Глава 576. Глава Города Предков

Бессмертный Наставник Инь-Ян говорил властно и напористо, так что его аура подавляла окружающих. Многие практики, наблюдавшие за этой сценой, невольно притихли, чувствуя, как по спинам пробежал холодок.

Хотя орден Инь-Ян, как родословная Монарха, не считался сильнее родословной Монарха-Насекомого и уж тем более не мог сравниться с древним царством Ваньши или древним бессмертным царством Юйшань, не говоря уже о Троне Мириад Костей, здесь, в Мире Предков, его представители вели себя крайне самоуверенно. Можно было сказать, что они шествовали повсюду с высоко поднятой головой, а их глава, Бессмертный Наставник Инь-Ян, и вовсе вёл себя так, словно весь мир был у него в подчинении.

Даже если многим его заносчивость была не по душе, а другие родословные Монархов не испытывали к нему ни малейшей симпатии, никто не спешил вступать с ним в открытый конфликт.

Ничего не поделаешь — судьба одарила Бессмертного Наставника Инь-Ян выдающимся сыном, которого Мир Предков избрал своим преемником. Чань Ян был будущим правителем этого священного места, и у его отца действительно имелись веские причины для гордости.

Столкнувшись с подобным давлением, Ли Цие лишь холодно посмотрел на него и, сохраняя абсолютное спокойствие, усмехнулся: — Если бы ты или представители Мира Предков приползли ко мне на коленях, моля о пощаде, я бы, возможно, ещё подумал, стоит ли одолжить вам ключ от Первой Зловещей Гробницы. А сейчас? Проваливай с глаз моих и не смей больше докучать мне!

От этих слов лица Бессмертного Наставника Инь-Ян и сопровождавших его воинов Города Предков мгновенно исказились от ярости. Лицо наставника и вовсе потемнело от гнева.

Другие практики, стоявшие неподалёку, так и замерли в оцепенении. Такое отношение Ли Цие к Миру Предков казалось им верхом безрассудства и дерзости. В Призрачном Священном Мире никто, ни молодые таланты, ни мудрые предки великих орденов, ни даже легендарные воители, не осмеливались вести себя подобным образом!

Это было прямым вызовом всему Миру Предков. Даже такие исполины, как Трон Мириад Костей, избегали открытой вражды с этим священным местом, а Ли Цие просто велел им убираться прочь.

— Свирепый человек он и есть свирепый человек, — прошептал кто-то в толпе, — только такой безумец мог обезглавить Ди Цзо.

Свидетели этой сцены чувствовали, как бешено колотятся их сердца. Они понимали: Ли Цие не просто выказывает неуважение, он готов сделать Мир Предков своим заклятым врагом.

Бессмертный Наставник Инь-Ян зловеще усмехнулся: — Мальчишка, ты действительно многого достиг, и среди сверстников тебе почти нет равных. Но не забывай: ты ещё слишком молод, и твой путь может оборваться в любой момент. Твоя культивация кажется невероятной лишь для сопляков, но для старшего поколения и для Мира Предков ты не более чем жалкий муравей.

— Вот как? — небрежно отозвался Ли Цие, — тебе не стоит об этом беспокоиться. У меня нет времени на пустую болтовню. А теперь прочь с дороги! Не мешай мне идти на Путь смерти, иначе я буду вынужден омыть эту тропу вашей кровью.

Эти слова, произнесённые столь будничным тоном, дышали первобытной мощью и жаждой убийства. Практики вокруг лишь переглядывались в немом изумлении. Во всём Призрачном Священном Мире нашлось бы от силы несколько человек, способных открыто угрожать истреблением воинам Города Предков, а среди молодёжи таким был один лишь Ли Цие.

Только сейчас многие начали понимать, почему его прозвали "свирепым человеком". Только он имел право на такой титул.

— Наглец! — один из воинов Города Предков, стоявший за спиной наставника, вскипел от гнева. Его глаза вспыхнули ледяным светом, излучая жажду расправы.

В этот миг из самого центра лагеря Города Предков, разбитого у входа в Небесную гробницу, раздалось холодное хмыканье. Этот звук прокатился по котловине подобно раскату грома, заставив горы содрогнуться, а небо — померкнуть. Даже Святые Владыки, находившиеся поблизости, невольно вздрогнули.

У входа в шатёр появился старик. Всё его тело было окутано божественным сиянием, а сам он держался с таким достоинством, словно восседал на троне в высших небесах. Хотя он не выказывал явной враждебности и не демонстрировал свою подавляющую энергию крови, одних лишь лучей божественного сияния вокруг него было достаточно, чтобы внушить благоговейный трепет.

Каждый луч света, исходящий от него, напоминал божественное копьё, способное пронзить небесный свод и сокрушить законы мироздания. Острота этой ауры заставляла сердца свидетелей сжиматься от страха.

— Мальчишка, твоя гордыня не знает границ, — произнёс Бессмертный Наставник Инь-Ян, и в его голосе проскользнули торжествующие нотки при виде появившегося старца, — даже если я не стану марать руки, Глава города не простит тебе таких слов.

Именно этого наставник и добивался. Он всем сердцем желал уничтожить Ли Цие. Если раньше их конфликт не был столь глубоким, то после поражения Ди Цзо всё изменилось.

Тот факт, что Ди Цзо проиграл, не на шутку встревожил Бессмертного Наставника Инь-Ян. Как глава родословной Монарха из Призрачного Края, он прекрасно знал силу Ди Цзо и всегда опасался его.

