Глава 249. На реке
— Старший брат Ли?
Юй Цы и раньше догадывался о чем-то подобном, поэтому ничуть не удивился. Он с улыбкой шагнул вперёд и поприветствовал собеседника. После короткого разговора выяснилось, что этот невысокий, склонный к полноте и весьма располагающий к себе даос — ученик четвёртого поколения Отдела Практики. Он вступил в секту более семидесяти лет назад и приходился старшим братом Ли Ю, с которым Юй Цы уже был знаком.
Толстяк Ли обладал удивительной привычкой улыбаться ещё до того, как начнёт говорить, и вообще отличался широкой натурой. Едва они обменялись именами, он тут же, по-свойски и без лишних церемоний, хлопнул Юй Цы по плечу. Правда, поскольку он был на целую голову ниже Юй Цы, со стороны этот жест выглядел довольно забавно.
— Младший брат Юй, а ты молодец! — сказал Ли, подняв большой палец. — События в городе Цзюэби переполошили даже патриархов секты. Из трёх тысяч учеников в списке тех, чьи имена старейшины помнят лично, едва наберётся сотня. И чтобы среди них оказался внешний ученик... Пожалуй, ты первый в своём роде!
Юй Цы лишь усмехнулся. За то недолгое время, что они общались, он успел понять: этот толстый даос склонен к преувеличениям, так что воспринимать его слова всерьёз не стоило. Обменявшись ещё парой вежливых фраз, Юй Цы спросил о происхождении названия "река Тунтянь".
Полгода назад он получил официальный указ секты. В нём выражалась похвала за то, что он раскрыл заговор Кровавого монаха Ту Лина и помог устранить главного виновника. Юй Цы предписывалось немедленно явиться к горным вратам секты Отречения от Пыли для получения дальнейших распоряжений. Не смея медлить, он сразу отправился в путь, по дороге заглянув в монастырь Прекращения Сердца, чтобы уточнить маршрут, и двинулся на северо-восток, пока не взошёл на гору Мяоцин, чья высота едва достигала тысячи чжанов.
Согласно указаниям старого даоса Юй Чжоу, на вершине Мяоцин находилась переправа Летящих Облаков, откуда можно было попасть на реку Тунтянь. Далее следовало подняться вверх по течению более чем на тысячу ли — там и располагалась обитель секты Отречения от Пыли. Однако, поднявшись на вершину, Юй Цы увидел лишь бескрайнее море изумрудных гор и бегущие между ними ручьи. Никакой "великой реки, тянущейся на сотни ли", и в помине не было.
Толстяк Ли ничуть не удивился этому вопросу. Он прищурился и пояснил:
— Раз уж она зовётся рекой Тунтянь — Рекой, Ведущей к Небесам, — то и течь она должна по небесам. Разве обычные земные потоки достойны называться Небесной рекой?
В его голосе проскользнули нотки гордости. Широким жестом он обвёл окрестные пики и похлопал по огромному камню за спиной:
— Взгляни на эту переправу Летящих Облаков. Сейчас кажется, что за ней лишь пустота, но когда поднимется горный туман и соберётся море облаков, оно соединит все вершины в единую сияющую ленту. Мы оседлаем мечи и полетим по ветру над горами — это и будет наше плавание. Мы станем подобны лодкам, летящим по течению.
Юй Цы огляделся. Сейчас ярко светило солнце, и туман ещё не показался — склоны гор утопали в свежей зелени. Но он легко мог представить, как в густом облачном море горные пики превращаются в острова, окружённые бурлящими волнами пара.
— Чтобы увидеть реку Тунтянь во всей красе, нужно подождать, — добавил толстяк. — Давай-ка я подброшу тебя немного. Как раз к тому времени, как доберёмся до места, где собираются облачные потоки, ты всё увидишь сам.
Юй Цы не стал отказываться:
— Благодарю за помощь, старший брат Ли.
