Том 10. Глава 5 – Быть человеком

Часть 1

— Они сказали, что профессора у них?! И директор тоже?! — воскликнула Шарл, чей голос эхом разнёсся по подземному тоннелю.

Они вместе с Гризельдой шли по напоминающему лабиринт водному каналу неподалёку от здания факультета естественных наук.

— Теперь понимаешь? — равнодушно ответила Гризельда, неся на руках Яю. — Они все находятся в заложниках.

— Просто уму непостижимо... Чтобы академию так легко захватили... — проронил дракончик.

Даже Зигмунд, который знал, как страшно «Братство», оказался удивлён.

Вскоре они вышли в довольно просторную область, где имелась лестница, ведущая на поверхность, а вдоль стены были выстроены в линию винные бочки.

— Мы на месте, — сообщила Гризельда. — Тут госпожа Кимберли подготовила нам убежище. Будем использовать в качестве нашей базы.

— Здесь какое-то хранилище вина? — поинтересовался Зигмунд.

— Лучше бы здесь был самогон. Похоже, тут храниться то, что необходимо держать подальше от любопытных глаз.

Поняв, что она Гризельда имела в виду, Шарл ахнула. В этом месте были спрятаны различные части и магические предметы, отнесённые к запретным. Ей не хотелось даже прикасаться ни к чему, что здесь находилось, но у Гризельды на этот счёт имелись свои планы:

— Мне нужно оружие. Попробуем найти здесь какого-нибудь автоматона. Шарлотта, помоги мне.

— Х-хорошо...

Со слезами на глазах Шарл принялась осматривать содержимое бочек. Яя некоторое время наблюдала за ними, а затем не спеша поднялась по лестнице. Завидев в этом возможность поговорить с ней наедине, Зигмунд полетел за Яей.

Лестница выводила в то, что когда-то являлось зданием факультета естественных наук. Внутри него осталось множество сгоревших книг, мебели, а также обломков всякого научного оборудования. Проникающие внутрь через обрушившийся потолок солнечные лучи обрамляли тело Яи. Зигмунд подлетел поближе и сел на развалившуюся колонну перед ней:

— Лучше не стоит одной разгуливать. Если кто-нибудь нападёт тут на тебя, всё закончится плачевно.

— То же самое можно сказать и про тебя, Зигмунд... — ответила девушка-автоматон. — Шарлотта снова будет убиваться, если с тобой что-нибудь случится.

— Я намеренно пришёл сюда один, чтобы кое-что с тобой обсудить.

Догадываясь, что он имел в виду, Яя обеспокоенно спросила:

— Как себя чувствуешь?

— Со мной всё в порядке. Всё благодаря твоему создателю, госпоже Карюсай.

Сосуд, который Тор отдал Зигмунду, тоже относился к запретным частям. Он вновь сделал дракончика запретной куклой, и теперь в его теле находились сразу три «Грама», значительно приумножив его мощь.

— Однако кое-что меня всё же беспокоит по поводу сердца... — выразил свои опасения Зигмунд.

— Если не будешь слишком сильно его нагружать, то оно прослужит ещё долго.

— Как я и полагал, у него есть определённый срок службы.

Яя медленно кивнула в ответ, но затем поспешила добавить:

— Срок службы сопоставим с продолжительностью человеческой жизни. Ты проживёшь ещё долго.

— Тем не менее этот срок сокращается каждый раз, когда мы используем мощные заклинания, верно?

Яя промолчала, отведя взгляд, что уже само по себе являлось ответом. Зигмунд взлетел и завис в воздухе у неё перед лицом:

— В последнее время ты что-то не в духе.

— Тебе не о чем беспокоиться... У Яи есть Райшин, который делится своей жизненной силой.

— Жизненной силой? А сам он об этом знает?

— Да. Он совсем не понимает женских чувств, но в таких вопросах он очень проницателен.

Даже зная эту особенность, Райшин всё равно оставил Яю подле себя и использовал её, не колеблясь.

— Это как проклятие... — произнесла Яя с горькой улыбкой. — Запретная кукла, вытягивающая жизнь из своего собственного хозяина...

— Для него это, наверное, гроши. Но почему ты тогда слабеешь, раз вытягиваешь его... — Зигмунд осёкся, когда к нему пришло понимание.

Он вспомнил, как Райшин сражался до сих пор. Юноша пролил невероятное количество своей крови, покрылся огромным множеством ран и не раз оказывался на грани жизни и смерти. Ему бы не хватило и одной жизни, чтобы при таких условиях делиться ею с Яей. Поэтому у неё оставался лишь один источник жизненных сил.

— Тебе следует сообщить ему об этом, — настоял Зигмунд. — Если не хочешь, это могу сделать я.

— Нет! — тут же выпалила Яя, взяв дракончика на руки. — Если он узнает, то не сможет сражаться дальше, как раньше!..

Райшин становился сильнее после каждой битвы. Яя не хотела, чтобы он перестал совершенствоваться.

Девушка радостно улыбнулась, а её щёки слегка порозовели:

— Яя любит Райшина таким, какой он сейчас. Он безрассуден и добр к окружающим – даже к автоматонам. Яя не хочет, чтобы Райшин сдерживался из-за неё.

— Но всё это окажется бессмысленным, если ты потерпишь поражение перед тем, как вы сразитесь с Магнусом.