Но раз такой несравненный гений пал от рук Ли Цие, наставник начал всерьёз опасаться за судьбу своего сына. До этого момента он верил, что Чань Ян не уступает Ди Цзо и при поддержке Мира Предков обязательно станет Бессмертным Монархом. Тогда их орден Инь-Ян обрёл бы вечную славу как школа двух Монархов.

И вот теперь, в эпоху, когда блистали Ди Цзо и Тянь Луньхуэй, внезапно появился этот выскочка. Наставник понимал: пока Ли Цие жив, путь его сына к вершине будет омрачён.

"Сама судьба привела тебя сюда", — думал он. Наставник во что бы то ни стало решил избавиться от Ли Цие, пока тот не обрёл ещё большее могущество, и появление Главы Города Предков было идеальной возможностью.

— Глава Города Предков... — шептали потрясённые практики. Особенно сильно побледнели те, кто принадлежал к старшему поколению.

— Глава Города Предков — это ужасающее существо, живущее ещё со времён Первого Мира. Говорят, он начал свой путь в ту же эпоху, что и Бессмертный Монарх Та Кун, — пробормотал один из мастеров, чьё лицо стало белым как полотно, — невероятно, он лично прибыл сюда!

Однако Ли Цие даже не повёл бровью. Ему было абсолютно всё равно, кто перед ним стоял.

— Мне плевать, — лениво бросил он, — повторяю в последний раз: ключа не дам. А теперь брысь с дороги, не мешай мне войти на Путь смерти.

— Похоже, ты сам ищешь свою смерть, — усмехнулся Бессмертный Наставник Инь-Ян. Чем больше дерзил Ли Цие, тем радостнее ему становилось. С Главой Города Предков за спиной он не сомневался в исходе столкновения.

Наставник холодно рассмеялся: — Глупец! Ты думаешь, орден Реки Карпов сможет защитить тебя? Не пройдёт и десяти дней, как сюда прибудет сам Божественный Страж. Слышишь? Никто в этом мире, ни орден Реки Карпов, ни кто-либо ещё, не спасёт тебя. Если в тебе осталась хоть капля разума, отдай ключ и пади ниц перед Главой города, моля о прощении. Быть может, он проявит милосердие и сохранит тебе жизнь!

— Что?! Божественный Страж спустится в мир смертных? — толпа взорвалась криками ужаса. Представители всех рас и сект замерли, поражённые этой вестью. Лица многих практиков мгновенно посерели.

Божественный Страж был божеством, охранявшим покой Мира Предков. О нём говорили как о высшем существе, подобном духам. Ходили слухи, что Основатель расы призраков до сих пор жив и пребывает в вечном сне в глубинах Мира Предков, а Божественный Страж охраняет его покой.

Это было существо, пребывающее в высших сферах, и легенды гласили, что в Призрачном Священном Мире нет никого, кто мог бы противостоять его воле. Божественные Стражи крайне редко спускались в нижние миры — только если случалось нечто поистине грандиозное.

— Божество спускается в наш мир... Это же конец всему, — прошептал один из Святых Императоров, чувствуя, как подгибаются ноги. Остальные практики были охвачены не меньшим ужасом, понимая всю серьёзность ситуации. Казалось, над миром нависла тень неминуемой катастрофы.

— Ты слишком много болтаешь. Исчезни! — Ли Цие окончательно потерял терпение. Его глаза вспыхнули, и в тот же миг его грудь озарилась ослепительным светом.

Божественное телосложение Подавления Преисподней и телосложение Летящего Бессмертного пробудились одновременно. Пространство вокруг него дрогнуло, и фигура Ли Цие превратилась в размытую тень.

Бессмертный Наставник Инь-Ян был выдающимся Святым Императором, но даже он не успел среагировать. Он только начал собирать энергию для техники Монарха, как понял, что безнадёжно опоздал. Телосложение Летящего Бессмертного даровало скорость, не имеющую равных в вечности, а Божественное телосложение Подавления Преисподней сделало тело Ли Цие настолько тяжёлым, что оно могло раздавить небеса и подавить богов.

Раздался оглушительный треск ломающихся костей, сопровождаемый фонтаном крови. Ли Цие, подобно самому сокрушительному оружию в мире, на полном ходу врезался в противника. Даже уровень Святого Императора не помог наставнику выстоять под мощью двух Бессмертных телосложений — его просто отбросило прочь, как тряпичную куклу.

В полёте Бессмертный Наставник Инь-Ян, превозмогая боль, попытался активировать защитные артефакты и применить свои сильнейшие техники, чтобы нанести ответный удар.

Однако Ли Цие не оставил ему ни единого шанса. В то же мгновение, когда его тело врезалось в наставника, в руке юноши уже сияло Зеркало Закалки Бессмертных Инь-Ян. В мгновение ока артефакт испустил ослепительный луч бессмертного сияния.

С сокрушительным грохотом этот луч смял все защитные сокровища наставника. Один за другим его артефакты разлетались в пыль.

— А-а-а! — истошный крик боли эхом разнёсся по котловине. Бессмертное сияние насквозь прошило грудь наставника, и кровь хлынула на камни. Бессмертный Наставник Инь-Ян испустил дух, так и не успев осознать, как Ли Цие смог превзойти его в скорости и мощи.