Глава 561. Ди Цзо в ожидании битвы
Лань Юньчжу внимательно наблюдала за Ли Цие. Заметив выражение его лица, она почувствовала неладное. Проведя с ним столько времени, она успела хорошо изучить его повадки: когда Ли Цие прищуривался, это означало либо что-то чрезвычайно важное, либо то, что он собирался устроить кровавую резню.
Однако сейчас ей казалось, что ни то, ни другое не подходит. В его облике сквозило некое трудноописуемое чувство, некая глубокая задумчивость.
— Дяденька, ты же не влюблён в какую-нибудь девушку втайне? — Лань Юньчжу не удержалась от лукавой усмешки, — ну же, расскажи, какая красавица удостоилась чести стать твоей тайной страстью?
Услышав её слова, Ли Цие очнулся от своих мыслей и весело рассмеялся. Легонько щелкнув её по лбу, он ответил: — Глупышка, твой дядя никогда не вздыхает втайне. Если мне кто-то по-настоящему нравится, я, не спрашивая согласия, просто закидываю её на плечо и несу домой. В этом весь я!
— Ого, звучит как признание отпетого негодяя, — Лань Юньчжу рассмеялась и, прищурив красивые глазки, продолжила допытываться, — тогда что это было за выражение лица? Обожание? Тоска? Или, может, печальные воспоминания?
Лань Юньчжу действительно понимала Ли Цие лучше многих и видела в его мимике то, что ускользало от глаз посторонних. Пожалуй, она была единственной, кто осмеливался так открыто поддразнивать его и вести подобные разговоры.
— Ничего из этого, — в конце концов, Ли Цие мягко коснулся волос Лань Юньчжу и с улыбкой добавил, — ты ещё слишком молода и многого не понимаешь. Есть вещи, которые невозможно даже вообразить, и решения, которые приходится принимать вопреки всему.
— Ты говоришь так, будто и впрямь намного старше меня, хотя я зову тебя дядей только в шутку! — Лань Юньчжу шутливо фыркнула, скорчив забавную гримасу, — кто знает, может, на самом деле я старше и это ты должен звать меня сестрицей!
Ли Цие лишь рассмеялся в ответ. Затем он бросил последний взгляд на гигантскую Тёмную звезду и произнёс: — Пойдём, нам пора уходить. Мы достигли своей цели. Судя по времени, пора поспешить — мне нужно успеть заглянуть в Небесную гробницу.
Ли Цие вместе с Лань Юньчжу взошёл на Бронзовую Колесницу Четырёх Битв, и они помчались прочь по звёздному морю.
Раздался громкий всплеск. Словно поднялась гигантская волна, рассыпая вокруг мириады искр — это Алмазный карп внезапно бросился вдогонку за колесницей. Он не собирался нападать, а, напротив, радостно следовал за ними, словно хотел составить компанию.
— Что он делает? — удивлённо спросила Лань Юньчжу, глядя на резвящуюся в воде рыбу.
Ли Цие посмотрел на карпа и пояснил: — Он хочет следовать за нами, потому что Зелёная лампа теперь у меня, а вместе с ней — и чёрный огонь.
— Значит, мы заберём его с собой? — с надеждой спросила Лань Юньчжу. Такое создание, как Алмазный карп, было истинным божественным сокровищем, которого не смог бы прогнать даже Великий Мудрец.
— Нет, он не покинет этих вод, так же как Пятибессмертный фениксовый женьшень не оставит своё древесное гнездо. Он просто провожает нас, — Ли Цие покачал головой.
Тем временем у края пруда, который прежде был шумным и людным местом, воцарилась гробовая тишина. С момента прибытия Ди Цзо ни могущественные практики великих рас, ни представители великих орденов и царств не смели издать ни звука. Никто не решался шуметь или говорить в полный голос.
Ди Цзо неподвижно замер у самой кромки воды, подобно каменному изваянию. Он стоял там, словно грозное божество, отрезая это место от остального мира и подавляя всё живое своей аурой. С тех пор как он занял этот пост, никто не смел приближаться к берегу.
