Глава 391. Серая крыса позади

Толстяк Байли, притащив крепко связанную красавицу на летающий меч, шатко полетел к берегу.

Под действием [Свитка Запечатывания] она не могла издать ни звука, лишь послушно лежала на летающем мече, безучастно глядя в небо, словно что-то бормоча.

Бум!!!

На берегу две фигуры — синяя и чёрная — вновь столкнулись!

Цзя Лань проигнорировала безумные атаки Цао Юаня, локтем оттолкнула его руку с клинком и молниеносно бросилась к нему. Другой рукой она резко ударила Цао Юаня в челюсть снизу, отчего тот откинулся назад и взлетел в воздух.

Воспользовавшись моментом, она легко подпрыгнула, широкие синие рукава её одеяния развевались в воздухе, словно бабочка, а лодыжка, подобно боевому топору, обрушилась сверху на грудь Цао Юаня!

Донг!!!

Обезумевший Цао Юань был отброшен прямо в землю, где и застрял среди каменных плит.

Чёрное пламя зловещей энергии бушевало, Цзя Лань с бесстрастным лицом подошла к нему и ещё раз тяжело наступила на грудь обезумевшего Цао Юаня, вдавливая его ещё глубже в землю.

— Молодец! Молодчина! — Толстяк Байли подлетел на летающем мече со стороны, увидев это и невольно сглотнул, бросая Цзя Лань рулон скотча.

— Вот это! Пояс верности Цао Юаня!

Цзя Лань протянула руку и поймала скотч. Раньше, во Дворце Великого Императора Фэнду, она видела, как Линь Цие использовал эту вещь, и теперь её движения были чрезвычайно ловкими. Она оторвала большой кусок скотча и крепко обмотала его несколько раз вокруг шеи обезумевшего Цао Юаня, после чего окружающее пламя зловещей энергии постепенно утихло.

— Кхе-кхе-кхе… Угх-угх… — постепенно приходящий в себя Цао Юань почувствовал, что задыхается, и, показывая на плотно обмотанный вокруг его шеи скотч, начал бледнеть.

— Э-э-э… Молодчина, о нет! Сестра Лань, сестра Лань! — Толстяк Байли осторожно начал, — Ты не слишком туго затянула? Мне кажется, он сейчас задохнётся…

Цзя Лань вздрогнула, увидев состояние Цао Юаня, и поспешно, суетясь, сорвала скотч с его шеи.

Наконец восстановивший дыхание Цао Юань безжизненно лежал на земле, словно потерявшая мечту вяленая рыба.

Цзя Лань приблизилась к нему, её глаза, похожие на чёрные драгоценные камни, моргнули, полные извинения. — Прости… меня.

— Не стоит, — прошептал Цао Юань едва слышно. — Ты всё сделала отлично, просто в следующий раз, когда будешь душить, делай это помягче… кхе-кхе-кхе-кхе…

Цао Юань с трудом поднялся с земли, весь в ссадинах. Он глубоко вздохнул, наконец почувствовав, что ожил.

В этот момент Цзя Лань, словно что-то вспомнив, поднялась с земли и перевела взгляд на члена отряда 017, который контролировал мышцы, стоявшего на крыше соседнего здания.

Она сняла со спины свой жёсткий деревянный лук, натянула тетиву, прицелилась в эту фигуру…

Но стрела не вылетела.

Она колебалась.

Через мгновение она всё же опустила лук со стрелой.

— Почему ты не стреляешь? — с недоумением спросил Толстяк Байли.

Цзя Лань указала на свою стрелу, затем на члена отряда 017, пострадавшего от ответной реакции зловещей энергии Цао Юаня, и невнятно произнесла: — Стре… лять… его… смерть.

— Ты хочешь сказать, что если ты выстрелишь этой стрелой, он может умереть? — Толстяк Байли задумался на мгновение и кивнул. — Верно, твои стрелы обычный человек не выдержит. Тогда пусть маленький господин разберётся!

