Глава 131.1. Семья Су находится под следствием, сообразительная мачеха

Су Юань, пребывая в полубреду, слышал приказ Цюй Чан Цина, но боль была слишком сильна, как бы он не пытался, он не мог выдавить из себя ни слова.

Взгляд Цюй Чан Цина неспешно переместился на дрожащего помощника министра. Тот, не дожидаясь позволения заговорить, рухнул на колени.

– Дажэнь, меня вынудили. Прошу, простить только в этот раз. Я верой и правдой буду служить подле Вас! Прошу, этот раз, у меня в семье дети и пожилые, они не смогут без меня!

Помощник министра всё продолжал и продолжал кланяться и молить о пощаде, но его действия нисколько не тронули Цюй Чан Цина. Если бы каждый смог избежать наказания под схожим предлогом, зачем бы тогда основывали Министерство уголовных наказаний? Если бы одного раскаяния преступника было достаточно, разве во всём мире не восторжествовал бы покой и безопасность? Цюй Чан Цин не собирался закрывать глаза на подобное.

Повинуясь многозначительному взгляду, стражники, безо всяких объяснений подхватили помощника министра под руки и вынесли из комнаты. Цюй Чан Цин достал лист бумаги и перечислил всю информацию, которую узнал за сегодня. По возвращению в Императорский дворец он собирался сделать подробный отчёт Императору.

* * *

Су Цянь Юэ в порыве гнева отбросила ногой сломанную миску с её содержимым, так называемой едой. За всплеском ярости с презрительной улыбкой на губах наблюдала Юнь И И. Эта Су Цянь Юэ продолжала вести себя, словно юная леди, хоть теперь она обычная заключённая.

– Ох-ох! Юная леди Су, что с Вами? Разве Ваш отец не глава Министерства уголовных наказаний? Почему же он запер свою досточтимую дочь в камере? Может ли быть, что он планирует держать Вас здесь до конца Ваших дней, дабы скрыть позор беременности перед браком?

Су Цянь Юэ и без того была подавлена, она никак не ожидала, что семье Юнь удастся выбраться из тюрьмы, более того, они переложили всю вину на семью Су! И теперь они попали в эти дрянные клетки! Тщеславная и высокомерная Су Цянь Юэ испытывала невообразимую печаль, она жалела, что узнав о беременности, сразу не вошла в Хань гогун фу. Уж лучше быть женой Юань Цин Чжоу, чем лежать на вонючей соломе в вонючей тюремной камере и есть вонючую еду Министерства уголовных наказаний. Поэтому, стоило прозвучать голосу Юнь И И, Су Цянь Юэ повела себя, словно кошка, которой наступили на хвост: она подпрыгнула, ударила обеими руками по прутьям решётки и начала поносить ухмыляющуюся Юнь И И:

– Юнь И И, да как ты смеешь? Из-за тебя я потеряла ребёнка! Рано или поздно я обязательно отомщу! Да и кто бы раскрывал свой поганый рот. Я слышала, что тебя изнасиловал смертник, а после ты вышла за него замуж. Но только подумать, не успела побыть невестой, а вскоре станешь вдовой! Я уверенна, ты и это вонючее ничтожество просто предназначены друг другу самой судьбой!

Юнь И И подумать не могла, что Су Цянь Юэ каким-то образом узнает о случившемся. Вспомнив обо всех тех кошмарах, через которые ей пришлось пройти, она указала пальцем на высокомерную шлюху и закричала:

– Наивно полагаешь, что сможешь выбраться из Министерства уголовных наказаний? Сейчас ты жалкая заключённая. Даже не мечтай, Хань гогун фу никогда не придёт к тебе на помощь. Можешь расслабиться и ждать. Спросишь, чего? Казни всей твоей семьи, конечно же! Насколько нужно быть наивной, чтобы надеяться на то, что тебя простят? Да и в любом случае, какой толк от бастарда от такой суки, как ты? Тебе бы стоило меня поблагодарить, я избавила тебя от проблемы! – торжествующе захохотала Юнь И И. Её тело и лицо покрывала грязь, волосы спутались и висели колтунами, ранее светлая кожа пожелтела, а от благородного и сдержанного поведения не осталось и следа.