— Ты слишком сильно об этом переживаешь. С Яей всё будет в порядке, если будем сражаться так же, как обычно. И даже если перенапрячься, Яя сможет прожить ещё лет десять!

Зигмунду с его жизненным опытом в сто пятьдесят лет не составило труда распознать скрытую за улыбкой ложь. Он был уверен, что времени у неё осталось не так много. Но, даже зная эту горькую истину, Яя всё равно старалась вести себя бодро, будто ничего и не происходило.

— Мы многим обязаны вам двоим... — признался дракончик.

— То же самое можно сказать и о вас, — возразила Яя. — Шарлотта много раз помогала Райшину. Даже когда из-за безрассудства Райшина ты погиб...

— Вы вдвоём спасли Шарл и Анри. Не только их жизни, но и сердца. Без вас они, возможно, никогда бы не смогли принять себя такими, какие они есть.

— Такой уж Райшин. Даже Яе... Помнишь, ты однажды спрашивал, почему Яя так безмерно любит Райшина и предана ему?

— Да, ты рассказывала, что твои чувства к нему сильнее, чем простая привязанность автоматона к своему хозяину.

— Райшин попросил Яю стать не его автоматоном, а его напарницей, — девушка закрыла глаза и положила руки на грудь. — Яя была так счастлива. Он словно бы вытащил Яю из непроглядной холодной тьмы... У него такие тёплые руки. Когда он протягивает её тебе, ты просто не можешь не взяться за неё. И сам Райшин не может не протянуть её утопающему.

— Пожалуй, соглашусь...

Райшин жил так, что и сам в любой момент может оказаться таким же утопающим. Зигмунду совсем не хотелось, чтобы он погиб. «Ты тот, кто спас сестёр и меня, Райшин, – размышлял дракончик. – Надеюсь, моя жизнь, которую я посвятил Элейн и её роду, однажды принесёт пользу и тебе».

Пока он приносил свою мысленную клятву, к ним подбежала взволнованная Шарл:

— Зигмунд! Не уходи, ничего не сказав!

Готовая расплакаться блондинка поймала Зигмунда, который попытался улететь, и прижала к себе.

— Какой же ты стала плаксой, Шарлотта... — недовольно буркнула Яя.

— Н-неправда. Напротив, я стала сильнее. Так ведь, Зигмунд?

— Сложно сказать, — ответил тот.

— Это ещё почему?!.. О чём ты думала Яя? Взяла да ушла куда-то сама по себе.

— Яя... Оценивала обстановку. Яя не может сражаться, поэтому... Хотела принести хоть какую-то...

Не успела девушка-автоматон договорить, как в следующий миг она оказалась в крепких объятиях Шарл.

— Шарлотта?.. — проронила Яя в недоумении.

— Дурочка! Если с тобой что-нибудь случится, этот болван лишится всяких надежд и мечты! Как он будет сражаться без тебя?!

Эти слова тронули Яю, у неё на глаза стали наворачиваться слёзы. Зигмунд, которому стало трудно дышать, потому что девушки зажали его с двух сторон, погрузился в размышления.

Шарл не понаслышке знала, что значит потерять кого-то, кем ты дорожишь. Она видела в автоматонах не только оружие и знала, что стало с кукловодами, лишившимися дорогих им напарников.

Правой рукой блондинка приобняла Зигмунда, а левой взяла Яю за руку:

— Идём. Настал наш чред ударить в ответ.

— Что? Ударить в ответ? Но чем?..

— Тот, с кем ты хотела встретиться больше всего, только что вернулся.

Шарл перевела взгляд к лестнице, где внизу мимо проходил юноша.

— Райшин!

— Яя!

Заметив её, Райшин поспешил наверх. Он осмотрел напарницу от головы до пят и, не найдя видимых повреждений, заключил её в объятия. Это очень удивило Яю, ведь Райшин обычно такого себе не позволял.

— Как же я рад, что ты в порядке... Прости, тебе крепко из-за меня досталось.

— С Яей всё хорошо! Но... — чувствуя неладное, Яя отстранилась от него. — Райшин... Что-то случилось?

Зигмунд тоже обратил на это внимание. В решительном взгляде юноши скрывался едва сдерживаемый гнев. Позади него шли Ирори и Комурасаки. Встретившись с Яей, они улыбнулись, но выглядели такими же напряжёнными, как и он сам.

Все трое напоминали воинов, одержимых жаждой мести.

— Яя, Шарл. Прошу, внимательно выслушайте меня...

С этими словами Райшин поведал им об очередном безрассудном поступке, который собирался совершить.

Часть 2

Оказавшись в самых глубинах «Храма глупцов» прямо перед огромной чёрной извивающейся тушей, Райшин оцепенел, обливаясь холодным потом. Взгляд бесчисленного множества глаз существа был устремлён прямо на незваных гостей. Они уже встречали на своём пути таких монстров, но этот оказался в несколько раз крупнее. Ирори и Комурасаки стали готовиться к бою, выпуская свою магическую энергию, но тут их остановила Хотару:

— Подождите, Сецугецука. Похоже, оно не собирается на нас нападать.

Как она и говорила, существо не сдвинулось с места и просто следила за ними. При более внимательном рассмотрении, они обнаружили рядом с ним множество труб, упиравшихся в массивное тело под разными углами для его поддержания.

