Том 19. Глава 16. Проверка
В трактире на перевале Фэнсюэ.
— Посторонитесь, посторонитесь! — кричал официант, неся деревянный поднос с большой миской каши, корзиной паровых булочек и тарелкой лепешек. Он ловко пробирался к гостям на втором этаже.
Внезапно каша, булочки и лепешки с подноса исчезли, а на их месте появился серебряный слиток.
— А? — официант опешил, его глаза округлились от удивления.
— Где каша? Где булочки? Где лепешки? — бормотал он, бережно взял слиток и поспешил вниз, — Дядя, дядя, посмотри!
Мэн Чуань по-прежнему сидел за столом, но перед ним появились миска с кашей, корзина с булочками и тарелка с лепешками.
— Завтрак готов, — Мэн Чуань обернулся, но рядом с ним никого не было, только пустой стул.
— Мне нужно привыкнуть быть одному, — Мэн Чуань опустил голову и принялся за еду. Он ел, как и прежде, с аппетитом, большими глотками выпивая кашу и уплетая булочки с лепешками.
Вскоре он съел всё дочиста.
Сидя за столом, Мэн Чуань понимал: "Мне нужно совершенствоваться. Мир людей и мир демонов постепенно сближаются, входов в мир демонов становится всё больше. Эта война еще не окончена, я должен стать сильнее".
"Только став сильнее, я смогу защитить себя и не допустить, чтобы Циюэ приходилось пробуждаться и использовать Возрождение Феникса, рискуя жизнью".
"Если мы проиграем эту войну, это будет катастрофа, труды бесчисленных божественных демонов будут напрасны".
"Мы уже слишком много потеряли, мы должны победить".
"Я должен совершенствоваться".
Мэн Чуань вышел во двор с мечом на поясе.
Он обнажил меч.
Мэн Чуань нахмурился и снова взмахнул мечом.
Раз за разом он вынимал меч из ножен, пытаясь сосредоточиться на тренировке. Время шло медленно, как заваривание чая.
— Мои мысли мешают мне, я не могу полностью погрузиться в совершенствование, — Мэн Чуань стоял во дворе, хмуря брови, — Нельзя ничего добиться, если не отдаваться тренировке целиком.
Будь то техника движения Дракон Облачного Тумана, которую он хотел развить от предела Небесного Источника поздней стадии до Высшего Творца стадии завершения, или создание предельной техники Бесконечный Клинок, полное погружение было самым важным условием.
Если разум был затуманен, если мысли блуждали, прогресса не было.
— Я не могу контролировать свои мысли.
— Что же делать? — размышлял Мэн Чуань.
Обычные эмоции можно было легко выбросить из головы и быстро забыть.
Но чувства, которые стали частью жизни, невозможно было забыть даже самым сильным мира сего. Вспомнить хотя бы короля Чжэнь У, который из-за любовной неудачи потерял себя и долгое время пребывал в отчаянии. Хотел ли он этого? Нет! Король Чжэнь У тоже хотел совершенствоваться и становиться сильнее, но любовная драма заставила его усомниться в своем пути, он не мог продолжать идти по нему.
В конце концов, Чжэнь У так и не смог забыть, но он нашел новый путь.
— Что же делать? — думал Мэн Чуань.
Он не мог подавить острое чувство одиночества и тоску по жене.
— Лучше дать выход эмоциям, чем сдерживать их.
— Выплеснуть все свои чувства, — подумал Мэн Чуань, — Полностью.
— Возможно, после этого мне станет легче.
Мэн Чуань принял решение: "Для меня лучший способ выразить свои чувства — это живопись".
— Начну с перевала Фэнсюэ и пройду по всем местам, где мы жили с Циюэ, вложив в каждую картину свои самые яркие воспоминания и сильные эмоции, — решил Мэн Чуань.
...
И Мэн Чуань начал рисовать.
В обычном доме на перевале Фэнсюэ Мэн Чуань рисовал два дня и две ночи. Этот город был местом, где они с женой прожили дольше всего.
Затем он отправился в город Цзян. С городом Цзян тоже было связано множество воспоминаний. Здесь они жили в обычном доме, обучали детей, защищали город…
Он побывал в Чуань, Чанфэн, Дуяне и других местах. Лю Циюэ, будучи божественным демоном-защитником, часто меняла место службы, и Мэн Чуань переезжал вместе с ней. Для них неважно было, где жить, главное — быть вместе.
Затем он отправился в Гушань.
— Гушань полностью опустел, — Мэн Чуань пришел в этот город, к дому, где они когда-то жили. Полгода назад они с женой приезжали сюда, чтобы привести дом в порядок.
— Мы с Циюэ жили отшельниками в Гушане, преследовали демоническую расу, спасали людей, — Мэн Чуань смотрел на дом, — Именно здесь, в этом городе, Циюэ забеременела и родила Ань`эра и Ю`эр.
Они прожили в Гушане шесть лет.
Тогда они были молоды, полны сил и амбиций, вместе сражались бок о бок.
Мэн Чуань сидел на каменной скамье и рисовал. Он рисовал дни, когда его жена была беременна, рисовал Ань`эра и Ю`эр в пеленках, как они с женой ухаживали за ними, как вместе сражались, спасая людей и убивая демонов…
— Перевал Бэйхэ, — Мэн Чуань прибыл на перевал Бэйхэ. Этот город тоже был заброшен.