— Пустяки, — Ли небрежно махнул пухлой ладонью. — Садись.
Раздался низкий гул, и вокруг него разлилось сияние молочно-белого меча. Юй Цы, сам будучи знатоком мечного искусства, сразу понял: дело не только в мастерстве управления. В этот свет была вплетена сила особого артефакта, из-за чего клинок утратил чистоту своего изначального блеска, но обрёл новые свойства.
— Мой меч Яньцзе переплавлен с артефактом Завеса Белых Облаков, — с улыбкой пояснил толстяк. — Особой боевой мощи в этом нет, зато он может нести на себе гораздо больше веса, чем обычные мечи. Пошли, нельзя терять время. До ворот секты ещё тысяча двести ли, если повезёт, доберёмся часа за два. А ночью на реке Тунтянь бывает неспокойно.
Юй Цы усмехнулся и, не говоря ни слова, шагнул в круг света, созданный Ли. В следующее мгновение они взмыли в воздух и устремились прочь от переправы Летящих Облаков, в открытое пространство между горными цепями.
Полёт над горами сильно отличался от обычного восхождения. Меч толстяка Ли летел быстро и ровно. Юй Цы стоял на нём, наблюдая, как один живописный пик сменяет другой. Попутчик тем временем не умолкал, увлечённо рассказывая о местных достопримечательностях, так что дорога не казалась скучной.
Тысяча двести ли — путь не малый, но и не слишком длинный. Культиватор стадии Формирования Ядра, двигаясь налегке, мог преодолеть восемьсот ли за час, но с пассажиром скорость неизбежно падала, так что оценка Ли была вполне разумной. Однако через четверть часа Юй Цы почувствовал неладное. Ли говорил, что река Тунтянь ведёт вверх, значит, и они должны были набирать высоту. Но хотя меч летел стремительно, он лишь петлял между хребтами. Они уже вдоволь налюбовались красотами горы Мяоцин, но высота полёта по-прежнему составляла около тысячи чжанов. Юй Цы невольно засомневался.
В этот момент толстяк внезапно обернулся, оскалился в улыбке и указал пальцем вниз:
— Смотри, облака идут!
Туман над горой Мяоцин поднялся невероятно быстро. Солнце над головой словно подернулось серой дымкой, температура в горах резко упала. Из ущелий со всех сторон начали вырываться белые полосы пара. Более того, с самой высоты Девяти Небес тоже начали спускаться облачные потоки. Вскоре они слились в единую пелену, и далёкие горы мгновенно скрылись из виду.
Ли внезапно остановил меч и, зависнув в пустоте, рассмеялся:
— Вот она, река Тунтянь!
Юй Цы проследил за его взглядом. Между горами, подобно бескрайней нефритовой ленте, извивался облачный поток. Он прорезал хребты, словно бурная река в тесном каньоне. Ракурс был выбран идеально: казалось, эта лента уходит в бесконечность, заставляя задуматься о том, где же находится её исток.
— Вперёд!
Ли издал залихватский свист, и скорость меча резко возросла. Снаряд, подобно молнии, ворвался в гущу облаков. Даос обернулся к Юй Цы:
— Мы немного припозднились, так что срежем путь. Боюсь, будет немного трясти!
Юй Цы лишь понимающе улыбнулся в ответ.
Меч мчался вперёд, но в тот миг, когда они оторвались от очередной вершины, острый взор Юй Цы успел заметить на ближайшем пике каменную стелу. С его позиции невозможно было разобрать надпись, но его "малыш" — дух-хранитель, всегда следовавший рядом — помог рассмотреть детали.
На камне было высечено три иероглифа: Застава Цзиюнь.
На этот раз Ли явно взял курс вверх под крутым углом. Они мгновенно удалились от вершины горы Мяоцин. Огромные массы облаков, спускавшиеся с небес, походили на гигантские морские волны, застывшие в вышине и сливающиеся с туманом внизу. Толстяк направил меч прямо в этот ниспадающий поток и с головой нырнул в него.
