Глава 144.1. Напоминание Гуй Фэй о том, что и у стен есть уши
Юнь Цянь Мэн продолжала буравить евнуха своим ледяным взглядом, но тот остался невозмутим. Юнь Цянь Мэн улыбнулась и повернулась.
– Фэй Цин, пожалуйста, присмотри на Ань'эр. Я скоро вернусь.
Старая госпожа Гу обеспокоенно посмотрела на Юнь Цянь Мэн, а Цюй Фэй Цин подошла ближе и шёпотом спросила:
– Что произошло? Кому служит евнух?
Нефритовая медаль была мастерски скрыта в ладони евнуха, её смогла рассмотреть только Юнь Цянь Мэн.
– Бабушка, не переживайте. Госпожа пригласила меня на чай. Я вернусь быстро, так как вскоре начнётся банкет, – Юнь Цянь Мэн успокаивающе улыбнулась и подошла к Сяхоу Ань'эр. – Ань'эр, это моя двоюродная сестра Цюй Фэй Цин. Она проведёт тебя во дворец, я же вскоре присоединюсь к Вам.
Юнь Цянь Мэн погладила Сяхоу Ань'эр по руке и села в паланкин. Евнух осторожно посмотрел на старую госпожу Гу, после чего приказал поднять паланкин.
Юнь Цянь Мэн, выпрямившись, пыталась предугадать, что дальше произойдёт. Обычно Жун Гуй Фэй не покидала Императорского дворца и редко с кем встречалась. Если кто-то узнает об их встрече, ведь семья Жун обладает колоссальными финансовыми ресурсами, а семья Чу выдающейся военной мощью, и начёт распускать слухи… Вроде как Жун Юнь Хэ мог передать сообщение от сестры, но так как он мужчина, то не может часто посещать Императорский гарем. Передать сообщение через женщину? Скорее всего Жун Гуй Фэй не хочет, чтобы третье лицо имело доступ к некоей информации, собственно по этой причине она и дожидалась банкета в честь Фестиваля Фонарей.
Для Юнь Цянь Мэн осторожное поведение Жун Гуй Фэй было всецело обосновано. Малейшая ошибка с её стороны, и семья Жун столкнётся с катастрофой. Собственно именно по этой причине Тай Фэй Жун Сянь многие годы всецело отдавала себя учениям Буддизма. Во дворце происходит чересчур оживлённая борьба, пасть на самое дно, или даже ниже, можно в считанные минуты. В какой-то момент Тай Фэй самостоятельно отказалась от сражения и начала защищать свой собственный мир, благодаря чему и стала одной из немногих Тай Фэй, кому удалось выжить.
– Фужэнь, мы прибыли во дворец Жун Хуа!
Юнь Цянь Мэн приоткрыла занавески, осмотрелась и вышла из паланкина.
– Приятно с Вами встретиться, Чу фужэнь! – поклонилась служанка.
Юнь Цянь Мэн впервые переступила порог Жун Хуа Гун. Ей сразу же показалось, что излишне украшенный золотом и многими другими драгоценностями дворец не подходит элегантной Жун Гуй Фэй. Однако выставленные напоказ богатства отчётливо показывали людям, насколько сильно Император Юй Цянь благоволит своей Гуй Фэй. Увы, но позади всего этого великолепия кроются полные печали дни и ночи…
Служанка привела Юнь Цянь Мэн к небольшому павильону в боковом дворце Жун Хуа Гун. Жун Гуй Фэй сидела на своём месте и сосредоточенно вышивала.
– Приветствую госпожу Гуй Фэй
Юнь Цянь Мэн подошла к центру павильона, изящным движением приподняла платье и встала на колени.
Жун Гуй Фэй отвела взгляд от вышивки, ослепительно улыбнулась и передала вышивку служанке.
– Чу фужэнь, прошу, встаньте!
– Благодарю, госпожа!
Юнь Цянь Мэн, безукоризненно соблюдая этикет, встала и внезапно поняла: банкет скоро начнётся, но Жун Гуй Фэй была одета в обычные одежды. Императрица и Гуй Фэй обязаны появляться на такого рода праздниках, но на лице нет макияжа, а украшения, пусть и бесценные, но не создавали должного, возвышенного, образа.