— Хорошо, если так... Тогда я смогу поскорее закончить со своими делами, — смахнув с лица пот, Райшин отвернулся от монстра и сосредоточил своё внимание на механизмах, что находились внутри помещения.

Большинство из них походили на какие-то измерительные приборы с непонятными отметками. Рядом имелась целая куча рычагов неизвестного назначения, а также неимоверное число кабелей, присоединённых к такому же огромному числу разъёмов. Внимательно всё изучив, Райшин воскликнул:

— Вообще не понимаю, для чего это всё!

Девушки, что остались стоять в стороне и просто наблюдали за ним, промолчали, так как не ожидали от ничего с самого начала.

— Может быть, какой-нибудь спец из армии сможет сообразить, что это такое? — он нашёл пластину со вставленными в неё магическими камнями. — Каждый из этих камней выполняет роль цепи. Думаю, никто не станет возражать, если я возьму один.

— Осторожнее, Райшин, — послышался голос Ирори издалека. — Если это устройство выйдет из строя, случится катастрофа.

Юноша оглянулся и увидел, что она пряталась за входной дверью помещения:

— Ты чего там делаешь?..

— Сестрёнка Ирори не в ладах с техникой, — сообщила Комурасаки.

Хотару, которая так же, как и Райшин, удивилась, посмотрела в их сторону.

— Серьёзно? — недоумевал юноша. — Насколько я помню, в особняке Шоко тоже много всяких приборов.

— Она сломала целую кучу из них, поэтому ей наказали больше ничего не трогать.

Тогда Райшин вспомнил, что в тот момент, когда он стал у них жить, там действительно было много неработающих устройств.

— Нельзя пренебрежительно относиться к этим так называемым п-п-приборам, — заикаясь, предупредила Ирори из-за угла. — Может, какое-то из них спровоцирует этого монстра или вызовет взрыв...

— Не каркай. Обычно, когда говорят что-то подобное, так потом и происходит.

Отчитав сереброволосую девушку, Райшин воспользовался ясновидением. В отличии от «Всевидящего ока», которое служило для общей оценки обстановки, оно позволяло детально изучить конкретную цель, в том числе определить направление текущих в ней потоков магической энергии.

— В голубом не чувствую магической энергии, — заметил юноша. — Если возьму его, думаю, ничего страшного не случится.

Камень держался на одних стальных зажимах и не был крепко закреплён, поэтому достать его не составляло особого труда. Хотару демонстрировала явное недовольство, но ничего не могла сделать, так как рядом находилась Ирори.

Когда Райшин уже собрался вытаскивать камень при помощи швейцарского ножа, их ушей достигло искажённое помехами сообщение:

— Мы «Золотое копьё» – те, кто исправит совершённые академией ошибки...

После этих слов сердце Райшина забилось быстрее.

— Райшин, это правда? То, что академию захватили...

Пока Комурасаки пыталась разузнать побольше о ситуации в академии, Райшин уже вытащил магический камень, взяв его в руки. Вакуумные трубки засветились, шестерни пришли в движение, выпуская пар. Цилиндрический поршень заработал, и удерживавшие тело огромного существа трубы начали отодвигаться от него.

— Ну что за дурак... Этот камень служил защитным механизмом, — презрительно заговорила Хотару, выглядя при этом отчего-то довольной. — В нём не было магической энергии, потому что он использовался в качестве изоляции, чтобы она не поступала к цепям.

Монстр медленно поднялся и с грохотом ударил массивной рукой по стене. По ней побежали трещины, и она начала рушиться. Обломки падали на стоящие рядом механизмы, превращая их в груду бесполезного металлолома.

— Ч-что же нам делать? — Комурасаки от страха начала топтаться на месте. — Этот монстр... Он вырвался на свободу!

— Успокойся, Комурасаки. Если он нападёт, нам просто нужно одолеть его, — сказала заслонившая её собой Ирори и взглянула на Райшина.

Тот кивнул, выпуская свою магическую энергию:

— Рассчитываю на тебя, Ирори.

— Предоставь это мне. Тсуджи Гороши – Широ Содэгарами!

Ирори закружилась, словно в танце, выпуская холодный воздух, который, отражаясь от стен, превращался в большие сосульки. Они пронзили существо, и оно заревело от боли, сотрясая всё вокруг. Его рёв был столь оглушительным, что Комурасаки и Райшин невольно закрыли уши, чтобы он не бил по барабанным перепонкам.

Тут юноша заметил, что Ирори что-то кричит ему, но не слов разобрать не сумел. В этот момент существо схватило его рукой и так сильно сжало, что он почти потерял сознание. Придя в чувства, Райшин обнаружил себя уже прямо перед мордой монстра. Из его бесчисленных глаз текло нечто, что можно было сравнить со слезами, нагоняя ещё больше жути. Райшин думал, что его съедят, однако существо просто смотрело на него.

— Ты?..

Вдруг в его голове раздался голос, хотя Райшин по-прежнему закрывал уши руками.

— Кто... Ты?.. — спросило существо.

— Кто я?.. Это я должен спросить! Что ты такое?!

Райшин не ожидал, что этот монстр способен говорить. Существо осмотрелось вокруг и поочерёдно взглянуло на Комурасаки, Ирори и Хотару:

— Я...

