Глава 14. Ты ещё мал и не поймёшь, но…
«Враждебность?»
Фердикион смотрел на Имуги, предложившего приветствие, а затем медленно взял протянутую лапу.
Неприятная враждебность уже исчезла.
Но для обычного первого знакомства его взгляд всё ещё горел слишком остро, будто он собирался сожрать собеседника.
«Странно».
Его глаза сузились, но тут же снова приняли прежний вид.
«Разве есть причина смотреть так на дракончика, который только недавно родился? Это взгляд на врага с клинком в руках».
Он ещё мог это выдержать, но настоящий маленький дракончик от такого взгляда вполне мог бы расплакаться.
Ему хотелось узнать, почему тот смотрит так дерзко, но раньше вмешался птенец: он расправил крылья и воинственно раскрыл клюв.
— Пи-я-а!
Феникс, до сих пор смирно сидевший у Имуги на голове, поднял чёрное перо на макушке и пискнул. Фердикион перевёл взгляд на него.
— Что это? Эта ничтожная…
Это было совсем тихое бормотание, почти на уровне дыхания, так что услышал его только стоявший рядом Имуги.
На миг лицо юноши стало таким, будто он понял, что сказал лишнее, но он быстро взял себя в руки и обратился к Кристине:
— Что это за птица? Обычной она не кажется, но, наверное, из-за возраста довольно… маленькая.
— Верно. Это птенец феникса.
— Птенец феникса?
В отличие от прежней холодности, теперь его лицо едва заметно изменилось от искреннего удивления.
— Но феникс предыдущего поколения ещё жив.
— Для меня это тоже впервые, но случилась аномалия. Он ещё не пробудился как полноценный феникс, поэтому я наблюдаю. Фасияс уже знает об этом.
Фердикион, похоже, хотел что-то сказать, но, услышав имя отца, быстро закрыл рот.
Видимо, решил не вмешиваться в дело, которое уже обсуждают старейшина золотых драконов Кристина и старейшина красных драконов Фасияс.
— …Понимаю.
— Ху-ху. В любом случае спасибо, что пришёл, Фердикион.
Она протянула руку и легко погладила мальчика по голове.
«Думал, ему такое не понравится. А он неожиданно спокойно стоит».
Имуги показалось это странным, учитывая, как старательно мальчик держался взрослым.
Кристина сказала Фердикиону:
— Пожалуйста, будь для него хорошим старшим братом.
— Понял.
Когда несколько прядей упали ему на лоб, девушка убрала руку.
Может, ему только показалось, но когда её ладонь исчезла, он будто немного изменился в лице.
«Вот оно как. Всё-таки ребёнок есть ребёнок».
Дракончик захлопал крыльями, поднялся в воздух, скрестил короткие передние лапы на груди и посмотрел на наследника красных драконов.
По меркам Имуги, прожившего в прошлой жизни почти тысячу лет, этот парень был совсем ребёнком.
Он собирался просто подыгрывать, чтобы нормально жить как дракончик, но вспомнил недавний странный взгляд.
«Он хорошо это спрятал… но тот взгляд всё равно меня беспокоит».
Такой острый взгляд, направленный на ребёнка, трудно было просто пропустить.
Имуги ненадолго задумался.
«Проверить его? Совсем немного».
Чуть поколебавшись, он вытянул короткую пухлую лапу и, как только что делала Кристина, похлопал Фердикиона по голове.
Если тебе неприятен человек, противно даже прикосновение к его одежде. А уж когда он трогает твою голову и похлопывает по ней, реакция точно должна быть.
«Для ребёнка это сойдёт за подражание взрослому. Ну же, что ты сделаешь?»
Глаза юноши удивлённо расширились, и он отстранил голову. Дракончик невинно моргнул.
— Ч-что это?
— Ку?
Имуги сделал загадочное лицо и стал следить за его реакцией. Было видно, как спокойствие Фердикиона пошатнулось.
