Глава 549. Алмазное Святое телосложение

С резким свистом из бушующего моря огня, напоминающего долину Тангу, внезапно вырвалась божественная цепь законов. Она прорезала пространство с невероятной скоростью, устремляясь в самую гущу пламени.

Раздался истошный вопль. Божественная цепь прошила насквозь крупного, размером с кулак, бронзового жука, чьё тело отливало золотистым блеском. Пламя мгновенно охватило его изнутри.

— Молодая госпожа, спасите меня! — закричал жук в предсмертной агонии.

Этим жуком был сам Бронзовый Император. Он надеялся, что его мощная культивация и крепкое тело позволят ему на мгновение выдержать жар изначального пламени солнц Ли Цие, чтобы подобраться поближе и нанести смертельный удар. Однако он даже не успел приблизиться — божественная цепь законов изначального пламени пронзила его тело, и он начал заживо сгорать.

— Нет! — завыл Бронзовый Император. В этот миг он почувствовал, как сама его жизнь превращается в топливо для костра. Им завладел первобытный ужас. Представителей Расы Бронзовых Жуков было крайне трудно убить из-за их способности к перерождению, но сейчас, пригвождённый божественной цепью, он не мог совершить трансформацию.

Будь у него хоть шанс на превращение, он бы попытался сбежать, но теперь, когда его жизненная суть выгорала под действием законов пламени, ему оставалось лишь беспомощно биться в предсмертных судорогах.

— Ли Цие, прекрати это бесчинство! — раздался властный девичий вскрик Фэннюй.

Она немедленно вступила в бой. С торжествующим криком феникса, огласившим небеса, ввысь взмыла огненная птица. Окружённая неистовым пламенем, она бросилась на Ли Цие, который сам теперь казался воплощением долины Тангу.

— Тебе меня не остановить! — прогремел голос Ли Цие из самого сердца огненного моря. Его клич, казалось, готов был расколоть небеса и землю. В то же мгновение из пламени вырвался колоссальный Куньпэн Хаоса. Взмыв к девяти небесам, он взмахнул могучими крыльями, заставляя звёзды содрогаться. Его гигантские крылья, подобные божественным клинкам небес, обрушились на огненного феникса.

Ли Цие и Фэннюй сражались не впервые. Её огненный феникс не шёл ни в какое сравнение с Куньпэном Хаоса Ли Цие. Раздался оглушительный удар — крыло Куньпэна буквально смело феникса. Как только призрачная птица исчезла, Фэннюй, принявшая на себя отдачу от удара, брызнула кровью и отлетела назад.

Однако Ли Цие не собирался останавливаться. Куньпэн Хаоса, издав яростный клич, с невероятной скоростью настиг раненую Фэннюй. Его когти, способные разрывать ткань мироздания, со скоростью молнии устремились к ней.

Фэннюй пришла в ужас: её скорости не хватало, чтобы уклониться от этой атаки. Когда её жизнь уже висела на волоске, внезапно раздался драконий рёв. Пара драконьих когтей с немыслимой быстротой возникла из ниоткуда и в последнее мгновение выхватила Фэннюй прямо из-под удара Куньпэна.

Вмешавшимся оказался Лун Цзуньтянь. Именно он сумел спасти Фэннюй в самый критический момент.

— А-а-а! — в этот же миг из моря огня донёсся последний, полный отчаяния вопль Бронзового Императора, прежде чем он окончательно обратился в пепел. Яростное пламя тут же начало стихать, возвращаясь в девять солнц за спиной Ли Цие.

Куньпэн Хаоса вернулся к хозяину и, зависнув над его головой, постепенно растаял в воздухе. Ли Цие мельком взглянул на Фэннюй, которую поддерживал Лун Цзуньтянь. Он не спешил её добивать. Медленно шагая вперёд, он наблюдал, как с неба оседают мириады частичек серой пыли — всё, что осталось от сожжённых бронзовых жуков.

Ли Цие посмотрел на Лун Цзуньтяня и, усмехнувшись, произнёс: — Стало быть, и ты решил вступить в игру.

Если на обычных Святых Владык и даже Святых Императоров Ли Цие взирал свысока, то нынешнее его поведение говорило о том, что он относится к Лун Цзуньтяню со всей серьёзностью.

И Лун Цзуньтянь действительно не был простым практиком. Хотя его культивация и остановилась на уровне Святого Императора, он обладал Святым телосложением великого совершенства!

Лун Цзуньтянь в упор смотрел на Ли Цие. Его дух встрепенулся, и в то же мгновение энергия крови ударила в небо. Вокруг него один за другим начали раскрываться сотни и тысячи колец Пути. Из этих колец заструилась бесконечная энергия хаоса, окутывая Лун Цзуньтяня густым туманом, словно каждое кольцо открывало путь в отдельный мир.