Затем оно ненадолго замолчало. Вернув всё своё внимание обратно к Райшину, оно произнесло:

— Чело... Век...

От этих слов у Райшина душа в пятки ушла: «Человек?.. Это человек?!..» Его обуял ужас, которого он не чувствовал уже давно. Такое же чувство юноша испытал, когда увидел, как его брат буквально разбирал их сестру по частям прямо в доме, в котором они все родились. Когда среди всей горы трупов он увидел мёртвых отца и мать. «Чтобы создать бога», – это были единственные слова, что Райшин услышал от брата, в чьих глазах отражалась непоколебимость. Тогда он задумался: «Человек способен сотворить такое? Что вообще значит быть человеком?» Именно в тот злополучный день Райшин испытал такой же ужас, когда он перестал понимать, что определяет человека.

— Райшин, соберись! Уходим отсюда! — прозвучал у него над ухом звонкий голос Комурасаки.

Девочке удалось добраться до него, прыгая по сосулькам. Монстр попытался сбить её своей громадной рукой, но Комурасаки ловко перепрыгнула на другую сосульку, избежав попадания.

— Комурасаки... Мы воспользуемся тем заклинанием! — крикнул ей Райшин.

— Хорошо~! Наполни меня до краёв~!

Райшин выпустил «нити» магической энергии и направил их Комурасаки. Девочка слегка вздрогнула и привела в действие сложную магию. В этот момент существо опустило руку, а его глаза заметались в разные стороны в замешательстве. Однако, пусть он и оказался под воздействием магии иллюзий, хватка руки, в которой монстр держал Райшина, не ослабла.

Поддерживая действие заклинания Комурасаки, юноша сосредоточился, чтобы направить другие «нити» магической энергии Ирори. Он определил её точное местоположение с помощью «Всевидящего ока», и, когда его «нити» достигли сереброволосой девушки, он активировал её магцепь «Химокагами». Возникший большой ледяной клинок отрубил существу руку. Райшин, что не ожидал такой мощи, стал падать в непроглядную темноту вместе с рукой, но его в полёте подхватила другая девушка-автоматон, которая приземлилась вместе с ним на одну из огромных сосулек.

— Прости, Хотару, и спасибо!

— Это плата за говядину, — равнодушно ответила Хотару.

— Дёшево, однако, стоит моя жизнь... — усмехнулся юноша.

В тот же момент он словно бы ощутил то самое чувство, которое было присуще всем кукловодам клана Акабанэ, но не проявлялось в нём до сих пор.

Монстр снова громко заревел, освободившись от иллюзий из-за нестерпимой боли. Брыкаясь, он разломал все вонзившиеся в него сосульки.

— Медлить нельзя. Хотару, пробьёмся наверх через потолок, — поделился планом Райшин.

— Похоже, иного нам не остаётся...

— Справишься?

— Глупый вопрос. Ведь меня создал сам хозяин. Разумеется, справлюсь, — улыбнулась Хотару.

Райшин впервые за всё время увидел её улыбку:

— Отлично. Рассчитываю на тебя!

Получив от него магическую энергию, Хотару прыгнула, оставив под собой вмятину в земле, и пробилась через потолок и земную породу пещеры, выбравшись на поверхность. Сквозь образовавшееся отверстие внутрь проник луч света. Монстр отшатнулся, закрываясь от него.

— Ирори, подними нас наверх! — крикнул Райшин.

— Поняла.

Выпустив ещё больше холода вокруг себя, Ирори создала под ними ледяную платформу, которая стала столбом подниматься к отверстию в потолке. Существо, назвавшее себя человеком, забилось в дальний угол помещения и больше практически не шевелилось.

Забрав по пути Комурасаки, Райшин вместе со своими спутницами в конце концов выбрался из «Храма глупцов» на поверхность. Снаружи уже был полдень, однако представшая перед ними картина в корне отличалась от той, что Райшин видел, когда впервые прибыл в академию полгода назад:

— Это... Ещё что такое?!..

Академия, которую они наблюдали, поднявшись высоко над землёй, была совсем не похожа на саму себя: тот тут, то там находилась выжженная земля, обращённые в руины здания, а от сада так вообще практически ничего не осталось. Былые красота и величие «Королевской Академии Механического Искусства» исчезли без следа. Вдобавок ко всему в воздухе витал отвратительный смрад сгоревшей плоти, который был очень хорошо знаком Райшину.

— Райшин, Хотару!..

Посмотрев в ту строну, куда указывала Ирори, он встретился с соколиным взглядом Райкконена.

По иронии судьбы, Хотару проделала дыру в земле прямо в том месте, где проходил его отряд. И прямо позади подчинённых Райкконена неподвижно лежало обгоревшее тело девушки-автоматона.

Часть 3

Когда Хотару пробилась на поверхность из «Храма глупцов», там её уже поджидал отряд Райкконена. Стоило ей только показаться, её тут же окутало магическое пламя. Девушка-автоматон попыталась привести в действие свою магцепь, но безрезультатно – ей помешало воздействие «Мульти-контроллера». Последовавший вскоре взрыв уронил её на землю. «Где этот дурень?!..» – мелькнуло в голове Хотару, после чего она рассердилась на саму себя, ведь первым, кого ей захотелось попросить о помощи, оказался её враг.

