Глава 261. Выигрыш и проигрыш

— Вот как?

Спустя мгновение отозвался Чжан Янь. В густой тени утёса на его лице промелькнуло подобие улыбки. — Ох, младший брат Юй, ты совсем не похож на человека моего круга.

В его голосе не было радости от встречи с единомышленником; он ответил скорее из вежливости, лениво махнув рукой в знак приветствия. Чжан Янь не был дураком. Когда Юй Цы сам заговорил с ним, да ещё и начал с темы азартных игр, тот сразу разгадал его намерения.

"Молодёжь, вечно им не терпится. В битве слабого против сильного тактика психологического давления вполне уместна, но нужно же знать меру..."

Чем яснее Чжан Янь понимал замысел Юй Цы, тем скучнее ему становилось. По правде говоря, согласно проигранному несколько дней назад пари, сейчас ему следовало бы подыграть парню, иначе во время поединка даже дурак заметил бы подвох! Но за десятилетия разговоры на эту тему набили ему такую оскомину, что Чжан Янь просто не находил в себе сил продолжать. Сдавленно хмыкнув, он просто отмахнулся.

— Перед тобой живой пример того, к чему это приводит. Тебе, младший брат, стоит быть осторожнее.

"Сейчас он, должно быть, попытается подстроиться под мои вкусы... — лениво размышлял Чжан Янь. — Может, стоит проявить чуть больше энтузиазма? А то вдруг парень перегорит раньше времени и всё испортит?"

Пока Чжан Янь предавался раздумьям, ответ Юй Цы оказался довольно неожиданным:

— Спешу сообщить тебе, старший брат Чжан, что я тоже прекрасно осознаю весь вред "игры". В этом отношении между нами нет никакой разницы...

Если бы Юй Цы сказал что-то другое, это бы ещё сошло, но фраза "нет никакой разницы" была прямым намеком на то, что он видит Чжан Яня насквозь. Быть предметом такого анализа со стороны юноши, который был моложе его на несколько десятков лет — это заставило бы даже самого добродушного человека потерять лицо. Но важнее было другое: Чжан Янь понимал, что Юй Цы не бросает слова на ветер.

У Чжан Яня наконец появилось желание ответить. В тени утёса его брови дрогнули, и он усмехнулся: — И как же, по-твоему, я мыслю?

Юй Цы дал хитрый, но острый ответ: — Мне кажется, старший брат Чжан — человек чрезвычайно умный.

Едва он договорил, как почувствовал, что лицо обдало жаром. Взгляд Чжан Яня, острый как лезвие меча, полоснул по нему и тут же угас. Это означало, что Чжан Янь молча проглотил дерзость, и Юй Цы смог продолжить уже более естественно:

— Хоть я и знаю о вреде игры, но эта страсть вплетена в мою натуру так глубоко, что её невозможно вырвать. Если я лишусь её, то, боюсь, и с жизнью придётся расстаться.

— О, неужели всё так серьёзно? — отозвался Чжан Янь, чувствуя разочарование. Он-то ждал чего-то выдающегося, а услышал лишь старый приём краснобаев — попытку напугать слушателя громкими словами. Он отвернулся к небу, прикидывая, что до назначенного времени осталось ещё больше получаса, и невольно вздохнул.

Юй Цы, казалось, ничего не замечал. Он лишь улыбнулся и кивнул: — Именно так. Другие не могут бросить из-за азарта и остроты ощущений, а у меня на этом держится сама жизнь... Кстати, старший брат Чжан, а ради чего играешь ты?

Ответом ему было тягостное молчание.

Юй Цы не смутился. Подождав несколько секунд и не дождавшись ответа, он продолжил как ни в чём не бывало: — А знаешь ли ты, старший брат, на что я обычно ставлю?

"Да какое мне дело?"

