Глава 130.4. Первая встреча отца и сына
– Муж мой, разве ты сам не выскользнул, позабыв надеть пальто? И ты собираешься наказывать меня одну? Хм! – насупившись, Юнь Цянь Мэн отвернулась, отказываясь смотреть на Чу Фэй Яна.
– Ты действительно не хочешь проигрывать… Ладно, я накажу тебя, а ты меня!
Чу Фэй Ян осторожно взял Юнь Цянь Мэн за плечо и медленно повернул её к себе. Всё это время он улыбался, ему явно нравилось дразнить Юнь Цянь Мэн.
– Старший брат, невестка, вы прямо как настоящие влюблённые пташки!
С другой стороны коридора появились Чу Цзе, Се Вань Вань и Се Юань Юань, которые должны были сейчас отдыхать.
– Вань Вань приятно познакомиться с двоюродный братом!
– Юань Юань приятно познакомиться с двоюродный братом!
Ранее сёстрам не удалось выйти вперёд и поприветствовать Чу Фэй Яна, естественно, они должны были сделать это сейчас.
Наблюдая за подошедшими к Чу Фэй Яну сёстрами и их изящными поклонами, Юнь Цянь Мэн решила повернуться, и, к своему удивлению, обнаружила, что четыре её служанки настроены достаточно враждебно. Для Юнь Цянь Мэн подобная реакция казалась нелепой. Она была практически уверенна, что две сестры из семьи Се-ши явно не собирались играться в большую политику. Юнь Цянь Мэн прошлась предупреждающим взглядом по служанкам, ведь если кто-то подумает, что она намеренно настращала своих служанок, могут появиться никому не нужные проблемы.
– Встаньте!
Поведение Чу Фэй Яна изменилось в мгновение ока, от ранее нежного и заботливого мужчины не осталось и следа. Сейчас перед всеми стоял облачённый властью чиновник.
– Этот золотой цилинь прекрасно на тебе смотреться, надеюсь, младшей сестре он придётся по душе, – заметив золотую подвеску, улыбнулась Юнь Цянь Мэн.
Чу Цзе рассмеялась, и, явно испытывая невероятную радость, бережно дотронулась до подвески своими снежно-белыми руками.
– Мама сказала, что она невероятно ценна. Она также приказала мне тщательно за ней следить. Когда я увидела это прелестное украшение, мне до безумия захотелось его надеть. Надеюсь, Вы не будете смеяться над Цзе'эр!
Чу Цзе стыдливо покраснела, будто она не привыкла слышать похвалу.
– Почему же я буду смеяться? Раз подвеска тебе понравилась, носи на здоровье!
Юнь Цянь Мэн чихнула. Ранее внутри комнаты было тепло, поэтому покидая её она забыла надеть пальто. В результате, сейчас ей пришлось столкнуться с гневным взглядом Чу Фэй Яна.
– Вы все должны вернуться обратно в свои комнаты и отдохнуть!
Чу Фэй Ян схватил Юнь Цянь Мэн под руку и быстрым шагом направился в сторону внутреннего двора.
– Невестке невероятно повезло, она вышла за мужа, который настолько сильно заботиться о ней! – равнодушно сказала Се Вань Вань, наблюдая за удаляющейся парой.
– Двоюродная сестра, получается, ты хочешь выйти замуж? Я уверенна, тебе тоже попадётся замечательный муж! – к Се Вань Вань придвинулась широко улыбающаяся Чу Цзе.
– Цзе'эр, хватит подшучивать над нами! –вздохнула Се Юань Юань, наблюдая за заливающейся смехом Чу Цзе. Однако где-то в глубине ей было самую чуточку грустно.
* * *
Цюй Чан Цин возглавил Министерство уголовных наказаний. Пусть он и был молод, но уже успел пройти через несколько настоящих сражений, поэтому никто бы не посмел его недооценивать. Заступив на пост, Цюй Чан Цин не стал сразу же судить Су Юаня. Сначала он решил ознакомиться с процедурами и тем, как нужно обходиться с заключёнными. После, он начал разбираться с делами, которые накопились за последние несколько лет. И первое дело, на которым он начал работать – взяточничество и незаконные пытки заключённых Су Юанем.
– Су Юань, есть неопровержимые улики и свидетели, тебе есть что ещё сказать? – строгим и холодным голосом спросил Цюй Чан Цин, смотря на стоявшего на коленях Су Юаня в одежде заключённого.
– Молодой человек, а достаточно ли ты квалифицирован, чтобы допрашивать меня? Серьёзно считаешь, что стал главой Министерства уголовных наказаний? Не забывай, за мной всё ещё стоит Его Высочество Чэнь Ван! Он не позволит тебе прикоснуться ко мне и пальцем!