Любой, кто чувствовал исходящую от него ярость, подобную бушующему шторму, содрогался до глубины души. Никто не хотел переходить дорогу Ди Цзо, находящемуся в таком состоянии.
Огромная формация всё так же висела в небе. Сотня Святых Мудрецов, словно колоссальные боги, давили своей мощью на округу, заставляя каждого свидетеля задыхаться от страха и благоговейного трепета.
Ди Цзо ждал возвращения Ли Цие. Он не шевелился, ни один волосок на его голове не дрогнул; казалось, даже свежий ветер не смел коснуться его. Сейчас в нём чувствовалась непоколебимая мощь, способная сокрушать горы и реки. Он выглядел как истинный Монарх, правитель высшего царства. Особенно впечатляли Золотые Врата, сиявшие за его спиной — торжественные и величественные. Казалось, стоит толкнуть их, и ты окажешься на аудиенции у самого Бессмертного Монарха. Это зрелище невольно заставляло людей склоняться в почтении.
Хотя лицо Ди Цзо не выражало ни радости, ни печали, оставаясь бесстрастным, его аура была подобна смертоносному урагану, готовому разорвать любого, кто осмелится подойти слишком близко.
— Хотя Ди Цзо и Фэннюй из Божественного Пламени ещё не успели пожениться, их чувства были глубоки, — негромко произнёс один из старых мастеров, чей орден был дружен с царством Божественного Пламени, — несмотря ни на что, Ди Цзо отомстит за неё. Он не позволит, чтобы её жертва была напрасной.
Многие знали, что Фэннюй перед смертью просила передать Ди Цзо, чтобы он не искал мести. Наверняка Ди Цзо получил это предсмертное послание, но он всё равно пришёл. Он стоял здесь, решив дождаться появления Ли Цие, преисполненный готовности биться до последнего вздоха.
Это наглядно демонстрировало силу его любви к Фэннюй. Даже будучи всего лишь помолвленными, они были связаны неразрывными узами.
Прошёл день, затем другой. Ди Цзо не покидал берега пруда. Он забросил поиски сокровищ в Первой Зловещей Гробнице, отказался от испытаний и походов. Его единственной целью было дождаться Ли Цие и сойтись с ним в смертельной схватке.
За эти дни сюда прибыла и Гора Предков. Когда величественный пик Трона Мириад Костей опустился на эту землю, бесчисленные великие ордены и царства поспешили отступить. Любой, кто видел эту гору, по форме напоминающую корону, проникался глубочайшим почтением и страхом.
Появление Горы Предков было тихим, но торжественным. Никто не знал, сколько именно мастеров прислал Трон Мириад Костей и прибыл ли сюда лично кто-то из их предков.
Впрочем, самого факта прибытия Горы Предков было достаточно. Эта таинственная гора олицетворяла абсолютную власть Трона Мириад Костей. Одного её присутствия хватало, чтобы любые силы Призрачного Священного Мира трижды подумали, прежде чем проявлять недовольство.
Дни сменяли друг друга. Рыбы и черепахи в пруду стали показываться на поверхности всё реже. Казалось, водоворот в центре пруда может закрыться в любой момент.
С течением времени у некоторых стало заканчиваться терпение. Особенно это касалось молодёжи Расы Призраков, которой не терпелось увидеть, как Ди Цзо раздавит Ли Цие.
— Хм, этот ничтожный муравей по фамилии Ли, должно быть, до смерти перепугался и забился в свою черепашью нору, боясь высунуть нос? — не выдержав ожидания, холодно прокомментировал один из молодых призраков-практиков.
За последнее время Ли Цие заставил всю их расу умыться позором. Особенно сильно пострадало самолюбие молодых гениев, чей авторитет был втоптан в грязь. Как могли они не желать, чтобы Ди Цзо проучил этого выскочку?