Су Цянь Юэ не разозлилась, наоборот, она задрала подбородок выше и снисходительно усмехнулась.

– Эх, какая же ты дура. И И, как ты думаешь, мог бы тот вонючий смертник вот так взять и попасть к тебе в камеру? Я ненавижу Юнь Цянь Мэн, но не могу отрицать, что по сравнению с ней ты – обычное ничтожество. Если бы не миловидное личико и какая-никакая фигурка, полагаешь, тот смертник обратил бы на тебя, шлюшку, внимание? Я вот что тебе скажу, ты – замена для Юнь Цянь Мэн. Это я подстроила всё так, чтобы у того животного появился шанс поиграть с вами двумя. Увы, но Юнь Цянь Мэн спасли и только тебе достались радость и тепло плотских отношений!

– Паскуда! – взвизгнула Юнь И И, попытавшись дотянуться до шеи той, кто разрушил её жизнь. Однако как бы она ни старалась, что бы она ни делала, ей никак бы не удалось достать до камеры напротив.

– Ты подожди, я ещё не закончила, – продолжила ухмыляться Су Цянь Юэ. – Ты же должна понимать своим куриным мозгом, что я бы никогда не дала еду своему врагу, нет? Похоже, ты – яркий пример непреодолимой тупости, потому что попалась на столь дешёвую уловку! В пирожных не было яда, верно, но я добавила в них немножечко особенный афродизиак. Если съесть пирожное и вдохнуть дым от ароматной палочки, его эффективность усилится в несколько раз! Плюс, пока ты не ощутишь в себе мужчину, раздирающие тело чувства никуда не денутся. Разве тебе не показалось странным, что во время случки со смертником тебе было очень, очень и очень хорошо? Мне не удалось обдурить Юнь Цянь Мэн, но ты же просто дура!

Каждый жест и слово Су Цянь Юэ говорили о небывалом презрении и насмешке. Она, словно зритель, довольно наблюдала за сходившей с ума Юнь И И. Про себя она даже подумала, что у Юнь И И неплохо получается её развлечь…

По телу Юнь И И пробежала дрожь, она вспомнила, через что ей пришлось пройти. Она вспомнила о том, как стояла перед ним на коленях, как умоляла её отпустить. На её теле не осталось ни единого места, где бы не побывали его руки. Юнь И И в исступлении била руками и ногами по решётке, желая выломать её и вцепиться в глотку суке Су Цянь Юэ.

Су Цянь Юэ облокотилась на стену и с довольной улыбкой наблюдала за беснующейся Юнь И И и её завываниями…

Однако не успела Су Цянь Юэ всецело насладиться зрелищем, в камеру ворвались две тюремщицы и в считанные секунды скрутили её.

– Что вы себе позволяете? Жалкие рабыни! Пошли прочь!

Су Цянь Юэ не хватало сил, но она не прекращала попыток вырваться. Вот только у неё так ничего не получилось, девушка ничего не могла поделать с высокими и сильными тюремщицами. Пока одна из них, держала Су Цянь Юэ, вторая надевала колодки, к которым была привязана длинная цепь.

– Что вы творите? Мой отец – глава Министерства уголовных наказаний! Сдохнуть захотели? Моя семья Су связана браком с Чэнь Ван фу! Ваши семьи казнят! Суки, пошли прочь!

Тюремщица просто толкнула Су Цянь Юэ рукой в спину, из-за чего та упала и начала нелепо дёргаться.

– Паскуда, так тебе и надо! Чтоб ты сдохла! – разразилась безумным смехом Юнь И И.

Во время падения свисающая впереди цепь выбила Су Цянь Юэ передний зуб, боль оказалась настолько пронзительной, что у неё из глаз потекли слёзы. Она попыталась встать, но внезапно заметила, что в соседней камере тюремщицы заковывают в колодки её мать, бабушку и остальных членов её семьи.