Глава 390. Цзя Лань против Цао Юаня

Тем временем.

На вершине высокого небоскрёба Линь Цие, сжимая в руке прямой клинок, стоял во мраке.

Внезапно издалека донёсся мощный взрыв, он слегка вздрогнул и резко повернул голову, чтобы посмотреть.

— Это...

— Они столкнулись с Отрядом 017, — произнёс Ань Цинюй, чья фигура плавно опустилась с воздуха на землю; он поднялся и нахмурившись посмотрел в сторону, откуда донёсся звук.

— Сколько их? — спросил Линь Цие.

Ань Цинюй слегка прикрыл глаза, используя ментальную связь между крысиной ордой, чтобы удалённо наблюдать за ситуацией там.

— Двое, — спокойно ответил Ань Цинюй. — Но их Запретные зоны, кажется, очень подавляют Толстяка Байли и Цао Юаня, и их сила велика. Ситуация не очень оптимистична.

— Отряд Ночных Стражей, дислоцированный в городе Гусу, естественно, не может быть слабым... — Линь Цие задумался на мгновение, затем повернулся к Ань Цинюю. — Как думаешь, каковы их шансы на победу? Мне нужно сейчас идти им на помощь?

Согласно первоначальному плану, этот приём Обратного призыва, отвлекающий манёвр, должен был быть использован в конце, во время битвы с Белл-Кранде. Если бы Линь Цие телепортировался сейчас, первоначальный план был бы нарушен, и они мгновенно превратились бы из атакующей стороны в обороняющуюся.

Более того, в таком случае Ань Цинюй столкнулся бы с опасностью действовать в одиночку, и Белл-Кранде легко мог бы его атаковать. Поэтому Линь Цие не должен был телепортироваться, если только это не было крайне необходимо.

Ань Цинюй колебался мгновение, затем сказал: — Без Цзя Лань их шансы на победу составляют менее тридцати процентов.

Линь Цие слегка вздрогнул. — А если с Цзя Лань?

Ань Цинюй поднял голову, и уголки его губ слегка приподнялись.

— Восемьдесят процентов.

...

На берегу озера Иньцзи.

Цао Юань медленно сжал рукоять прямого клинка. Невидимые нити опутали суставы его тела, и странная сила, проходя через эти нити, хлынула в его тело, управляя каждым его мускулом.

Он стиснул зубы, крупные капли пота стекали по его щекам, но сила в его ладонях становилась всё сильнее.

— Беги же... Цие нет здесь, ты не сможешь меня удержать! — Цао Юань, стиснув зубы, сказал Цзя Лань.

Цзя Лань спокойно смотрела на него, затем сняла с плеча светло-жёлтый лук из твёрдого дерева, натянула тетиву со стрелой и прицелилась в фигуру, стоявшую на крыше.

Её боковой взгляд скользнул к Цао Юаню, и её губы слегка приоткрылись: — Не... волнуйся...

Казалось, почувствовав убийственное намерение Цзя Лань, фигура на крыше резко дёрнула пальцем, и сила в ладони Цао Юаня мгновенно возросла в несколько раз.

Щёлк!

Послышался лёгкий щелчок, и прямой клинок выдвинулся из ножен на пару сантиметров.

В следующее мгновение чёрное пламя мгновенно охватило всё тело Цао Юаня, и мощная зловещая энергия вырвалась наружу. Он словно превратился в свирепую машину для убийств, сжимая в руке прямой клинок, объятый чёрным пламенем, а в его глазах не осталось и следа ясности.

— Хе-хе-хе... — Он злобно усмехнулся, его алые глаза пристально смотрели на единственное существо перед ним, и он мгновенно бросился вперёд!

В момент активации Запретной зоны Цао Юаня фигура на крыше внезапно сплюнула кровь, пошатнувшись на несколько шагов назад. На кончиках её десяти пальцев одновременно показались струйки крови; все нити, опутывающие Цао Юаня, были мгновенно разорваны!

Он был подвергнут ответному удару зловещей энергии Цао Юаня.

Но это не остановило безумство Цао Юаня.

Цзя Лань почувствовала свистящий ветер рядом с собой, её лицо слегка напряглось, она быстро закинула лук из твёрдого дерева за спину, слегка подняла обе руки, приняв боевую стойку, полную древнего очарования.

