Глава 256. Репутация
Покинув огромный архив, Юй Цы обратился к Мэн Вэй:
— Старшая сестра Мэн, что это за собрание Ханьчжан?
— Собрание Ханьчжан... Господин Чжу, должно быть, имел в виду Малое собрание Ханьчжан, — Мэн Вэй, только что осознав суть дела, с улыбкой принялась объяснять.
Название "Ханьчжан" происходило из Книги Перемен, из толкования гексаграммы Кунь: "Скрывай свою красоту, и сможешь сохранить стойкость". Изначально это означало обладание талантами и добродетелью без их выпячивания, сдержанность в делах. Здесь же это название указывало на то, что предстоящее собрание не было местом для хвастовства уровнем культивации или мощью артефактов, и на нём не поощрялись жаркие споры. Это была мирная и тёплая встреча, где собирались элиты различных сект — по крайней мере, внешне всё должно было выглядеть благопристойно. Основной целью собрания было расширение связей и обмен опытом.
Мэн Вэй добавила слово "Малое", потому что у собрания Ханьчжан существовали разные уровни.
Собрание Ханьчжан высшего уровня было событием для всего Мира Культивации. На него съезжались выдающиеся ученики из великих ортодоксальных сект, подобных секте Отречения от Пыли. В период проведения собрания лучшие из лучших со всех четырёх морей собирались вместе, и их число порой исчислялось десятками тысяч. В моменты их прибытия и отбытия сияние мечей и артефактов закрывало небо, являя собой одно из величественнейших зрелищ этого мира.
Однако такое торжество проводилось лишь раз в сорок-пятьдесят лет. Последнее состоялось всего шесть лет назад, так что, если бы Юй Цы действительно захотел в нём участвовать, ему пришлось бы ждать ещё как минимум три десятка лет.
Раз господин Чжу упомянул этот год, он наверняка имел в виду Малое собрание Ханьчжан. Это было понятие региональное. В отличие от Большого собрания, оно охватывало только земли по обе стороны горной цепи Дуаньцзе и Долины Небесной Трещины, то есть центрально-западный регион Мира Культивации.
— В этих краях, кроме секты Отречения от Пыли, значима лишь Долина Заходящего Солнца? — уточнил Юй Цы.
Он уже примерно представлял себе "экосистему" культиваторов в окрестностях горной цепи Дуаньцзе. Как он и сказал, секта Отречения от Пыли была неоспоримым владыкой этой территории. Единственной силой, способной с ней сравниться, была Долина Заходящего Солнца, расположенная далеко на другом берегу Долины Небесной Трещины. Эти две великие секты, разделенные Долиной Небесной Трещины, развивались независимо, но в целом поддерживали добрые отношения. Особенно это касалось их позиции по подавлению демонов внутри Долины Небесной Трещины — на протяжении долгого времени они действовали в полном согласии. Таким образом, организовать мирное собрание под эгидой этих двух сект было не так уж сложно.
Но это вовсе не означало, что в собрании Ханьчжан мог участвовать кто угодно.
— Разве внешние ученики тоже могут там присутствовать? — спросил Юй Цы.
Мэн Вэй ответила предельно честно:
— Подобных прецедентов ещё не было.
— Тогда почему...
— Потому что господин Чжу имеет право самолично рекомендовать ученика, который пришёлся ему по душе.
Ответила ему не Мэн Вэй, а Ли Ю, невесть откуда выскочивший перед ними.
При виде Ли Ю Мэн Вэй нахмурилась. То, что она позволила ему распространять слухи, не означало, что она не возражает против его манер. Ли Ю же, весело смеясь, нисколько об этом не заботился. С тех пор как он достиг уровня Формирования Ядра, он пребывал в крайне возбуждённом состоянии, и его и без того живой и порывистый характер стал ещё более неугомонным.
Сначала он с улыбкой поприветствовал Мэн Вэй, а затем повернулся к Юй Цы и расхохотался:
— Младший брат Юй, ты и впрямь невероятен! Я услышал, что Чжао Фу отправился за тобой на пик Ципин, и сразу поспешил сюда, не ожидая услышать такую добрую весть.