Обзор резко сузился, вокруг мелькали лишь клочья тумана, принимая причудливые формы. Ли замолчал и сосредоточился на управлении мечом, совершая рывок за рывком. После нескольких резких ускорений Юй Цы окончательно потерял ориентацию. Он понимал, что они летят не по прямой, а описывают бесчисленные круги, отчего окружающий туман пришёл в неистовство, создавая нешуточный шум.
Юй Цы слегка прикрыл глаза и, задействовав божественную волю, начал изучать изменения в окружающем пространстве.
Вскоре он обнаружил, что старший брат Ли не просто управляет мечом. Он ловит невидимые течения в пустоте и использует их силу, чтобы разгоняться ещё сильнее. Это действительно напоминало управление лодкой в бурном потоке.
В то же время Юй Цы заметил, что рядом с этим течением ощущаются и другие ауры...
— У-у-у!
Внезапный резкий вой прорезал шум ветра. Слева от Юй Цы забурлили облака, и на них, словно живая гора, обрушилась огромная тень.
В этот момент мастерство Ли проявилось в полной мере. Белое сияние меча, подобно юле, совершило серию невероятных вращений, едва не коснувшись гигантского силуэта. Ли, будучи единым целым со своим мечом, мог крутиться хоть сотню раз, но для Юй Цы это стало настоящим испытанием. После череды переворотов он окончательно перестал понимать, где верх, а где низ, однако ухитрился устоять на ногах.
Ли покосился на него, явно удивлённый такой устойчивостью, и с улыбкой пояснил:
— Не бойся, это зверь туманных потоков. Обычно они обитают на высоте двух тысяч чжанов, но когда облака опускаются, они спускаются вместе с ними в реку Тунтянь. Большинство из них довольно мирные, а от тех, что позлее, мы просто удерём.
Юй Цы хмыкнул и посмотрел на Ли:
— Старший брат Ли, в этом и заключается разница между путём через переправу Летящих Облаков и проходом через заставу Цзиюнь?
Ли на мгновение замер, а когда снова посмотрел на него, его улыбка стала иной:
— У младшего брата Юй отличный взор. На самом деле разница... Эй, постой, не надо!
Крик опоздал. Ещё в тот миг, когда выражение лица Ли начало меняться, Юй Цы выхватил Меч Сияющий Свет. С тихим гудением сорвались две вспышки и мгновенно растворились в боковом тумане.
Намерение меча "Мираж Полугоры" брало своё начало в самой природе тумана и иллюзий. Выпущенная энергия идеально слилась с окружающими облаками. К тому же Юй Цы добавил к удару технику "Сокрушения скверны", которой его обучил Се Янь — этот прием обладал сокрушительной силой против любых Душ Инь и призрачных сущностей!
В следующее мгновение до ушей Юй Цы донёсся возглас:
— Какая жестокость!
Этот голос прозвучал сразу от двоих людей — интонация и тон были абсолютно идентичны. Если бы Юй Цы не подготовился заранее, он вряд ли бы это заметил. Одновременно с этим он почувствовал, как его туманные лезвия были перехвачены и погашены. Впрочем, он и сам не бил в полную силу.
Облака снова заколыхались, и из них выделились два сгустка пара. Они начали стремительно трансформироваться и вскоре приняли облик двух человеческих фигур. Одинакового роста и телосложения, с нечёткими лицами, но очень характерной осанкой.
Глаз Закона Юй Цы уже был открыт. Он с первого взгляда определил, что в ядре этих фигур, созданных из тумана, пульсирует чистейшая энергия Души Инь.
— Выход Души Инь из тела, странствие духа... — пробормотал он. Обернувшись к толстому даосу, он широко улыбнулся: — И кто же из старших братьев решил нас навестить?