Лезвие клинка Цао Юаня, окутанное чёрной зловещей энергией, устремилось прямо к горлу Цзя Лань. Цзя Лань не имела ни малейшего намерения уклоняться, она смотрела, как клинок летит к ней, даже не моргнув глазом.

Дзинь!

Клинок ударился о длинную шею Цзя Лань, издав лёгкий звон. Ни зловещая энергия пламени, ни острое лезвие не смогли пробить её кожу ни на йоту, словно оно ударилось о несокрушимую сталь, не продвинувшись ни на миллиметр!

В то же время, одна рука Цзя Лань молниеносно схватила горло обезумевшего Цао Юаня, а другая крепко сжала его воротник и резко потянула!

Обезумевший Цао Юань был поднят ею и брошен через плечо на землю под ногами!

Кирпичи и камни разлетелись вдребезги!

Обезумевший Цао Юань издал гневный рёв. В тот момент, когда его спина коснулась земли, ужасающая сила взорвалась, и он оттолкнулся от земли, словно пушечное ядро, врезавшись в Цзя Лань. Их силуэты пролетели над землёй, разбивая одну каменную стену за другой, пока тело Цзя Лань не было впечатано в последнюю из них.

Густой дым поднялся со всех сторон. Обезумевший Цао Юань, перехватив клинок, яростно обрушил град ударов на Цзя Лань, и чёрное пламя зловещей энергии, вырвавшись, полностью поглотило всё вокруг.

— Хе-хе-хе-хе...

Хрусть!

Внезапно из дыма показалась бледная рука, мёртвой хваткой сжавшая лезвие прямого клинка, объятого чёрным пламенем!

Тело Цзя Лань вышло из разрушенной каменной стены. Мощным боковым ударом она отбросила обезумевшего Цао Юаня на десятки метров. Тот в воздухе вонзил прямой клинок в землю, протащив его, прежде чем смог стабилизировать своё тело.

На Цзя Лань, одетой в традиционное синее платье, не было ни единой пылинки. Шаг за шагом она выходила из дыма, её брови слегка нахмурились, а взгляд, устремлённый на Цао Юаня, стал недобрым, словно в ней разгорелся гнев.

Она протянула ладонь и поманила обезумевшего Цао Юаня: — ...Иди!

Бах!

Они одновременно оттолкнулись ногами, разбив камни под собой. Их фигуры двигались так быстро, что оставляли за собой размытые следы в воздухе, и с грохотом столкнулись друг с другом!

Тем временем Толстяк Байли с трудом высунул голову из воды, жадно вдыхая свежий воздух.

Внезапно его боковой взгляд уловил яростную схватку двух человекоподобных чудовищ на берегу, и выражение его лица застыло.

— Мать моя... Неужели эта девица такая свирепая?!

Бульк-бульк...

К нему бесшумно подплыла прогулочная лодка. Толстяк Байли в замешательстве поднял голову, увидев ту самую красавицу, стоявшую на носу лодки, её пустые глаза уставились на плавающего в озере Толстяка Байли.

— Все должны умереть... Вся Церковь Древних Богов должна умереть... Если бы не вы... капитан Хань не ушёл бы... — её губы слегка приоткрылись, и невнятные слова вырвались из её горла.

Она вытащила из-за спины китайский духовой инструмент и медленно поднесла его ко рту...

Толстяк Байли: — ...Чёрт, да это просто абсурд!

К счастью, я был готов!

Толстяк Байли резко вытянул руку, сжав её в воздухе, и из-под воды донёсся глухой рёв, а затем ослепительная вспышка огня взорвалась в центре прогулочной лодки, устремившись к небу!

Нос прогулочной лодки сильно задрожал, фигура красавицы пошатнулась, и она чуть не упала в воду. Толстяк Байли, мгновенно среагировав, с помощью [Большой Медведицы] выбил китайский духовой инструмент из её рук!

Затем вся лодка разломилась посередине, озёрная вода хлынула на нос, унося все музыкальные инструменты на дно озера, а красавица тоже, не в силах сопротивляться, упала в воду.

— Я не просто так так долго сидел под водой... — Толстяк Байли, стоя на [Большой Медведице], поднял её из воды.

Затем он вытащил из кармана [Свиток Запечатывания], и, заткнув красавице рот, начал связывать её тело...