К лежащей Хотару подошёл «Багрец» и усилил пожирающее её пламя, сжигая без какой-либо жалости. Девушка громко закричала от боли. Несмотря на то, что её тело способно выдержать невообразимые нагрузки, против этого магического огня оно оказалось беззащитным.

Прежде чем её кожа обуглилась, Райкконен развеял пламя. Его подчинённые подошли к ней и, перевернув на живот, нацепили на Хотару запечатывающие магическую энергию оковы. В тот же момент своим помутнённым взглядом ей удалось разглядеть удаляющегося Райшина. Кто-то нёс его на плече, словно раненого, летя по небу, а вместе с ним и Ирори с Комурасаки,

«Сбежал, бросив меня тут... – её обгоревшие губы изогнулись в горькой усмешке. – Ожидаемое и вполне разумное решение. Я бы и сама так же поступила, верно?» Пусть она и думала так, её не покидало чувство, будто ей всадили нож в спину. «Чёрт с ними... Теперь, когда я на поверхности, хозяин найдёт меня», – она была уверена, что скоро придёт подмога из членов «Отряда», и тогда этому Мудрецу наступит конец.

Подчинённые Райкконена оставались настороже, внимательно следя за окружением. У каждого из них имелся автоматон, по большей части массового производства, однако некоторые из них имели уникальный внешний вид. «Будь здесь хозяин... Мы бы легко с ними справились», – оценила их Хотару.

— Сэр, капитан Дирак вернулся, — сообщил Райкконену один из подчинённых.

Вскоре к ним со стороны главного здания академии прискакал механический конь. То, что ему удавалось исправно следовать командам даже в радиусе действия «Мульти-контроллера» наводило на мысль о том, что он является запретной куклой. С коня спрыгнул молодой офицер, который, увидев лежащую на земле Хотару, заметно расслабился:

— Похоже, Вам удалось её поймать без особых сложностей. Повезло нам.

— В этом нет никакого везения, — возразил Райкконен. — Это было неизбежно.

— С тем человеком всегда остаётся риск предательства. В данном случае в выигрышном положении оказались Вы.

— Отставить бессмысленную болтовню. Доложи обстановку.

— Да, сэр, — отсалютовал офицер. — Три группы противника охраняют периметр вокруг главного здания, ещё три – заложников внутри. Также у входа установлены магические мины.

— Неплохо устроились, — усмехнулся Райкконен. — Удалось определить точное местонахождение «Мульти-контроллера»?

— Да. По моим подсчётам, орёл находится на крыше так называемого «Хранилища», — офицер указал на проглядывающееся сквозь деревья здание, внешне напоминающее надгробие.

— Я его отсюда не вижу... И на чём основывается твоё заключение?

— Я определил источник распространения звуковых волн, используя для расчёта метод поперечного азимута.

— Сойдёт. Сможешь с ним разобраться?

— Я бы не сказал, что это невозможно сделать со стен академии, но...

Высота стены была достаточной, однако находилась она очень далеко. Райкконен, недолго думая, начал раздавать указания:

— Делимся на два отряда. Первый отправится к «Хранилищу» и уничтожит орла снизу. Как только он будет нейтрализован, основные силы начнут штурмовать академию. Отрядом командовать будешь ты, Дирак. Можешь также отобрать себе людей.

— Вас понял. Кайл, Зейн, вы со мной.

Двое сослуживцев тут же кивнули и начали готовиться к выступлению. Дирак посмотрел на солнце, клонящееся к закату:

— До захода солнца мы едва ли успеем. Может, стоит подготовить переговорщика? Если потянем время...

— Никаких переговоров мы вести не будем. Всех нарушителей мы уничтожим, — решительно заявил Райкконен.

— Но ведь у них больше сотни заложников. Как быть с ними?..

— Устраним врага так быстро, как только сможем.

Райкконен намекал на то, что нет необходимости в спасении заложников. Лица бойцов заметно напряглись.

— Будем полагаться на нашу скорость, — продолжил генерал-лейтенант. — Не бойтесь, что можете кого-то подстрелить. Вы действуйте по приказу Райкконена.

— Да, сэр! — отозвались солдаты.

Так образом он брал всю ответственность на себя, чем вернул боевой дух своим подчинённым. Его люди собрались в круг и принялись обсуждать план и делить роли, как вдруг им пришло донесение:

— Генерал-лейтенант, новости от группы Б. Эм... Ученик, назвавшийся «Вторым с конца», сделал заявление с угрозами... По крайней мере, так это выглядело...

Другие бойцы оказались озадачены данной новостью. Выслушав содержание заявления, недоумение только возросло.

— Вот оно как, значит... — усмехнулся Райкконен. — Дирак, оставляют командование обоими отрядами на тебя. Вы двое, — он указал на двух подчинённых, — идёте со мной.

— Так точно, — отсалютовал Дирак. — А куда Вы направляетесь?

— Охотиться на крысу.

Не дожидаясь ответа, Райкконен закинул Хотару себе на плечо и пошёл прочь. От захлестнувшего её чувства унижения щёки девушки покраснели. Она испытывала отвращение от прикосновений других людей, кроме её хозяина. «Ты у меня дождёшься. Я несомненно тебя прикончу», – мысленно проклинала она его.

Хотару всё надеялась, что хозяин скоро явится за ней, стоит только немного потерпеть. Однако Магнус так и не появился.