С этими словами он вновь повернулся к Мэн Вэй и поднял большой палец:
— Сестра Мэн, теперь я искренне тобой восхищаюсь. Как ты додумалась до такого хода?
Мэн Вэй лишь слегка улыбнулась, не давая ему увести разговор в сторону, и вновь обратилась к Юй Цы:
— Собрание Ханьчжан — действительно прекрасная возможность, но даже если господин Чжу порекомендует тебя, возникнет одна серьёзная трудность...
— Недостаток стажа?
— Отсутствие громкого имени?
Юй Цы и Ли Ю заговорили одновременно. Слова были разными, но смысл — один и тот же.
Услышав это, Ли Ю похлопал Юй Цы по плечу и рассмеялся:
— Хорошо, что ты это понимаешь. Проблема действительно в репутации и заслугах. Однако сейчас как раз подвернулся отличный шанс.
Юй Цы на мгновение задумался и осторожно спросил:
— Сад Мечей?
— В точку!
Ли Ю, удивлённый и обрадованный, хлопнул в ладоши:
— Оказывается, младший брат Юй уже всё продумал! Знай я это, зачем бы мне было ломать голову?
— Э-э, я только что услышал об этом от других, — поспешно замахал руками Юй Цы.
Он даже толком не знал, что такое Сад Мечей или торжество в Саду Мечей, так откуда у него могли взяться планы? Он вкратце пересказал встречу с Гэ Хуэем и Не Цзуном. Хотя у него не было намерения просить за них перед Мэн Вэй, ему хотелось увидеть её реакцию.
Лицо Мэн Вэй не выражало ни гнева, ни радости, она лишь слегка покачала головой:
— Эти двое слишком много на себя берут. Дун Цзи действительно нарушил дисциплину секты, но торжество в Саду Мечей — это такая редкая удача, неужели секта позволит им её упустить? Скорее всего, им временно снимут запрет, а когда дела в Саду Мечей закончатся, они вернутся отбывать наказание.
Юй Цы только моргал от удивления. Его любопытство разгоралось всё сильнее: что же это за Сад Мечей такой, ради которого даже строгая старшая сестра Мэн готова пойти на уступки, лишь бы соратники не упустили свой шанс?
Только он собрался расспросить подробнее, как Мэн Вэй, слегка нахмурившись, вспомнила о другом:
— Сегодня моя очередь дежурить на посадках, время уже позднее, мне пора возвращаться на пик Лянтянь. Младший брат Юй, будь то собрание Ханьчжан или дела в Саду Мечей — всё это редкие возможности. Их нельзя упускать, но и суетиться не стоит. Давай сегодня вечером ты вместе со старшим братом Ли Ю заглянешь ко мне, и мы всё подробно обсудим и подготовимся.
Юй Цы, разумеется, согласился и поблагодарил Мэн Вэй за то, что она, несмотря на занятость, представила его господину Чжу. Затем он проводил взглядом девушку, которая на другой птице Водного Облика устремилась в небо.
В этот момент Ли Ю снова хлопнул его по плечу:
— Пойдём, брат, сначала мы вдвоём набросаем план. У меня как раз есть одна идейка...
Он призвал меч и полетел вместе с Юй Цы. В секте летать было куда приятнее, чем ходить пешком: путь, который у Юй Цы занимал больше получаса, Ли Ю пролетал сквозь облака всего за пару минут. Вскоре они уже были над Обителью Десяти Тысяч Законов.
Хотя она называлась "обителью", на самом деле это были пять вершин — две побольше и три поменьше, возвышающиеся в пустоте и окутанные туманом. Из-за своего вида это место также называли горой Сросшихся Пальцев.
Четыре уровня общежитий — Цзя, И, Бин и Дин — располагались на четырёх разных пиках. Пустовал лишь самый высокий — пик Чутянь.
