Глава 8. Изучение Основ (часть 2)

Прошло 4 месяца с тех пор, как я перевоплотился, и ничего особенного не произошло с тех пор, как я узнал о «Пламени души» и смог, наконец, увидеть его. Я придумал это название на ходу, и никто об этом не узнает, так как я уверен, что только я могу его видеть.

Эти «Пламя души» гораздо удобнее, чем кажется. Сначала я считал, что это пламя души просто говорит мне о том, сколько энергии осталось у человека, или, лучше сказать, о его духовном состоянии. Моя теория гласит, что все, что делает человек, влияет на его духовное состояние, поэтому размер и яркость пламени души меняются, чтобы отразить его текущее состояние.

Согласно этой теории, даже эмоции, физическое состояние, психическое состояние и даже магия, которую они используют, могут влиять на их душевное пламя как положительным, так и отрицательным образом.

В течение последних двух месяцев я практиковался исключительно в видении пламени, что вызывало у меня жгучие головные боли, похожие на те, которые я получал после попыток резонировать и манипулировать элементальными частицами вокруг себя.

Проливая кровь, пот и слезы (пот — только в прямом смысле), я смог наконец развить свою способность видеть пламя души. Если раньше пламя было размытым и трудноразличимым, то теперь оно было немного четче, чем обычно. Это позволило мне наконец увидеть пламя, как в первый раз, когда я увидел свою мать, ну... вроде того.

Когда я впервые увидел пламя души моей матери, оно было ясным как день, и я чувствовал ауру, исходящую от него, но когда я потерял фокус, в следующий раз, когда я увидел пламя моей матери, оно было размытым/туманным до такой степени, что я мог видеть только то, насколько большим и ярким было пламя. Даже тогда я не смог бы отличить пламя одинакового размера, поскольку все они были похожи друг на друга.

После моей «маленькой» эволюции я смог видеть пламя души гораздо четче, чем раньше. Это небольшое изменение позволило мне проверить мои предыдущие теории. Хотя теория не была полностью доказана, я обнаружил, что был прав в одном, а именно в том, что эмоции управляют тем, как будет гореть пламя души.

Когда моя мать кричала на моего отца по неизвестной мне причине, поскольку я не могу их понять, ее душа начинала яростно вырываться наружу и сжиматься до своей первоначальной формы, только чтобы снова вырваться наружу. Однако когда она заботится обо мне, ее пламя горит теплым мягким жаром, который я почти чувствую.

Единственное, что я знаю на данный момент, это то, что признаком беспокойства является сильное паническое колебание, гнева — вспышка пламени со всех сторон, а спокойного счастья — теплое мягкое горящее пламя.

Наконец, после нескольких месяцев постоянных приставаний со стороны всех членов семьи, я узнал имена всех.

Мою мать звали Эва. У нее были ярко-голубые глаза с изящными изгибами и шелковистые гладкие волосы, спускающиеся до бедер. Ее улыбка могла разрушить целый замок за несколько секунд, а ее кожа излучала святую ауру, когда она не препиралась с мужем. Ее рост был около 5 футов 7 дюймов, она была довольно миниатюрной, но можно было сказать, что все питательные вещества поступали в нужные места.

Из того, что я смог уловить и подметить, моего отца зовут Дерос. Он довольно худощавый мускулистый мужчина ростом 6 футов 1 дюйм, с яркими зелено-голубыми глазами. Его нечесаные, но мягкие грязно-светлые волосы были не длиннее дюйма или двух, а по бокам волосы были сбриты, осталась только макушка. У него четкая линия челюсти и красивое лицо, но под глазами были небольшие мешки, а на лбу — несколько почти незаметных морщин.

Имя моей сестры которое я узнал, — Арура. Она невысокая девушка ростом не более 5 футов 4 дюйма, с золотистыми прядями заплетенных волос, спускающихся через плечо до груди. Как и глаза ее отца и ее имя, у нее глаза цвета смеси голубого и зеленого, которые становятся все более голубыми по мере продвижения к радужной оболочке, с несколькими линиями зеленого, смешанными внутри, чтобы в конце концов создать бирюзовый цвет около середины, прежде чем достигнуть радужной оболочки. Ее лицо почти всегда радостное, она согревала день любого своей улыбкой. Ее формы лица кричат о зрелости и элегантности, но по контрасту с ее осанкой и фигурой, ее лицо полно наивности и ребячества.

Зак — один из моих братьев. Он просто самодовольный засранец с такими же грязными светлыми волосами, как у его отца, и голубыми глазами, как у бабушки. Он довольно низкого роста, но это ожидаемо с самого детства. Он выглядит так, будто ему 8 или около того.

Заркон — близнец Закро, полная противоположность своему брату, потому что он маленький как по осанке, так и по характеру. Он немного интроверт, но в присутствии своей семьи и особенно брата говорит от всего сердца. Он не очень хорошо относится к новым людям. Однако он немного раздражает, я уже не знаю почему, просто он мне не нравится.

И наконец, у нас есть моя бабушка, Ксела. На вид ей было около 40 лет, на руках и лице было несколько морщин. Ее глаза были океанически голубыми, а волосы сияли святым золотым цветом. Большую часть времени ее волосы были собраны в хвост, длина которого доходила ей до пояса.

После того, как я наконец потратил немного усилий на изучение языка, я также выучил имена своих братьев и сестры и родителей. Мне не нужно было знать имена матери и отца, так как обращение к ним «мама» или «дада» приводило их в восторг и позволяло мне обращаться к ним, но все же знать их имена не помешало бы.

Моя сестра всегда приходила в восторг после очередной моей неудачной попытки произнести ее имя. Мне было 4 месяца, и я не очень хорошо контролировал свой язык и не имел достаточно зубов, чтобы правильно произнести ее имя. Я решил сказать «анона» вместо этого, так как я ничего не теряю, произнося ее имя неправильно, и, в конце концов, это делает свое дело.

Поскольку с момента моего рождения прошло целых 4 месяца, я решил, что это хорошая идея — двигаться вперед немного быстрее, чем обычно. Теперь я буду практиковаться весь день, чтобы смотреть на пламя души других людей, используя при этом конец дня для улучшения моего резонанса с элементами, а ночь — для манипулирования ими.

Все это в конце концов пригодится, даже если я не добьюсь успеха до трех лет. Все равно стоит попробовать, поскольку мне больше нечем заняться, особенно в будние дни.

В конце концов, через несколько месяцев, как раз когда наступила весна и растаял снег, я совершил прорыв, и на этот раз во всех трех моих практиках.