То время, которое Цюй Чан Цин потратил на ознакомление с тем, как устроены дела в Министерстве уголовных наказаний, Су Юань активно размышлял и пришёл к выводу, что задержка связана с тем, что Цюй Чан Цин боится оскорбить Чэнь Вана. В результате этой ошибки в выводах вернулось былое высокомерие Су Юаня. Он позабыл, что как раз он сейчас заключённый!
– Раз ты оказываешься признаться, не вини меня! Приступайте!
Вина доказана, а он нарочито ведёт себя насколько властно и отказывается признаться. Цюй Чан Цин потратил на допрос три дня, у него кончилось терпение.
– Дажэнь, не спешите. Этот Су Юань был важным чиновником при Императорском дворе, Вы должны…
Услышав слова своего так называемого помощника, Цюй Чан Цин резко его прервал.
– Его Величество лично лишил Су Юаня его поста! Теперь он обычный простолюдин, помните об этом, помощник министра! Учитывая то, что творилось в Министерстве уголовных наказаний все эти годы, Вы, как способный помощник Су Юаня, точно знали о некоторых преступлениях. Как только Су Юань признается, я примусь за Вас, помощник министра! Вперёд! – голос Цюй Чан Цина эхом пронёсся по пыточной камере, заставив присутствующих вздрогнуть.
Помощник министра больше не пытался вступиться за Су Юаня. Он застыл на месте с побледневшим от ужаса лицом, его воображение активно рисовало картины того, что с ним сделает Цюй Чан Цин.
– К-как ты смеешь?! На моей стороне Чэнь Ван, только попробуй начать меня пытать, людям резиденции Фу гогуна жить надоело?
Несколько приставов схватили Су Юаня и начали привязывать его к стулу. Он поливал Цюй Чан Цина бранью и угрозами, но последний не дрогнул и отдал последний приказ:
– Начали!
С Су Юаня сняли штаны и начали бить деревянными палками по спине и ягодицам.
Методы пыток развивались не один год, можно сказать, они достигли небывалых высот, практически гранича с искусством. Заставить искренне возжелать смерти, но не позволить человеку умереть.
На первый взгляд эта палка для наказаний мало чем отличалась от обычной палки, которую использовали в богатых семьях, чтобы наказывать слуг, но, естественно, она была не так проста. На той части, которая касалась плоти, находилось несколько рядов крошечных серебряных иголок. Эти острейшие иголки проникали сквозь кожу, а иногда даже доставали до костей.
Кто, как не Су Юань знал о всех премудростях наказаний? В добавок, он многие годы жил ни в чём себе не отказывая, уже в самом начале он едва справлялся с накатившей болью. Однако стоило ему увидеть сидящего перед ним Цюй Чан Цина, челюсти смыкались сами собой, отказываясь молить о пощаде. Собственно именно так реагировал и сам Цюй Чан Цин несколько месяцев назад.
Помощник министра наблюдал за тем, как краснеет лицо Су Юаня, а глаза начинают закатываться. Его тело задрожало, он подорвался со своего места и рухнул на колени перед Цюй Чан Цином.
– Дажэнь, прошу, пощадите! Дажэнь, я действовал только из-за приказов Су Юаня. Учитывая мой ранг и положение, я никак не мог перечить Су Юаню! Дажэнь, я знаю обо всех грехах Су Юаня и готов свидетельствовать, прошу, пощадите!
– Подонок, как ты посмел предать меня…
Су Юань, собрав все силы, заорал на своего бывшего помощника, но всё это время пытки не прекращались, не выдержав, он потерял сознание…
– Дажэнь, Су Юань потерял сознание!
– Разбудить и продолжить!
Цюй Чан Цин бросил лист бумаги к ногам помощника министра.
Пристав кивнул и направился в угол, где стояло ведро с водой, над которой всё ещё поднимался пар…
Су Юань очнулся с оглушительным криком. Он и сам использовал горячую солёную воду, чтобы мгновенно заставить заключённых прийти в себя. На задворках сознания Су Юань клял себя на чём свет видывал, он сожалел, сожалел, что не запытал Цюй Чан Цина до смерти, когда у него был шанс!
Новое ведро воды выплеснулось на спину Су Юаня, смывая кровь и оторванные куски кожи. По телу прокатывались волны судорог, а по лицу ручьями тёк пот, но полный упорства взгляд ни на секунду не покидал Цюй Чан Цина.
– Дажэнь! Дажэнь, я закончил! – дрожащей рукой помощник министра протянул лист бумаги.
После того как Цюй Чан Цин дочитал написанные каракули, он медленно открыл и закрыл глаза, пытаясь сохранить самообладание. В Министерстве уголовных наказаний процветала продажа должностей…
От резкого удара по столу приставы дёрнулись и озадаченно посмотрели на новоиспечённого шаншу Министерства уголовных наказаний.
– Отправить Су Юаня в камеру для смертников!