– Могу ли я узнать причину, по которой госпожа позвала меня? – взглянув на украшения Жун Гуй Фэй, Юнь Цянь Мэн быстро опустила взгляд, не смея задавать лишние вопросы. У неё и так был целый ворох проблем, и ей совсем не хотелось участвовать в дворцовых интригах, по крайней мере сейчас. До тех пор пока Император Юй Цянь не перейдёт черту, она, естественно, не будет лишний раз рисковать. Однако Юнь Цянь Мэн неплохо знала Жун Юнь Хэ, плюс, её дядя смог избавиться от яда благодаря семье Жун. Она никогда не забывала об оказанной доброте.
– Особой причины нет, я пригласила фужэнь посидеть со мной. Фужэнь, прошу, не вините за грубость!
Жун Гуй Фэй выглядела расслаблено, но когда её личная служанка принесла платье, в её взгляде промелькнуло нежелание. Она кивнула, словно отмахнулась, и неспешно подошла к Юнь Цянь Мэн.
– Я хотела бы поблагодарить фужэнь за те слова в боковом дворце Императорского сада.
Юнь Цянь Мэн смотрела вниз, при этом полагаясь на периферийное зрение. Благодаря небольшой хитрости она смогла увидеть как платье, так и промелькнувшее недовольство Жун Гуй Фэй, тем самым подтвердив свои догадки.
– Госпожа, не нужно быть настолько вежливой, мне не пришлось утруждать себя. Но раз госпожа ходила за зимней сливой в боковой дворец в столь холодную погоду, полагаю, Вам забыли, что она обильно растёт в Жун Хуа, – прошептала Юнь Цянь Мэн. В павильоне присутствовала она, Гуй Фэй и её служанка, но никогда не стоит забывать, что и у стен есть уши!
Жун Гуй Фэй несколько раз моргнула, это был её просчёт. Её тётя по линии отца настоятельно посоветовала не принимать участие в дворцовых сражениях, но то, что она захотела покинуть поле боя, не значит, что враги дадут отступить! Если бы не напоминание Юнь Цянь Мэн, возможно, кто-то бы смог заполучить информацию и использовать её против неё. От одной мысли о подобном, сердце Жун Гуй Фэй содрогалось. Она ещё раз прошлась по Юнь Цянь Мэн взглядом. Глаза опущены, но чувствуется осторожность, а действия сами за себя говорят о мудрости. Не из красавиц, способных покачнуть страну и разрушить города, но остальные черты характера сполна компенсировали небольшие недостатки. Не удивительно, почему Юнь Хэ влюбился в неё… А так как он редко ошибался в своих оценках, Жун Гуй Фэй была позитивно расположена по отношению к Юнь Цянь Мэн.
– Согласно Императорскому указу, Чу сян провожал Хэ Шунь Гун Чжу. Путешествие же прошло гладко?
Решив прислушаться к совету Юнь Цянь Мэн, Жун Гуй Фэй вела себя осторожнее, поэтому упомянула только Хай Тянь.
Юнь Цянь Мэн чуть-чуть приподняла взгляд. Увидев, что Жун Гуй Фэй спокойна, словно говорит о каком-то пустяке, она понимающе улыбнулась.
– Путешествие прошло гладко. Муж лично провёл принцессу Хэ Шунь до границы с Северной Ци, на которой и попрощался послами. Можно смело предположить, что мир между двумя странами будет длиться вечно!
Сердце Жун Гуй Фэй, которое не знало покоя более двух недель, наконец, успокоилось.
– Госпожа, пора!
В павильон вошла дворцовая служанка из Жун Хуа Гун. Она, поклонившись, вежливо напомнила Жун Гуй Фэй, но попутно её яркий взгляд на несколько секунд задержался на Юнь Цянь Мэн.
Юнь Цянь Мэн и Жун Гуй Фэй заметили действия служанки, последняя улыбнулась.
– Сегодня я отняла у фужэнь драгоценное время! Если бы я заранее знала, что юная леди Цюй также приедет во дворец, я бы обязательно пригласила её, чтобы попросить совета по вышивке. Меня долгое время терзают головные боли из-за узора тычинки, никак не могу воплотить образ, который возникает в голове!
– Госпожа, Ваше мастерство достигло небывалых высот. Возможно, если бы моя двоюродная сестра увидела Ваши работы, именно ей пришлось бы просить совета! Прошу прощения, мне пора, – улыбнулась Юнь Цянь Мэн.
Так как Юнь Цянь Мэн поняла то, что она хотела сказать, Жун Гуй Фэй кивнула и приказала служанке у двери:
– Проведи Чу фужэнь к выходу.
– Да, госпожа! – покорно ответила служанка, поднимая занавески на двери и вместе с Юнь Цянь Мэн покидая павильон.