Он опустил захваченную в плен красавицу на землю, ступил на летающий меч и полетел к той фигуре. Примерно через четыре-пять минут Толстяк Байли вернулся, таща за собой такого же крепко связанного исхудавшего мужчину.

— Так просто? — удивлённо спросил Цао Юань.

— Твоя зловещая энергия сильно по нему ударила, я почти не касался его, а он уже потерял сознание, — Толстяк Байли пожал плечами, затем перевёл взгляд на Цзя Лань и с некоторым облегчением добавил: — Хорошо, что есть сестра Лань! Иначе я бы тебя точно не смог удержать.

Он похлопал Цао Юаня по плечу и засмеялся: — Теперь в нашей команде стало на одного человека больше, кто сможет тебя приструнить…

Если раньше Толстяк Байли и Цао Юань считали Цзя Лань просто "неуязвимой" и меткой лучницей, то после этой бойни с Цао Юанем они наконец осознали, насколько ужасающей силой обладает эта, казалось бы, безобидная девушка…

С ней лучше не связываться, совсем не связываться!

Толстяк Байли теперь вспоминал те "смертоносные шутки" Линь Цие в адрес Цзя Лань и невольно начинал беспокоиться за него…

— Мы спасли двух членов отряда 017, это уже хорошо, — Цао Юань поднялся с земли, отряхивая с себя пыль. — Только вот, не знаю, что стало с остальными четырьмя…

...

Вершина Южных Врат.

Высокий мужчина, похожий на железную башню, словно что-то почувствовал, и в его глазах появилось удивление.

— Что случилось? — Гадюка слегка скосила свои змеиные зрачки, глядя на мужчину.

— Белл-Кранде с ними столкнулся, — медленно произнёс мужчина. — Они действительно не из какого-либо Специального отряда. Хотя их сила велика, она ещё не достигла уровня Специального отряда.

— О? А есть какие-нибудь особенности?

— Особенности… — мужчина немного замялся. — Они все в масках? Один Сунь Укун, один Чжу Бацзе, один Тан Сэн, один Ша Сэн, и ещё один Хун Хайэр.

— Маски из "Путешествия на Запад"? — Гадюка усмехнулась. — Что за странная комбинация.

— Тот, что в маске Чжу Бацзе, немного похож на маленького господина из семьи Байли, у него, кажется, много Запретных Артефактов, и все они соответствуют описаниям из слухов…

— Тот из семьи Байли? — змеиные зрачки Гадюки слегка сузились, алый, длинный язык скользнул по губам. — В последнее время награда за его убийство, кажется, очень высока. Раз уж на этот раз не удалось убить Ся Сымэн, то неплохо было бы привезти домой дорогую голову.

— Не спеши, — мужчина нахмурился. — Те Сунь Укун и Тан Сэн пока никак себя не проявили, трудно понять, на что они способны. Дождёмся подтверждения, что они не представляют для нас угрозы, прежде чем действовать.

— Хорошо, — Гадюка, казалось, что-то вспомнила. — Кстати, тех двух крыс из отряда 017 поймали?

— Нет, — мужчина покачал головой. — Эти двое не появлялись с тех пор, как пять часов назад. Вероятно, они где-то прячутся и лечатся. Не стоит о них беспокоиться, даже капитан стадии Море, через некоторое время, будет поражён психическим загрязнением Белл-Кранде, не говоря уже о той маленькой девочке.

— Тоже верно, — змеиные зрачки Гадюки прищурились. — Чем дольше мы тянем время в этом тумане, тем больше это нам на руку…

Пи-пи-пи…

Пока они разговаривали, они не заметили, как в углу этого здания из трубы вылезла неприметная серая крыса.

Она тихонько проползла к краю крыши, её крошечные глазки уставились на две фигуры, и взгляд её стал странно глубоким.