Чжан Янь, чьё настроение окончательно испортилось из-за самоуверенности юноши, уже подумывал просто закрыть глаза и вздремнуть. Но в это самое мгновение его обдало могильным холодом. Распахнув глаза, он увидел, как ледяное сияние меча рассекло темноту, устремляясь прямо к его голове!

"Твою ж!.."

Чжан Янь едва не выругался вслух, хотя про себя повторил это ругательство уже сотню раз. Он никак не ожидал, что этот парень окажется настолько непредсказуемым и так мгновенно перейдёт от слов к делу.

Расстояние между ними было не больше полутора метров. Само по себе это не было проблемой, но атака последовала без всякого предупреждения. На полпути клинок стал полупрозрачным; в ночной тьме казалось, что лунный свет проникает сквозь сталь, делая удар призрачным и неуловимым.

Чжан Янь был вынужен признать: для возраста и уровня Юй Цы его мастерство владения мечом достигло невероятных высот. Он с первого взгляда понял, что путь меча Юй Цы основывается на "туманном намерении". Если бы контроль над энергией меча не был столь совершенным, клинок не смог бы отражать лунный свет подобно чистому горному хрусталю.

И именно в этот момент Чжан Янь столкнулся с крайне неловкой дилеммой: стоит ли ему отвечать ударом на удар?

Рассудок подсказывал ему на девяносто девять процентов, что Юй Цы не настолько глуп, чтобы по-настоящему вступать с ним в смертельную схватку прямо здесь. Он был уверен, что это очередной психологический трюк, и меч остановится в самый последний момент, чтобы послужить лишь эффектной прелюдией к новым речам.

Лучшим выходом было бы просто ничего не делать, продемонстрировать полное хладнокровие и заставить Юй Цы самого убрать оружие. После такого у того вряд ли хватило бы наглости продолжать навязываться.

Мысли проносились в его голове со скоростью молнии. По мере приближения клинка его уверенность крепла...

Пока он не встретился взглядом с глазами Юй Цы, в которых застыл холодный, непоколебимый блеск!

В тишине раздался яростный вскрик, и из тени утёса вырвался поток радужного сияния, мгновенно подавив лунный туман меча Юй Цы. Несмотря на мощь собственного ответа, Чжан Янь чувствовал себя уязвлённым. Он всё же не выдержал и ударил первым, потому что в тот миг, когда остриё меча оказалось у самого его лица, он дрогнул перед намерением меча Юй Цы. Инстинкт самосохранения оказался сильнее логики.

Однако, когда битва завязалась, Чжан Янь даже порадовался своему решению. Энергия меча Юй Цы, выверенная до мельчайших деталей, была настолько острой, что от неё покалывало кожу, а по затылку бежали мурашки. Парень и не думал сдерживаться.

Несмотря на то, что он находился лишь на стадии Постижения Духа, в этом ударе чувствовалась мощь, достойная уровня Формирования Ядра!

Радуга столкнулась с туманом. Чжан Янь даже не пошевелился, но Юй Цы, чья культивация была на целый уровень ниже, явно не мог усидеть на месте. Он вскочил, но, вопреки ожиданиям Чжан Яня, не отступил. Без единого слова, пренебрегая расходящимся радужным сиянием, он бросился в атаку прямо по центру!

"Неужели этот малый не знает, когда нужно остановиться?" — вспыхнул гневом Чжан Янь, но встречный блеск меча тут же оборвал его мысли.

Гулкий звон мечей заметался в тесном пространстве под скалой, заполняя всё вокруг. Острые всполохи энергии кромсали даже твёрдый, как железо, камень, оставляя глубокие борозды.

Первый выпад, второй, третий, четвёртый... На четвёртом ударе Чжан Янь понял, что у него больше нет времени считать! Клинок в руках Юй Цы окончательно потерял видимую форму, превратившись в росчерки неистовой энергии, безжалостно рассекающие пустоту.

