Том 2. Глава 262. Эхо прошлого, тени будущего [Часть 2]

Голос Юто стал тяжелым, каждое слово несло в себе бремя мрачной, неоспоримой истины.

—  Это неизбежно — Тьма снова сойдет на мир, Галиск. И когда это случится, Алистеру нужно будет быть на пике своего могущества, чтобы иметь хоть какой-то шанс. Если он падет, вся драконья раса — нет, весь этот мир — будет стерт, вычеркнут из бытия. Другого пути просто не существует.

В голосе Галиска послышались нотки разочарования.

—  Ты говоришь об этом так, будто тебя самого здесь нет, Юто. Разве ты не должен быть самым могущественным существом на планете? Истинным драконом?

—  Если кто и должен противостоять этой Тьме, так это ты. Я знаю, тебе нет дела до человечества, но ты наверняка защитишь свой род.  Или ты хочешь сказать, что этого не будет?

Юто издал усталый вздох, словно обращаясь к самому себе так же часто, как и к Галиску.

—  Чтобы он по-настоящему вырос, Галиск, ему нужно бороться. Он должен научиться стоять на своем, сражаться в битвах, в которых, как ему кажется, он не выживет. Как он сможет это сделать, если мы будем рядом, оберегая его от каждой угрозы? Это одна из причин, почему я не сказал ему, кто я... и что ты — его отец.

На другом конце линии Галиск сжал кулаки.

—  Значит... ты позволяешь ему бороться. Позволяешь страдать. И ты позволяешь его сестре умереть только ради того, чтобы он был готов к битве, от которой мы могли бы его оградить?

Юто стиснул зубы.

—  Вот ты снова за своё, самоуверенность так и прет. Ты забываешь, что именно эта Тьма убила мою госпожу — ту самую, которую ты не смог защитить.

Упоминание Юто о прошлом было достаточным ответом, но Галиск продолжал настаивать, и его голос становился всё более напряженным.

—  Как ты думаешь, что он подумает о тебе, когда узнает правду? Что его сестра, которую он отчаянно пытается спасти — это тот самый человек, которого ты готов принести в жертву ради какого-то «усиливающего» кристалла? Что он почувствует, когда поймет, что ты позволил ей умереть, чтобы сделать его сильнее?

—  Или то, что ты не сказал ему, что у него есть отец?

Взор Юто стал холодным и отрешенным, пока он мерил шагами расстояние до главных ворот поместья семьи Ли.

—  Неважно, что он обо мне подумает. Важно лишь то, чтобы он был готов к грядущему. Если нет, то он ничем не лучше любого другого драконьего Владыки, павшего под натиском Тьмы эоны лет назад. Это единственный путь.

Воцарилась тишина, наполненная тяжестью тысячи несказанных слов. Наконец Галиск заговорил, и в его тоне слышалась такая печаль, какую Юто редко от него слышал.

—  Ты ошибаешься, Юто. Сила, обретенная ценой всего, что он любит... это не истинная сила. Ты думаешь, что готовишь его к тому, что грядет, но на самом деле ты лишь учишь его ненавидеть. Что ты будешь делать, если эта потеря сведет его с ума?

Юто прижал телефон ближе к уху, его голос был тихим.

—  Может, ты и прав, Галиск, а может, и нет. В конечном счете только Алистер решит, каков правильный ответ. Сейчас он полон решимости спасти её — настолько полон, что не замечает: этот путь может лишить его возможности спасти себя, не говоря уже о мире. Но... возможно, если он придет к пониманию, к истинному пониманию того, что может спасти обоих... что ж, тогда всё может обернуться иначе.

На линии снова возникла пауза, которую наконец прервал голос Галиска.

—  Тогда почему бы тебе просто не сказать ему правду?

—  Нет, — ответ Юто был коротким и непоколебимым. — Как Владыка, Алистер должен сам следовать тому, во что верит. Если он хочет владеть силой, он должен познать вес своего выбора и встретить последствия. Направлять его руку было бы предательством.

Тон Галиска сменился на раздраженный.

—  Значит, ты просто умываешь руки? Будешь стоять в стороне и смотреть, надеясь на лучшее?

Юто уставился вдаль, но его голос оставался собранным.