Часть 4

Выбравшись из пещеры и обнаружив, что Хотару оказалась схвачена Райкконеном, Райшин задумал спрыгнуть с платформы, на которой они все поднялись, прямиком к вооружённым солдатам.

— Райшин, нет! — Комурасаки встала перед ним, преграждая путь.

Только юноша попытался её обойти, как его и людей Райкконена разделила возникшая ледяная стена. Тем не менее она оказалась довольно хрупкой, поэтому Райшину не составило бы труда разбить её, как стекло. И всё же его это озадачило, поэтому он, немного успокоившись, спросил:

— Ирори... Что ты делаешь?

— Райшин, пожалуйста, нам нужно отступить! Если пойдёшь против инспектора, тебя убьют!

— Но Хотару!..

— А теперь мой выход.

Раздавшийся позади Райшина голос застиг его врасплох. Вылетевший из рощи мужчина вырезался в него на огромной скорости, ударив ногой. Этот пинок оказался настолько силён, что отброшенный Райшин врезался в ледяную стену и потерял сознание. Закинув его себе на плечо, Шин повернулся к девушкам:

— Прошу прощения. Поскольку этот человек слов не понимает, я сразу перешёл к действиям.

— Ах ты немецкая кукла! — воскликнула Ирори. — Да как ты смеешь так отзываться о Райшине?!..

— Сестра, сейчас не время ругаться! — попыталась утихомирить её Комурасаки.

Шин выставил перед собой ладонь в успокаивающем жесте и продолжил:

— Разговоры оставим на потом. На препирательства союзников времени нет.

— Ты сказал «союзников»?.. — переспросила сереброволосая девушка.

— Верно. Потому прошу меня простить за грубость.

Вдруг Шин резко ускорился, подхватив Ирори под одну руку, а Комурасаки – под другую. Двигался он медленнее обычного, но всё же к тому моменту, когда ледяная стена развалилась, они уже существенно отдалились от отряда Райкконена. Райшин пришёл в себя и затуманенным взглядом посмотрел на удаляющуюся группу людей:

— Хотару... Проклятие!..

Когда солнце скрылось за стенами, и на академию опустились сумерки, Шин, приземлившись, отпустил Райшина и остальных. Приземление вышло жёстким – они словно бы врезались в землю на полной скорости. Мужчина склонил голову:

— Мне очень жаль, это было невежливо с моей стороны, — склонил голову мужчина, извиняясь за неожиданное нападение на Райшина.

— Да ничего... И спасибо.

Юноша понимал, что не смог был сдержаться и напал бы на Райкконена, если бы Шин его не остановил, и несомненно бы проиграл, вступив в бой с Мудрецом без какого-либо плана. Он бы не смог потом посмотреть в глаза своей сестре на том свете, если бы погиб, спасая автоматона того, кому намеревался отомстить.

— Как и ожидалось от мистера Акабанэ, — добавил Шин, — Вы очень великодушны. Должен признаться, в тот момент я испытал приятное удовлетворение.

— Так я и думал! Ты это намеренно сделал!

— Я, может, и умелый дворецкий семьи Рузерфорд, но мой недостаток – честность в своих желаниях.

— Вот уже действительно! — успокоившись, Райшин поинтересовался: — Что случилось с Алисой? Почему ты здесь один?

— Госпожа намерена была встретиться с господином лично. Я здесь один для того, чтобы объединиться с вами.

— Объединиться?.. Получается, у Алисы имеется какой-то план?

— Всё потому, что у неё извращённый ум, и она предпочтёт плести интриги, нежели поесть.

— Действительно... Если она что-то придумала, то у нас ещё остаётся надежда.

Они оказались в сложной ситуации: академия подверглась нападению группы неизвестных лиц, а все профессора и Рузерфорд находились в плену.

— Райкконен... Что он собрался делать, схватив Хотару?.. — вслух размышлял Райшин.

— Мне неизвестно, с какой целью он захватил члена «Отряда», но он определённо попытается освободить заложников и урегулировать данный инцидент.

— Чего? Хочешь сказать, что Райкконен... Тоже наш союзник?

— Нет, он враг. Если ему удастся разрешить всё мирным путём, его станут шествовать как героя, а господина тем временем назовут некомпетентным, — разъяснил Шин. — Моя госпожа уверена, что Британия намерена взять академию под свой контроль... И это вызовет недовольство у других сверхдержав. Вполне возможно, что Германия и Россия отзовут своих учеников.

— И что тогда станет с Вечером Мудреца?

— Это «Нектар» наделил академию правом избирать Мудреца. И имеет оно его ровно до тех пор, пока сохраняет нейтралитет. Как только она его потеряет, её лишат этого права.

— Раз она больше не сможет давать титул «Мудреца», то и Вечера не станет?!

В ответ Шин пожал плечами, наградив Райшина надменным взглядом:

— Сегодня до Вас туго доходит, хотя я всё время считал Вас сообразительным.

— Ну извини, образование у меня не высшее, — огрызнулся юноша.

— Вечер Мудреца никуда не денется. Британия просто изберёт своего Мудреца, — просветил его Шин. — Всё станет так же, как с её церковью. У этой страны самобытная культура, так что она начнёт назначать своих Мудрецов.

— Подожди! Если так поступит Британия, то и остальные страны...