Конечно, пик Чутянь не был заброшен. На нём обустроили несколько десятков тренировочных арен, предназначенных специально для того, чтобы ученики Отдела Практики могли состязаться друг с другом. Нужно понимать, что Отдел Практики следовал пути достижения истины через силу, и уровень культивации здесь был неразрывно связан с боевым опытом. Поэтому дух соперничества — как внутреннего, так и внешнего — здесь был крайне важен. Находясь в воздухе, Юй Цы и Ли Ю видели, как на пике Чутянь скрещивались вспышки мечей и сияние артефактов — то рассыпаясь искрами, то огибая пик яркими радугами. Всё это сопровождалось грохотом воздушных взрывов и выглядело чрезвычайно эффектно.
Ли Ю остановил полет меча прямо в воздухе и указал на пик Чутянь:
— Младший брат Юй, твоя репутация и твои заслуги ждут тебя там.
Юй Цы давно догадался, что тот клонит именно к этому. Он лишь улыбнулся, не чувствуя страха, а скорее испытывая желание поскорее испытать себя. Он и сам подумывал об этом, но, будучи новичком, считал нужным проявить сдержанность в первые дни. А теперь...
— Ли Ю, малец! Осмелишься сразиться со мной?!
С края другого облака внезапно донёсся мощный рёв. Звуковая волна всколыхнула туман, словно пронёсся ураган, и Юй Цы почувствовал, как по коже пробежали мурашки.
Обернувшись, он увидел, как комок мрачного, иссиня-чёрного сияния разорвал облака и в мгновение ока преодолел расстояние в несколько ли. Перед ними предстал могучий богатырь ростом в девять чи. Его всклокоченные волосы были кое-как собраны в пучок, подбородок чисто выбрит до синевы, а глаза, похожие на раскалённые угли, тускло алели и медленно вращались в глазницах. Такое лицо было невозможно забыть.
Казалось, от этого человека с головы до пят исходит мощный жар, а его манеры были настолько прямолинейны, что парой фраз он мог пробудить в любом жажду битвы.
Такой противник стоил того, чтобы с ним сразиться!
Юй Цы ожидал, что Ли Ю с радостью согласится, но тот лишь оскалился, обнажив ряд белоснежных зубов:
— Скоро торжество в Саду Мечей, старина Хун, чего ты лезешь? В эти месяцы я сражаюсь только на мечах, и только если есть ставка!
— Сад Мечей? В этот раз ты снова хочешь туда попасть?
Отказ Ли Ю ничуть не раздосадовал великана. Он почесал затылок, ещё сильнее запутав свои и без того растрёпанные волосы, и тоже осклабился:
— В прошлый раз тебя так разделали, что ты едва ноги унёс, чуть жизнь там не оставил. В этот раз, когда всё решится, хочешь отыграться? Хе, не факт, что те люди вообще придут.
Ли Ю лишь фыркнул, не выказав обиды:
— Не пытайся меня задеть. Какой смысл жить мастеру меча, если он не совершит пару кругов по Саду Мечей? Не болтай чепухи. Если нет жетона Жертвоприношения Меча, проваливай...
— А если есть жетон, тогда что?
В вышине внезапно раздался холодный смешок. Вслед за голосом ледяная, пробирающая до костей аура меча пронзила облака. Влага на её пути мгновенно замерзла, превратившись в чёткую ледяную иглу, остриё которой замерло прямо перед кончиком носа Ли Ю.
Ли Ю на мгновение остолбенел, а затем громко расхохотался:
— Заполучить жетон Ван Цзю — это по мне!
Едва договорив, он негромко бросил: "Осторожно!" — и, резко приложив силу, оттолкнул Юй Цы в сторону богатыря по фамилии Хун:
— Старина Хун, подбери для младшего брата Юй какое-нибудь дельце, а я скоро вернусь!
Слово "вернусь" ещё эхом отдавалось в воздухе, а фигура Ли Ю уже исчезла. Ледяная игла перед ним с треском лопнула и бесследно испарилась.