—  Это лучшее, что я могу сделать. Некоторые пути нужно проходить в одиночку, без постороннего вмешательства.

Галиск резко выдохнул, и его нетерпение просочилось сквозь связь.

—  Нет, я не оставлю это на волю случая, Юто. Я не буду просто сидеть и надеяться, что всё сложится так, как ты хочешь. Я приду за ними обоими, если потребуется.

Рука Юто до боли сжала телефон, его голос опустился до почти хищного спокойствия.

—  Ты можешь попытаться, Галиск. Но если ты это сделаешь, ты добьешься успеха только через мой труп.

Галиск в шоке выкрикнул:

—  Что?!

Тон Юто смягчился, но стал еще более леденящим.

—  Галиск, в ту секунду, когда я узнаю, что ты пытаешься вмешаться, я быстро с тобой разделаюсь. Ты даже городских стен не увидишь.

Галиск вызывающе спросил:

—  Это что, угроза?

Губы Юто изогнулись в мрачной, понимающей улыбке, но в его глазах не было тепла.

—  Нет, друг мой. Это обещание.

—  Значит, ты намерен пойти против её последнего приказа?

Юто ответил:

—  Она просила не вымещать на тебе боль прошлого или её смерти.  Так что дело не в её гибели и не в прошлом. Дело в тебе — ты пытаешься поставить под угрозу выживание драконьей расы, и я не стану смотреть на это сложа руки.

Пальцы Юто дернулись, когда спокойные слова Галиска отозвались в трубке:

—  Думаешь, это меня остановит? С каких это пор невыполнимые задачи мешали мне дотянуться до тех, кто мне дорог?

Голос Юто стал еще ниже, мана вокруг него начала сгущаться, а его серебряные глаза приобрели зрачок, как у рептилий.

—  Никогда, Галиск. Но я — не «невыполнимая задача». Я — абсолют. Я даю тебе слово: если я почувствую твое присутствие или присутствие твоих солдат Света где-то поблизости от этого города... для тебя свет померкнет навсегда.

Галиск усмехнулся, ничуть не испугавшись.

—  Юто, мы оба знаем: ты не можешь вычеркнуть меня из прошлого. Если сделаешь это — Алистер перестанет существовать. И ты не можешь убить меня или рискнуть ранить, иначе мир потеряет опору, удерживающую его от набегов космических сил и небожителей. Так что давай будем честны — твои слова пусты. Это блеф.

Юто замолчал, и вес слов Галиска осел на плечи подобно железу. Он знал, что тот прав: устранение Галиска нарушит баланс, который даже Юто со всей своей мощью не сможет восстановить.

Тон Галиска смягчился.

—  Но я уважаю тебя, Юто. Я понимаю, насколько всё это сложно. Поэтому я дам мальчику еще немного времени. Если моей дочери осталось всего пять дней... я приду.

Челюсти Юто сжались, он заставил себя спросить:

—  Значит, если Алистер спасет её, ты останешься в стороне?

—  Да... пока что,  — ответил Галиск, и в его голосе промелькнула тень эмоции. — Но он мой сын, Юто. Это неизбежно — однажды я встречусь с ним.  И это случится скорее раньше, чем позже.

В трубке раздался щелчок, связь оборвалась. Юто замер, думая о той тонкой нити времени, что осталась Алистеру. Он убрал куб обратно в карман, бормоча себе под нос:

— Этот назойливый человеческий ублюдок... вечно ему нужно, чтобы всё было по-его. Кажется, он совсем не изменился за все эти годы».

Он посмотрел на луну, висящую в ночном небе. Её холодный серебристый свет разливал мягкое сияние над улицей. В тишине взгляд Юто смягчился, и его голос упал до шепота, будто он обращался к самой луне.

—  Алистер... судьба драконьей расы и всех обитателей этого мира в твоих руках. Возможно, с силой Бога-Дракона ты сумеешь проложить иной путь. Каким-то образом ты даже сможешь забрать силу реликвии, не жертвуя сестрой.

Юто замолчал, погрузившись в раздумья.

—  Или... возможно, ты возвысишься настолько, что она тебе вовсе не понадобится.

Тихий смешок сорвался с его губ, полный тепла и гордости.

—  Кто знает?  — произнес он, качая головой.

В этот момент в его серебряных глазах промелькнул проблеск надежды.