Он пришел к дому, где они жили.
Спустившись с горы Первого Истока, они поселились на перевале Бэйхэ, сражались здесь, и здесь же… поженились.
Мэн Чуань стоял в знакомом, заброшенном доме и словно видел свою свадьбу. Чжан Юньху, Фань Чэн, Ши Сю, Юй Чиянь, Ян Сину, Му Цин, декан Гэ Юй и другие друзья и родственники были свидетелями того, как Мэн Чуань и Лю Циюэ поклялись друг другу в верности перед небом и землей и стали мужем и женой.
Многие из тех, кто был на их свадьбе, уже умерли — кто-то от болезни, кто-то в бою с демонами.
— Гора Первого Истока, — Мэн Чуань провел два дня на перевале Бэйхэ, рисовал, а затем отправился на гору Первого Истока. Он не стал навещать почтенного, а сразу пошел к своей пещере.
— Король Дуннин, — управляющего пещерой сменили, теперь это была женщина по фамилии Хэ. Прежний управляющий, господин Лю, умер от старости.
— Я поживу здесь несколько дней, — сказал Мэн Чуань.
— Хорошо, — управляющая тут же распорядилась, чтобы слуги всё подготовили.
Глядя на пещеру, Мэн Чуань вспоминал, как они с женой пришли сюда совершенствоваться. Именно здесь они поклялись идти по жизни рука об руку, вместе сражаться, убивать демонов, делить ложе и быть похороненными в одной могиле.
С этим городом было связано одиннадцать лет счастливых воспоминаний.
Мэн Чуань рисовал картины из прошлого, и на его лице появлялась улыбка.
Он вкладывал в кисть все свои чувства к жене, рисовал сцены из их жизни.
Он рисовал два дня и одну ночь, а к вечеру покинул пещеру и отправился к Кровавой Скале.
Вжух!
На Кровавой Скале появились бесчисленные изображения божественных демонов.
Мэн Чуань смотрел на них и сразу увидел себя и Циюэ среди множества божественных демонов, спустившихся с горы, чтобы оставить свой след.
Тогда он был одет в темно-синюю одежду, боевые сапоги, с мечом на поясе, развевающимся на ветру. Лю Циюэ была в красно-синем, более ярком наряде, с луком и колчаном за спиной. Они смотрели друг на друга и улыбались.
— Почему появились изображения на Кровавой Скале?
Кровавая Скала находилась на главной вершине, ученики божественных демонов часто приходили сюда и, естественно, заметили множество появившихся изображений божественных демонов. Некоторые из них, заинтригованные, подошли ближе.
Издалека они увидели мужчину с седыми волосами, стоящего на Кровавой Скале и смотрящего на изображения божественных демонов в воздухе.
— Что происходит?
— Изображения на Кровавой Скале могут активировать только старейшины. Кто это сделал? — ученики божественных демонов поспешили к скале, но когда они добрались до нее, изображения исчезли, а Мэн Чуань уже ушел.
Мэн Чуань вернулся в Дуннин, в поместье Мэн на Зеркальном озере, туда, где они впервые встретились.
В поместье Мэн на Зеркальном озере жили несколько слуг, которые следили за домом, но никто не смел самовольно занимать его, ведь это был дом короля Дуннина и королевы Нин Юэ.
Он шел по знакомым комнатам, всё здесь было как прежде.
Ему было восемь лет.
Лучший друг его отца, Лю Ебай, привел в поместье Мэн застенчивую девочку. Мэн Чуань, который после смерти матери замкнулся в себе и посвятил себя совершенствованию, познакомился с ней.
Они росли и тренировались вместе.
Мэн Чуань сел на тренировочной площадке, под большим деревом, где он когда-то практиковался с мечом, и начал рисовать свои детские воспоминания.
На это у него ушло три дня.
Перевал Фэнсюэ, город Цзян, Чуань, Чанфэн, Дуян, Гушань, перевал Бэйхэ, пещера на горе Первого Истока, поместье Мэн в Дуннине… Мэн Чуань рисовал свою жизнь от настоящего момента до самого детства на одном длинном свитке картины.
Это была очень длинная картина.
Тридцать метров с лишним, самая длинная картина, которую Мэн Чуань когда-либо рисовал.
Справа была изображена их первая встреча, детство, юность, битва в Саду Спокойствия, вторжение демонов, пробуждение крови Лю Циюэ, как Мэн Чуань спешит ей на помощь… Картины сменяли друг друга, пока не показали их обоих с седыми волосами. Седой Мэн Чуань рисовал, а седая Лю Циюэ с улыбкой смотрела на него. Это было перед тем, как они отправились на гору Первого Истока и погрузились в сон… Мэн Чуань рисовал свою жену.
Бах!
Длинный свиток картины частично свернулся, частично парил в воздухе.
Мэн Чуань сидел на тренировочной площадке под деревом, смотрел на законченную картину и чувствовал легкое головокружение.
Он взял кисть и написал справа: "Взявшись за руки, вместе до старости".
Опустив кисть, Мэн Чуань с улыбкой посмотрел на картину.