Чжан Янь не успел, а точнее — не нашёл момента, чтобы применить свою коронную технику "Пронзающая Солнце Летающая Радуга". Ему пришлось использовать мастерство ближнего боя, чтобы сдерживать этот неистовый шквал атак, подобный ливню. Им больше не удавалось удерживать схватку в тени скалы; оба они, подобно летучим обезьянам, носились по пику Чутянь, совершая головокружительные прыжки и описывая огромные круги.

Такое ожесточённое сражение не могло остаться незамеченным. Вскоре к месту схватки стянулось больше десятка человек, наблюдая за происходящим со стороны. Но Чжан Яню было не до них. Всё его существо было заполнено одним невероятным осознанием.

С самого начала и до этого мгновения Юй Цы не сделал ни одного защитного движения!

Чжан Янь вовсе не был в положении проигрывающего, который может только обороняться. На самом деле, за это время он не раз переходил в контратаку. Как минимум тридцать раз у него была возможность нанести Юй Цы смертельный удар, но тот словно не замечал опасности. Он даже глазом не моргал, продолжая неистово атаковать, чем раз за разом вынуждал Чжан Яня самого отводить меч для защиты.

— Какое наглое жульничество! — донёсся голос одного из наблюдателей.

Жульничество?.. Чжан Янь так не считал.

Он действительно контролировал силу своих ударов, стараясь не доводить дело до кровопролития, но при этом каждая его контратака становилась всё более яростной. В какой-то момент он и сам вошёл в раж: радужное сияние его меча с рёвом обрушивалось на скалы, сотрясая гору.

Но даже в этом хаосе меч Юй Цы продолжал неуклонно прорываться вперёд. Его ледяное, пронзительное намерение меча оставалось непоколебимым от начала и до конца. Это был путь безвозвратного движения вперёд! Но самым важным было другое: в моменты столкновения их сил Чжан Янь чувствовал странную вещь.

Неужели... он сам был чуть медленнее?

По мере того как битва затягивалась, а его собственные удары становились всё мощнее, это чувство крепло. Глаза могут обмануть, но духовное восприятие — никогда. Чжан Янь ясно видел, что юноша перед ним сражался с абсолютной самоотдачей. Его стойки были безупречны, в каждом движении чувствовался строгий порядок. Его отказ от защиты не был безрассудством или "грязным приёмом" — за этим стоял глубокий принцип.

Чжан Янь начал понимать, что имел в виду Юй Цы, когда говорил об "игре".

Разве это не было высшей степенью азарта? Использовать собственную жизнь как ставку, ставя всё на то, что твой меч окажется хоть на волосок быстрее. Если выиграешь — останешься в живых и победишь врага. Если проиграешь — расстанешься с жизнью.

С самого первого выпада и до нынешнего момента Юй Цы ставил на кон всё, без единого исключения!

Когда Юй Цы снова пошёл в атаку, Чжан Янь почувствовал внезапный порыв. Он тоже отбросил осторожность и, игнорируя угрозу, нанёс сокрушительный удар. В этот миг его сознание было сосредоточено как никогда, он внимательно следил за реакцией противника.

Меч сверкнул радугой, прочертив в ночном небе чёткий след.

Их фигуры пересеклись. Раздался оглушительный грохот — защитная истинная злобная энергия Чжан Яня вспыхнула в полную силу. Мощная волна энергии, которую Юй Цы уже не мог сдержать, отбросила его на несколько метров. Ударившись о скалу, он замер, и безумный шквал атак наконец прекратился.

Юй Цы медленно поднялся и встретился взглядом с бесстрастным лицом Чжан Яня. Разделённые десятком метров, они больше не пытались нападать.

Чжан Янь первым убрал меч, продолжая пристально смотреть на юношу.

— Так вот в какой игре ты мастер?

Юй Цы кивнул и слегка улыбнулся: — Только этому и обучен. Прошу старшего брата Чжана оценить.

Чжан Янь коснулся воротника своей одежды, на котором остался след от чужой энергии, и покачал головой.

— Какая уж тут оценка... Пожалуй, в сегодняшнем споре я проиграл.