«Вот оно».
Вместо недавней учтивости и вежливости перед ним стоял юноша с растрёпанными от неумелых поглаживаний волосами и покрасневшими кончиками ушей.
Теперь растерялся уже сам дракончик.
«Это… совсем не та реакция, которую я ожидал».
Пока он замер, Фердикион коротко ответил и убрал голову подальше.
— Не надо.
На самом деле он пришёл сюда, выслушав слова Фасияса: нужно подавить юного наследника тьмы и занять положение выше него.
К тому же Кристина признала Имуги гением, поэтому с самого первого взгляда наследник огня не мог не смотреть на него с неприязнью.
«Он меня не боится? Вообще-то должен был испугаться. Почему он ведёт себя так?»
Обычно, стоило ему показать враждебность, и под его свирепым взглядом и давлением никто даже не пытался встретиться с ним глазами.
Какой бы талант ни был у этого дракончика, он всё равно только родился.
Фердикион был уверен: тот испугается, едва не заплачет, а если потом рассказать об этом Фасиясу, отец останется доволен.
Но этот маленький комок встретил его тепло и дружелюбно.
Он спокойно посмотрел на враждебность, которую ему направили, а потом ещё и похлопал его по голове, будто выражая расположение.
«Маленькое существо меня не боится».
То ли он был смелым, то ли до крайности кротким — понять было трудно.
Один лишь Имуги, не зная всего этого, озадаченно повёл хвостом и склонил голову набок.
«Мне показалось? Он точно излучал враждебность. Может, проверить ещё раз?»
Решившись, тот лучезарно улыбнулся и подлетел к Фердикиону.
А затем как следует растрепал его красные волосы.
— Ку-ка!
«В улыбающееся лицо не плюют. Но если перед тобой тот, кого ты ненавидишь, раздражать будет всё. Увидеть злой умысел, который не скрыть до конца, для меня несложно».
Мысленно проглотив коварный смешок, он превратил мягкие красные волосы в настоящее птичье гнездо.
— Ты!..
Хлоп!
Юноша схватил пухлую лапу Имуги и отдёрнул голову.
Он стиснул зубы и нахмурился так, что со стороны мог показаться рассерженным.
Но Имуги ясно увидел:
«Что? Тут не злоба. Он стесняется».
Ошибки быть не могло.
Растерянность.
Мочки ушей, покрасневшие под цвет волос.
Стиснутые зубы.
Взгляд, будто он сердито смотрит исподлобья.
На первый взгляд он мог казаться свирепым, но на деле просто плохо выражал свои чувства.
«Он всего лишь не умеет быть честным с собой? Почему?»
Хотя он ещё дракончик, за столько лет уже можно было научиться выражать себя прямо.
Разобравшись в собеседнике, Имуги решил, что подход нужно менять.
«…Постой. Кажется, я догадываюсь. Не знаю, прав ли, но кое-что на ум приходит».
Подтвердить это позже можно будет через Кристину.
Имуги спокойно убрал лапу.
Только тогда Фердикион открыл рот:
— Ты… ещё мал и не понимаешь, но со мной так не поступают.
— Ку?
Имуги сделал вид, что ничего не знает, и склонил голову набок.
Ему хотелось узнать больше, но тот был гостем, которого пригласила Кристина. Дальнейшие внезапные выходки могли оказаться невежливы уже по отношению к ней, поэтому он сдержался.
Однако юноша посмотрел на него недовольно и вдруг сказал:
— Госпожа Кристина. Можно мне подержать его?
— Думаю, можно. Он ведь первым протянул к тебе лапу.
Она легко кивнула.
«И что он теперь задумал?»
Имуги почувствовал себя очень неловко.
Но настолько, чтобы отказаться, — нет.
«Не стоит портить отношения лишним отказом».
Неловко, конечно, но этот парень был знаком с Кристиной.
Радоваться он не собирался, но подыграть в разумных пределах был готов.
