, что внутри гроба была высечена сложная магическая формация. Из неё выходили цепи, но они не сковывали меч. Напротив, эта формация останавливала само время внутри саркофага. Словно тот, кто создал это место, хотел усыпить клинок навечно.
Но даже в этом сне от меча исходила такая леденящая аура... Это было истинно божественное оружие. Нечто, чего не должно существовать в природе. Карик видел, что клинок несет в себе частицу его собственного мира. И эта энергия казалась мучительно знакомой. Но за миллионы лет своих воспоминаний он ни разу не видел ничего подобного. Он даже не слышал, чтобы такой меч когда-либо существовал.
«Неужели этот меч и вправду прибыл из нашего мира...» — размышлял он, не в силах оторвать взгляда от оружия. Чем дольше он смотрел, тем меньше понимал. «Кто же создал такое чудо?» — пробормотал он, неосознанно протягивая руку.
Он коснулся рукояти меча самыми кончиками пальцев. И в то же мгновение сердце Карика остановилось. Без всякого предупреждения его ноги подкосились, а жизненные силы мгновенно покинули тело. Он рухнул на холодный пол рядом с саркофагом, бледный как полотно. Тьма застлала взор, и он был бессилен что-либо изменить — его тело начало умирать. Стук сердца затих. Одно лишь прикосновение к мечу принесло ему смерть...
...
Прошло немало времени, прежде чем сердце Карика снова толкнулось в груди. Тело медленно начало восстанавливаться, совершая невозможное — обращение смерти вспять.
— Ур-рх... — он потер лоб, приходя в себя. Мучительная боль агонии всё еще отдавалась в каждой мышце. — Какая болезненная смерть...
С трудом приподнявшись, он посмотрел на меч с еще большим опасением. Даже он, властелин смерти, испустил дух от простого касания. Не умей он управлять гранью между бытием и небытием, он бы уже никогда не поднялся. «Как же трудно было возвращаться из Царства Душ в собственное тело. Даже не знаю, сколько времени я там пробыл».
В комнате не было ничего, что позволило бы следить за временем. Но одно стало ясно: этот меч и был той самой причиной, по которой император Эльзерии так обезумел, увидев, как Карик входит в этот потайной зал. Карик всё еще не знал создателя этого клинка. Такое оружие не под силу выковать даже богу за всю его бесконечную жизнь. Более того, в тот краткий миг касания он почувствовал жизнь внутри стали. И не одну. В этом мече таились две души. Но он не успел понять, что они пытались ему сказать — смерть наступила слишком быстро.
— Не знаю, что ты такое, но я обязательно это выясню, — произнес он, глядя на черный клинок, после чего закрыл крышку саркофага.
Он не мог позволить себе умирать снова и снова, ведь император мог найти способ войти в любой момент. То, что атаки на дверь прекратились, лишь усиливало тревогу Карика. Надежно запечатав меч в гробу, он осторожно убрал саркофаг в пространственное хранилище, создав для него отдельное изолированное измерение, подальше от остальных вещей.
Закончив с этим, он переключил внимание на гробы с телами императоров. Больше нельзя было терять ни секунды. Ему нужно было создать свою армию нежити и прорываться наружу! Это была гонка со временем, и проигрывать в ней он не собирался. Помимо императоров, он выставил вокруг себя и те тела Роялов, что собрал по пути.