— Конечно же, так станут поступать и они. Больше никто не будет слушать Ватикан, и «Ассоциация» растеряет весь свой авторитет. Маги освободятся от оков морали...

По прогнозам Шина, все страны тут же потянут свои руки к запретным исследованиям. В настоящий момент весь мир стоял на грани масштабной войны, потому каждая страна будет стараться нарастить свою боевую мощь, и оставить их уже не сможет никто.

— Я не особо сведущ в политике, но не так уж сложно представить, что будет дальше. Повсеместно начнутся эксперименты на людях, а заключённых будут использовать в качестве сырья для производства запретных кукол. Пройдёт меньше века, как мы увидим удивительные изобретения: ужасающее химическое оружие, разрушающее целые экосистемы биологическое оружие, смертоносные массивные бомбы...

Даже Ирори было страшно представить, что их ждёт, и она обняла дрожащую Комурасаки.

— Тот тупой принц такому бы только обрадовался... — процедил сквозь зубы Райшин, сжав кулаки.

Он был уверен, что должен существовать способ помешать Райкконену и поумерить амбиции Эдмунда. Лучшим вариантом являлось спасение директора до того, как до него доберётся Райкконен, чтобы тот помог положить всему этому конец. Так как он хорошо разбирался в политических вопросах, данный вариант позволил бы ему самостоятельно вернуть себе положение. Вот только у Райшина возникал другой вопрос: что тогда будет с Хотару?

«Нельзя колебаться... – мысленно рассуждал юноша. – Нужно быть хладнокровным и не забывать о своей главной цели. Она мой враг. Кукла моего врага. Он даже воспользовался телом Надешико для её создания».

— Пока займёмся поисками других союзников, — устало произнёс Райшин, неохотно приняв решение. — Мне ещё нужно убедиться, что с Яей всё в порядке.

— Я вас отведу к ним. Мисс Уэстон и мисс Белью сейчас вместе, — сообщил Шин.

— Понятно. Может, с их помощью нам что-нибудь и удастся сделать.

Горько усмехнувшись, он, погружённый в собственные мысли, пошёл вперёд, волоча за собой ноги.

— Сестрёнка Ирори, что-то случилось? — вдруг прозвучал вопрос Комурасаки.

Услышав её, Райшин пришёл в себя. Ирори несколько раз моргнула в недоумении. Только потом она заметила, что по её щеке стекала слеза. Она отвернулась и вытерла её:

— Нет... Ничего. Не обращай внимания.

Тем не менее Райшин не стал это так оставлять и спросил:

— Ирори, чего ты хочешь?

Ирори потупила взгляд и ответила, стараясь звучать как можно более бесстрастно:

— Благодарю за беспокойство, но я всего лишь кукла, поэтому просто должна подчиняться твоим приказам, Райшин.

— Но у тебя всё на лице написано. Ты хочешь спасти Хотару.

— Не шути так... Члены «Отряда» – твои враги.

— Ошибаешься. Мой враг – это Тензен Акабанэ. А те девушки мне вовсе не враги.

«Хотя я сам же до сих пор убеждал себя в обратном», – Райшин сам удивился своим словам.

По иронии судьбы, именно лицо Хотару затуманило его сердце и разум. Оно было настолько похоже на лицо Надешико, что юноша всё это время занимался самообманом. Когда он узнал о её трудностях, когда они сражались бок о бок, когда вместе делили трапезу – он уже тогда понимал, что Хотару ему не враг.

В конце концов он собрался с духом и принял окончательное решение, которое считал единственным верным. Райшин посмотрел Ирори в глаза и уверенно заявил:

— Я спасу Хотару.

Часть 5

Выслушав Райшина, Яя не могла поверить своим ушам: ведь он собрался бросить вызов Мудрецу «Багрецу», чтобы спасти члена «Отряда».

— Пожалуйста, одумайся, — стала умолять она, вцепившись в него. — Идти против Мудреца чистой воды самоубийство!

— А разве у нас не всё время так? — ответил ей Райшин. — К тому же я уже сражался с ним однажды.

— Всё равно... Сестра, Комурасаки, пожалуйста, образумьте его!

Однако сёстры никак не отреагировали. Они просто смотрели на неё, сохраняя всё тот же решительный вид. Яя повернулась за помощью к Шарл, но только скрестила на груди руки.

— Яя, мы находимся в очень печальном положении, — поделился мнением Зигмунд. — Кто-то должен остановить Мудреца.

— Даже ты, Зигмунд!..

Райшин взял Яю за плечи и повернул к себе, заставляя посмотреть себе в глаза:

— Времени у нас в обрез, поэтому скажи просто «да» или «нет». Ты поможешь мне?

— Нет, Райшин! — вмешалась Ирори.

Сама от себя не ожидав такой бурной реакции, она переменилась в лице, но всё же разняла Райшина с Яей:

— Яя, нет! Тебе нельзя сражаться!

Однако же Яя лишь нежно положила руку поверх руки старшей сестры. Если Райшин собирался что-то предпринять, то её выбор был очевиден:

— Отпусти, сестра. Яя – кукла Райшина, его оружие. А оружие существует для того, чтобы помочь хозяину достичь своей цели, — объяснила свою позицию Яя. — Со мной всё в порядке. Райшин меня исцелит~.

