Глава 277. Сила веры

Линь Ань потерял дар речи. Он-то думал, что за всем этим кроется какая-то великая тайна.

Хуан Шаохуа, видя в кристалле, как помрачнело лицо собеседника, не посмел больше ничего скрывать. Пока это не касалось запретных слов Системы, он готов был выложить всё. Методы этого человека были самыми жестокими из тех, что он видел за всю свою жизнь.

То, как он истязал Ли Лэя, вызывало содрогание даже у него, простого наблюдателя. Линь Ань не брезговал ничем, чтобы сломить волю противника. Если старик сейчас не докажет свою ценность или попытается что-то утаить, то в следующее же мгновение Чёрный Дракон его окончательно переварит.

— Дело вот в чем, господин, — вздохнул Хуан Шаохуа и продолжил: — Талант Ли Лэя — дело моих рук, но я лишь направил его. У этого парня была очень мощная Сила веры. Даже не будучи Пробужденным, он намного превосходил в этом обычных людей.

— Сила веры? — Линь Ань прервал его с недоуменным выражением лица.

Разве такой характер, как у Ли Лэя, заслуживает упоминания о "вере"? Линь Ань слышал о подобном; по сути, это было нечто вроде телекинеза или ментальной энергии. Проще говоря: во что веришь, то и воплощается, хотя обычно эффект не был настолько преувеличенным.

Хуан Шаохуа заметил сомнения Линь Аня и поспешил объясниться:

— Господин, Сила веры Ли Лэя отличается от того, что вы могли слышать о других. Он из тех, у кого... синдром восьмиклассника в тяжёлой форме. Он постоянно воображал себя главным героем, предавался иллюзиям и бежал от реальности. В обычной жизни такая черта абсолютно бесполезна, он никогда бы ничего не добился.

— Но в Игре Судного Дня из-за духовной энергии и вмешательства Системы эта сила воплотилась в реальности, — продолжил старик. — Поэтому, когда я прятался в ожерелье и почувствовал его способности, я помог ему стать Пробужденным. И, как и ожидалось, в его таланте эта характеристика проявилась в полной мере.

Линь Ань опешил. Значит, талант Ли Лэя был плодом его собственного воображения, который при поддержке Системы обрел реальную мощь? Неудивительно, что описание его способностей выглядело таким нелепым. Это казалось немыслимым. Получается, фантазия стала явью?

Видя, что Линь Ань всё понял, Хуан Шаохуа не удержался от вздоха:

— Господин, на самом деле все эти упоминания о "главном герое" и "Дитя Провидения" в его таланте — пустышка. Его талант лишь несёт в себе слабую силу веры, но его подсознание немного подправило условия. Его удача и возможности — всё это доставалось ему под моим руководством. Мне просто стало жаль этого бедолагу, вот я и решил помочь...

Линь Ань кивнул, в его глазах промелькнуло озарение. Теперь понятно, почему Ли Лэй, будучи Пробужденным, сошел с ума. Источником его силы была вера в то, что он — избранный герой и Дитя Провидения. Когда Линь Ань с легкостью сокрушил его, когда "Наставник" погиб, а возлюбленная предала — все эти удары вдребезги разнесли его веру. У него не осталось ни капли уверенности в себе.

В итоге сила обернулась против него, вызвав ментальный коллапс и превратив в идиота. Наверняка даже сейчас, в безумии, его подсознание продолжает рисовать картины того, как он покоряет мир в окружении красавиц... Жалкое и печальное зрелище.

Хуан Шаохуа снова вздохнул, а затем с воодушевлением уставился на Линь Аня, заговорив максимально искренне:

— Господин! Хотя о многом я не могу распространяться, я могу указать вам более сотни мест, где спрятаны плоды духовной энергии и ценное снаряжение! Неисчислимые возможности, я даже знаю, как выполнять многие задания! И, как вы уже заметили, при жизни я был не промах. Я не только могу наставить вас в вопросах развития после Пробуждения, но и благодаря моему опыту вы сможете избежать множества ловушек!