«Ладно. Чтобы меня прямо держали на руках, как ребёнка, — это уж слишком. Просто протяну лапу».
— Ку-у.
Он осторожно протянул переднюю лапу.
Фердикион раскрыл обе руки, будто хотел взять его, но в итоге лишь одной осторожно сжал протянутую лапу.
«Вот. Этим и довольствуйся».
Держа маленькую лапу дракончика, юноша с каким-то странным выражением лица осторожно покачал её вверх-вниз, будто пожал.
«Как бы сказать… Он будто смотрит на что-то удивительное».
Имуги подумал, что ничего удивительного тут нет, и попытался тихо вытащить лапу. На лице Фердикиона мелькнуло сожаление.
Но дракончик без колебаний забрал её.
Хлоп-хлоп.
Взмахивая маленькими крыльями, он подлетел ближе.
Лицо того снова стало жёстким и деловым.
— Ты правда крошечный.
— Ты тоже когда-то был таким. Хотя чуть крупнее него.
— Не представляю.
— Это было давно, так что неудивительно. Я нечасто видела тебя маленьким, но помню, что ты был очень милым.
И тут…
Ур-р-р.
Живот Имуги подал голодный сигнал.
Из троих, внезапно притихших, первым среагировал он сам.
Положил лапу на живот и с голодным видом погладил его.
— Ку-у-у.
«Мне ещё нужно восстановить ману. Ничего не поделаешь».
Он и сам чувствовал, что чего-то не хватает, но не думал, что пустой желудок подаст настолько физический сигнал. Из-за этого стало немного неловко.
«Но всё равно. После всего, что я съел, хочется ещё?»
Кристина, глядя на Имуги, поникшего плечами и гладившего живот, легко рассмеялась.
— Поиграйте вдвоём, а я принесу что-нибудь поесть.
— Да. Хорошо.
Кристина с помощью магии перенесла Фердикиона, Имуги и птенца в комнату с колыбелью, а сама вышла.
Когда они остались одни, юноша прочистил горло.
— Эй.
— Ку-у-у?
«Он вот так сразу — “эй”?»
Фердикион вдруг схватил его за щёки и стал их мять.
— Пи-и-я-ак!
Пока Имуги от такой резкой перемены в поведении и настроении не знал, что и думать, белый птенец всполошился, взлетел юноше на голову и принялся его клевать.
— Отвали. Наглая мелочь.
Он даже не обратил на это внимания. Одной рукой кое-как отмахнувшись от птицы, тот обеими руками сжал пухлые, как паровые булочки, щёки дракончика.
— Ку-у. Кью-ук.
«Отпусти, гадёныш».
Когда он забарахтался, Фердикион тихо пробормотал:
— Значит, вот он какой… младший брат, которого мне теперь нужно вести за собой?
«Ещё чего. “Младший брат”. Да ещё и вести за собой?»
Так обращаться с маленьким существом? Теперь Имуги казалось, что перед Кристиной этот тип просто строил из себя приличного. Взгляд дракончика стал острым.
К тому же после наследования он получил её знания, из-за чего появлялся вопрос, мог ли Фердикион вообще чему-то его научить.
Не зная этого, тот отпустил его щёки и высокомерно сказал:
— Просто верь и следуй за мной. Делать скидку на то, что ты мал, я не собираюсь, так что даже не думай увиливать.
— Кью-у-у.
На мордочке Имуги отразилось недовольство, и чешуя встала дыбом от возмущения.
Белый птенец, почувствовав его настроение, резко поднял чёрное перо на макушке и оттопырил хвост.
— Пи-я-ак!
Он смотрел так, будто вот-вот бросится вперёд и заклюёт юношу.
Фердикион тоже уставился птице в глаза и низко зарычал:
— Не смей дерзить тому, кто станет владыкой огня.
В его взгляде, обращённом к птенцу, вместе с враждебностью вспыхнуло алое пламя