Ирори закусила губу, но больше не стала отговаривать Яю:

— Если таково желание Райшина, я подчинюсь. В конце концов я ведь теперь... Его жена.

— Хи-хи-хи, ну ты и шутница, сестра... Ты хочешь жить? Ответь, «да» или «нет»!

— Яя, не заводись! У нас нет на это времени!

Райшин приобнял Яю со спины и воспользовался техникой «Коёкуджин», вливая в неё свою магическую энергию. Его напарница, расслабившись, закрыла глаза, точно кошка, и отдалась во власть приятным ощущениям. Эта магическая энергия преобразовалась в жизненную и исцелила оставшиеся в её теле повреждения.

С завистью глядя на всё это, Шарл покраснела, но затем вызывающе хихикнула и махнула лежащими на плечах золотыми волосами:

— Если вы собираетесь заняться господином Райкконеном, то, полагаю, та ведьма достаётся мне.

— Ведьма? Та, которую упоминал Шин... «Золотая роза», правильно? — уточнил Райшин.

— Да. Я... Я не могу простить её. Она сотворила с академией всё это и убила стольких автоматонов... Я не могу спустить такое с рук!

— Не делай этого, — холодно произнесла Гризельда, что поднималась снизу по лестнице.

В левой руке она несла три меча – единственное оружие, которое ей удалось найти.

— И за что мне всё это... Почему все, кто стал моим учеником, такие безумцы?.. — пробурчала она. — Ты всерьёз надумала тягаться со знаменитой ведьмой, положившись на недавно освоенную «Грам Банию»?

— У нас нет иного выбора! Мы единственные, кто может сражаться! — возразила Шарл.

Проигнорировав её, Гризельда переключилась на Райшина:

— Ты тоже прекрати дурью маяться. Наставник тебя просто прикончит.

— Я бы не был так в этом уверен. Со мной на этот раз три лучших в мире автоматона.

— Всё равно бесполезно. Уж не тебе ли это не знать? Чтобы добиться желаемого результата, придётся заплатить соответствующую цену. Особенно в данном случае.

— Если я так и так буду жалеть, то лучше уж о содеянном, чем ничего не сделав.

— Хватит всякую чушь нести. Просто послушай меня в этот раз. Я не хочу, чтобы кто-либо из вас погиб.

Райшина несколько удивило то, как мягко она произнесла эти слова. Недолго думая, он уклончиво ответил:

— Ладно, я понял. Немного поборюсь с ним, и просто потом сбегу. Всё-таки для победы нам нужно только освободить заложников прежде, чем это сделает Райкконен.

— Хочешь сказать, что задержишь его? — с сомнением в голосе спросила Гризельда. — Едва ли. На открытом пространстве ты его не остановишь – он просто пройдёт мимо тебя, не обратив внимания. А нападёшь на него – тут же станешь опасным преступником.

— Да, всё так. Потому я и сообщил ему о своём запланированном преступлении.

Гризельда приподняла бровь в недоумении, а Ирори и Комурасаки, обменявшись взглядами, улыбнулись.

— Я попросил Шина передать мои слова солдатам Райкконена.

— Передать... Солдатам?..

— Что «Второй с конца» собирается разрушить «Хранилище», — пояснил юноша.

Гризельда удивлённо распахнула глаза, а Зигмунд удовлетворительно кивнул:

— Умно. Так он будет вынужден пойти туда...

Не получив результаты исследований, касающихся механической куклы, захват академии не принесёт особой пользы Райкконену. Поэтому проигнорировать угрозу Райшина он не мог.

Гризельда усмехнулась и стукнула кулаком по плечу Райшина:

— Всё так же играешь роль ключевой фигуры в эндшпиле. Сбиваешь противника с толку неожиданным ходом... Смотри, чтобы тебя там не зажарили. Ты не заслуживаешь такой смерти.

— Как скажете. У меня не настолько крепкие нервы, чтобы обмануть ожидания Мудреца.

— Лжец. Нервы у тебя, как причиндалы у жеребца.

— Чего у жеребца?! — воскликнул юноша. — Баронессе не следует так выражаться!

— Оставляю Райкконена на тебя. Но даже если ведьмой займусь я, у нас всё ещё остаётся серьёзная проблема, — Гризельда указала пальцем в небо.

По округе по-прежнему разносилось «пение» орла – практически вся территория академии находилась под воздействием «Мульти-контроллера».

— Мы с тобой можем противостоять его эффекту благодаря нашим особым техникам, но вот другим студентам и профессорам придётся туго.

Райшин в ответ небрежно махнул рукой:

— Думаю, Локи тоже справится.

— Что? Ты с ним связался?

— Нет, просто знаю и всё.

— И как это понимать?! — сердито воскликнула Шарл.

Однако Райшин с улыбкой отметил:

— Хоть он и асоциальный грубый придурок, неспособный честно выражать свои мысли, — говорил он, вспоминая своего товарища с горячей головой и владеющего такой же горячей магией, — но он сметёт на своём пути всё, что ему не нравится.

— Если бы он сейчас это всё слышал, то непременно бы захотел с собой покончить, — пошутила Яя.

Все засмеялись, за исключением Райшина. Яя продолжала улыбаться, в то время как вместе с этим в глубине её сердца крепла решимость.

Я буду его опорой. Его орудием и бронёй. Как это было раньше, так будет и впредь.