— Вы на голову выше Ли Лэя. Я верю, что вместе мы сделаем вас истинным героем и властелином апокалипсиса! Башня испытаний, тайные миры, подземелья, региональные сражения, Смертельные битвы! Вы наверняка об этом ничего не знаете! А я знаю! Если вы оставите мне жизнь, я помогу вам смести все преграды!

Старик говорил всё более эмоционально, рисуя перед Линь Анем радужное будущее:

— Более того, если вы доверитесь мне и предоставите немного ментальной энергии для восстановления... я смогу временно занять ваше тело или тело вашего спутника. Всего капля энергии! И я смогу показать мощь не ниже пика второго ранга! С моей помощью вы в этом мире будете неприкасаемым! Вы станете настоящим Дитя Провидения!

Хуан Шаохуа рассыпался в обещаниях, суля горы сокровищ и снаряжения. Линь Ань молчал, и могло показаться, что он заинтересован. Старик, заметив это, воодушевился еще сильнее и начал бить себя в грудь:

— Господин! Если не верите мне, можете постоянно держать кристалл в пасти Чёрного Дракона — это гарантия того, что я не предам! Я не вижу вашего таланта, но ваша нынешняя сила говорит о колоссальном потенциале! Я искренне хочу служить вам и помогать. Это совсем не то, что было с тем бедолагой Ли Лэем. На самом деле я многого ему не договаривал, вы и сами, небось, заметили.

Однако Линь Ань оставался невозмутим. Он пристально посмотрел на Хуан Шаохуа и внезапно усмехнулся. Стало жаль Ли Лэя, поэтому помогал? Увидел талант Линь Аня и захотел служить? Такой чушью можно было кормить разве что Ли Лэя.

— Тебе стало его жаль? Но разве не ты всё это подстроил? Дай-ка угадаю.

Линь Ань усмехнулся, проникая ментальной энергией внутрь кристалла:

— Я не верю, что ты стал бы помогать Ли Лэю стать Пробужденным из жалости, и уж тем более не верю в твоё милосердное желание сделать его сильным. "Жил долго"... Разве существование в виде духовного тела можно назвать жизнью? Должно быть, ты сильно страдал.

Голос Линь Аня стал холодным как лед, и синеватая фигура внутри кристалла вздрогнула.

— Поэтому я полагаю, что ты намеревался планомерно промывать мозги Ли Лэю, впечатывая своё существование в его сознание. Ты помогал ему становиться сильнее, чтобы, когда его тело окрепнет, а разум станет полностью доверять тебе и принимать твоё присутствие, ты смог просто захватить его плоть и начать жизнь заново. Верно?

Хуан Шаохуа не смел поднять глаз. На его старческом лице застыла кривая, вымученная улыбка.

— Господин, вы шутите...

— Шучу?

Линь Ань многозначительно посмотрел на него, поглаживая Чёрного Дракона на запястье:

— Если талант Ли Лэя — всего лишь слабая сила веры, не обладающая системными характеристиками, то откуда у тебя была уверенность, что я съем мандалу? Зачем ты настойчиво советовал Ли Лэю напасть на меня? Возможно, ты и впрямь планировал сбежать, если бы я отказался...

— Но ты проявил себя слишком поздно. Настолько поздно, что это было равносильно отправке Ли Лэя на смерть... К тому же ты узнал Чёрного Дракона. Как ты вообще посмел после этого показаться? Мне всё кажется...

Линь Ань склонил голову, телекинезом удерживая кристалл перед собой:

— Что взять тебя в плен было слишком просто? У таких, как я, слишком высокая подозрительность. Если бы ты вел себя слишком вызывающе, я бы никогда не оставил тебя рядом с собой...

В мгновение ока Хуан Шаохуа, который до этого смиренно лежал на земле, внезапно сверкнул глазами. От него исходила мощная ментальная волна.

— Мальчишка! — проревел он. — Иногда быть слишком умным — значит умереть ещё быстрее!

Его величие росло, в воздухе сами собой возникали пространственные искажения. Ужасающая сила заставляла задыхаться.