Глава 4. Новая жизнь
Когда Атлас медленно начал открывать глаза, ослепительный свет ударил в глаза, заставляя его рефлекторно закрывать их.
— ЧТО ЗА ФИ...., — попытался крикнуть он, но в ответ раздался лишь ряд непонятных ворчаний и звуков.
«Я выжил?! Нет, не может быть. Если я выжил, то почему, черт возьми, я не могу ничего сказать? Неужели я повредил себе мозг? НЕУЖЕЛИ ОНИ НЕ МОГЛИ ПРОСТО ДАТЬ МНЕ УМЕРЕТЬ?!»
Посмотрите на меня сейчас, я просто инвалид, который не может произносить понятные слова и едва открывает глаза...
Внутренняя речь Атласа была прервана звуками криков радости?
Шум вокруг него указывал на то, что там было несколько человек, некоторые звучали молодо, а другие глубоко и почти «по-мужски». Однако, несмотря на все слова и разговоры вокруг Атласа, он не мог воспринять ни одного сказанного слова, ни одного из известных ему языков.
«Я действительно получил повреждение мозга... когда я смогу двигать своим телом, я просто убью себя как можно быстрее, возможно, прыжок с крыши тоже поможет, хахаха».
— Мама, мой ребенок не плачет. Как ты думаешь, что-то не так? Он подавился? Он в порядке? Нам нужно ехать к врачу?
— Не паникуй, дорогая, я проверила свою внучку, и она в полном порядке.
— Она?
— Да, дорогая. Поздравляю, ты родила девочку, — сказала старушка, хлопая в ладоши.
{Примечание автора: Нет, теперь гг не начнут нравиться мужчины. Он останется мужчиной, просто застрянет в другом теле. Все любовные интересы в будущем останутся женскими, потому что у людей не бывает внезапной смены сексуальных интересов только потому, что они попадают в другую среду и ситуацию. И для всех тех, кто жалуется на смену пола, не хочу ничего портить, но для этого есть причина, которая не имеет ничего общего с тем, что он тайный гей... спасибо, что выслушали}.
Когда Атлас попытался открыть глаза в шестой раз, он наконец увидел 4-х гигантов, которые смотрели на него с предвкушением и волнением, написанным на их лицах. Была еще 5-я гигантская женщина, которая смотрела на него сзади, улыбаясь и держа руки вместе перед своим лицом.
Всё вокруг него имело больше красок, чем большинство вещей в его жизни. Но люди перед ним были самыми яркими.
Этой женщине на вид было около 40 лет, на ее руках и лице было несколько морщин. Ее глаза были ярко-голубыми, а волосы сияли золотистым цветом. Ее волосы были собраны в хвост, длина хвоста достигала талии.
Пытаясь осмотреться, Атлас увидел худого мускулистого высокого мужчину с ярко-зелеными и голубыми глазами, которые напоминали аруру, которую можно увидеть в ночном небе Исландии. Его нечесаные, но мягкие грязные светлые волосы были не длиннее дюйма или двух, а по бокам волосы были сбриты, оставив только макушку.
Его челюсть была резкой и четкой, а все остальное лицо было таким, что женщины назвали бы его «красивым». Под глазами у него были небольшие мешки, свидетельствующие о бессонных ночах, которые он пережил.
Рядом с ним сидела девушка ростом не более 5 футов 4 дюйма с заплетенными в две пряди волосами, которые спускались вниз и спускались перед грудью. Как и глаза ее отца, она имела смешанные голубые и зеленые глаза, которые постепенно становились все более голубыми с несколькими чертами зеленого цвета, смешанными внутри, и в конце концов создали бирюзовый цвет около середины, прежде чем достигли радужной оболочки. Ее лицо переполняла радость, когда она смотрела прямо на Атласа.
Ей было не больше 18 лет, но ее фигура и изгибы кричали о зрелости и элегантности, но в отличие от ее осанки и фигуры, ее лицо было полно наивности и ребячества.
«Черт», — подумал Атлас, глядя на нее.
У нее было овальное лицо и острый нос, а ее кожа была гладкой и отражала свет, освещавший всю комнату.
Посмотрев чуть ниже, Атлас смог разглядеть двух детей, которым было не больше 8 лет, выглядевших как идентичные копии друг друга. Тем не менее, аура, которую они оба излучали, глядя на Атласа, была совершенно противоположной.
Один из них смотрел на Атласа с самодовольной ухмылкой. У него были зачесанные назад светлые волосы, а другой казался меньше своего брата, хотя они были одного роста. Волосы у парня были такие же, как у его отца, только на голове побольше, а все его конечности были максимально приближены к центру тела, он стоял, как будто он берег тепло.
У них обоих были ярко-голубые глаза, смотрящие прямо на Атласа. Вообще-то, все глаза в комнате в данный момент смотрели на него.
«Какого хрена они все так на меня смотрят, у меня что-то на лице? Они все смотрят на меня, как на пациента в коме, который очнулся после пяти лет сна. И что это за дыра, в которой я нахожусь?»
И тут Атлас Хад наконец понял, что он лежит не на кровати, а на гигантских ногах. Старуха быстро подошла к нему с успокаивающим видом и подняла его на руки, после чего постучала средним пальцем по его голове.
Странный прилив энергии вошел в тело Атласа, что вызвало у него странное чувство удовольствия и сонливости, но он не заснул. По какой-то неизвестной ему причине у него возникло странное желание поиграть в гольф, чего он никогда не делал раньше.
— Она в порядке, я уверена в этом. Однако, довольно странно, почему она совсем не плачет. Кроме того, она как будто смотрит на меня.
«Хм, почему эта женщина так на меня смотрит?» — подумал Атлас, поднимая руку в воздух, чтобы остановить ее руку, но увидел пару рук, которые он не узнал.
«Хм? Что, черт возьми, случилось с моими руками? Они какие-то толстые и... маленькие....»
О нет, не говори мне... я реинкарнировал в другой мир! ТАКОЕ БЫВАЕТ ТОЛЬКО В АНИМЕ! Н-нет... Я должен успокоиться, нет никаких сомнений. Это может быть замаскированное благословение, новая семья, новая жизнь?!?????
Черт, единственное, что я вижу, это то, что жить здесь, в этом мире, может оказаться мукой. У них другая мораль и этика, чем на Земле 21-го века, чума, короли и дворяне, браки по принуждению — это нечто... Может, и здесь тоже хреново, а? — подумал Атлас.
— Мама? Как ты собираешься назвать её? — спросила девочка с золотыми волосами.
— Мы с твоим отцом думали над именем для ребенка последний месяц или около того, и поскольку мы не знали, будет ли она девочкой или мальчиком, я придумала много возможных имен... но сейчас единственное имя, которое я могу ей дать, глядя на нее, это... Пандора — сказала женщина с длинными золотыми волосами и яркими голубыми глазами, начавшая кормить ребенка грудью.
«Я могу привыкнуть к этому», — подумал Атлас, глядя на молодую и более красивую копию старой женщины, которая смотрела на него раньше.
Но в тот же миг все его воспоминания о плохом опыте общения с братьями, сестрой и родителями нахлынули вновь, наполняя его сердце болью и сомнениями. А фиолетово-черное пламя внутри него начало голодно мерцать, ожидая своей следующей пищи.