В отличие от нетерпеливой молодёжи, старшее поколение Расы Призраков беспокоилось о другом.
Один из Владык-Императоров не без зависти заметил: — Ли Цие пробыл внутри так долго. Боюсь, ему досталась легендарная великая удача, подобно той, что когда-то обрёл Бессмертный Монарх Ди Юй!
— Какую бы удачу он ни получил, сейчас это не имеет значения — конца ему не избежать, — со злорадной усмешкой ответил глава одного из великих орденов, — кто бы ни пришёл ему на помощь, это не поможет. Старейшины и все мастера ордена Реки Карпов заперты в Формации Ста Святых Монарха. Кто ещё осмелится за него заступиться?
При упоминании об этом многие невольно бросали взгляды на парящую в небе формацию. Сто величественных фигур, подобных богам, подавляли волю каждого, заставляя сердца трепетать.
С тех пор как люди из ордена Реки Карпов были поглощены Формацией Ста Святых Монарха, оттуда не доносилось ни звука. Всё затихло, и казалось, что все они либо окончательно подавлены, либо уже мертвы.
От этой мысли у практиков любой расы по коже пробегал холодок. Это ведь был орден Реки Карпов — могущественная родословная Монарха! Даос Баогуй и другие старейшины были грозными фигурами, чьи имена гремели во всём регионе Дивных Облаков. Среди них были Святые Владыки и даже Святые Императоры.
И то, что Ди Цзо одним движением руки сумел подавить столь мощный отряд, внушало ужас. Это свидетельствовало не только о силе самого Ди Цзо, но и о сокрушительном могуществе Трона Мириад Костей.
Ди Цзо стоял у пруда, словно непреодолимая преграда между небом и землёй. В гнетущей атмосфере его присутствия многие боялись даже громко дышать.
В ожидании возвращения Ли Цие один из практиков Расы Призраков, не выдержав напряжения, тревожно прошептал: — Неужели Ли Цие действительно можно убить?
Его беспокойство было обоснованным. В последнее время Ли Цие действовал слишком дерзко, сметая всё на своём пути. Никто и ничто не могло его остановить. Совсем недавно в пари он одолел самого Тянь Луньхуэя, который считался равным Ди Цзо.
— Теперь уже неважно, насколько силён Ли Цие. Стоит ему вернуться, и смерть неизбежна. Даже если он каким-то чудом одолеет Ди Цзо, Трон Мириад Костей его не отпустит. Сейчас ему никто не поможет. Пойти против Ди Цзо, против Трона Мириад Костей и, по сути, против всей Расы Призраков... Для него, одиночки, оказаться в могиле — лишь вопрос времени, — наставлял учеников опытный старый мастер, глядя гораздо глубже молодых.
День за днём Ди Цзо оставался на своём посту. Шло время, и его мощь не только не ослабевала, а становилась всё более пугающей. Его аура, подобная шторму, была готова разорвать само пространство. Это вынудило многих практиков, дежуривших у пруда, отойти подальше, чтобы не попасть под горячую руку разгневанного гения.
Наконец, раздался громкий всплеск. Ли Цие вместе с Лань Юньчжу вышли из водоворота в центре пруда.
Как только Ли Цие и Лань Юньчжу показались на поверхности, глаза Ди Цзо вспыхнули, подобно паре божественных копий. Этот взгляд, казалось, пронзил всю толщу воды, устремившись прямо к Ли Цие; под этим неистовым взором сама гладь пруда, казалось, задрожала.
— Они вышли! — закричал один из предков великого ордена, первым заметивший Ли Цие и Лань Юньчжу, идущих по воде.
При этих словах атмосфера мгновенно переменилась. Гнетущая тишина испарилась, сменившись небывалым оживлением. Все практики, и призраки, и люди, встрепенулись. Те, кто сидел или лежал, в один миг вскочили на ноги.
Битва гениев, которую все так долго ждали, наконец-то должна была начаться!