В этот миг от Лун Цзуньтяня начала исходить пугающая аура, подобная духу пробудившегося великого дракона. И хотя сам он молчал, окружающим казалось, что они слышат яростный драконий рёв, от которого замирало сердце.

Тело Лун Цзуньтяня начало излучать слои божественного сияния, из-за чего он стал походить на воплощённое божество. Казалось, под защитой драконьей мощи он превратился в истинного Будду, чья аура внушала трепет и благоговение.

Пробудив свою энергию крови, Лун Цзуньтянь словно помолодел на несколько десятков лет. В его глазах вспыхнул огонь, он смотрел на мир свысока, вновь обретя тот задор и неистовство, что были присущи ему в годы юности.

— Святое телосложение великого совершенства! Невероятный Святой Император! — видя эту сокрушительную мощь, многие практики задрожали. Не только Святые Владыки, но даже Святые Императоры не осмелились бы бросить ему вызов. Даже предки великих орденов относились к Лун Цзуньтяню с предельным почтением.

Обладая силой Святого Императора и Святым телосложением великого совершенства, такой гений, как Лун Цзуньтянь, мог без труда сокрушить любого равного по уровню и даже имел все шансы бросить вызов обычному Великому Мудрецу!

— Выдающийся талант своего времени... какая жалость, — вздыхали в тени предки великих орденов, не желавшие обнаруживать себя.

Если бы Лун Цзуньтянь не родился в Эпоху Трудного Пути, сегодня он бы заставлял трепетать самих предков, став легендарным воителем среди Великих Мудрецов. К несчастью, он родился не в то время: из-за увядания долголетия он получил неизлечимые раны, которые закрыли ему путь к вершине власти.

— Алмазное Святое телосложение! — глядя на Лун Цзуньтяня, окружённого драконьей и божественной аурой, Ли Цие невольно улыбнулся, — любопытно. Говорят, Алмазное Святое телосложение великого совершенства способно выдержать даже прямой удар артефакта Монарха. Что ж, мне было бы интересно проверить это на деле.

— Если бы артефакт Монарха держал в руках предок великого ордена, я бы не рискнул утверждать такое. Но если против меня выйдет Святой Император с оружием Монарха, я уверен, что моё Святое телосложение позволит мне выдержать этот удар! — с гордостью и непоколебимой верой в свои силы ответил Лун Цзуньтянь. В этот миг его величественный облик был полон особого очарования.

Его слова заставили многих присутствующих похолодеть. Артефакт Монарха — это абсолютное оружие. Если Святой Император пойдёт в бой с таким предметом, он, возможно, и не убьёт Великого Мудреца, но последнему придётся быть крайне осторожным, ведь любая ошибка при столкновении с мощью Монарха может стать роковой.

Никто не сомневался в словах Лун Цзуньтяня. Его былая слава и бесчисленные победы были лучшим доказательством его невероятной силы.

— Хорошо сказано, мне нравится такой настрой. Я и сам большой любитель испытывать пределы возможностей различных телосложений, — Ли Цие с интересом оглядел Лун Цзуньтяня, — как насчёт того, чтобы устроить состязание наших тел?

— Я готов в любое время! — уверенно отозвался Лун Цзуньтянь. Обладая Святым телосложением великого совершенства, он втайне даже надеялся когда-нибудь бросить вызов легендарному Бессмертному телосложению малого совершенства, но за всю свою жизнь ему так и не довелось встретить такого противника.

— Тогда начнём, — глаза Ли Цие сузились. В то же мгновение в его груди вспыхнул ослепительный свет, подобный взрыву сверхновой. Пространство вокруг него дважды содрогнулось.

Лицо Лун Цзуньтяня мгновенно изменилось. Он высвободил бесконечное божественное сияние, доводя мощь своего Алмазного Святого телосложения до абсолютного предела.

В следующую секунду оба сорвались с места. Они неслись навстречу друг другу с непостижимой скоростью. Лун Цзуньтянь, используя всю мощь Святого Императора, достиг своего скоростного максимума, но Ли Цие оказался ещё быстрее. Он преодолел расстояние в одно мгновение.

Всё произошло настолько стремительно, что не только обычные воины, но даже предки великих орденов не смогли разглядеть деталей этого столкновения.

БУМ!

От их удара словно взорвался целый мир. Ослепительный свет залил всё вокруг на миллионы ли; казалось, одновременно детонировали десятки солнц. От этого нестерпимого сияния люди невольно зажмурились.

Когда свет, наконец, померк, все увидели Ли Цие и Лун Цзуньтяня, стоящих друг против друга. Оба выглядели целыми и невредимыми, но их взгляды скрестились, подобно рогам быков на арене.

В этот момент пустота вокруг них начала трескаться. Словно разбитое стекло, само пространство покрылось сетью трещин, за которыми зияли жуткие чёрные дыры.

Предыдущая вспышка была слишком яркой, и даже древние мастера упустили момент самого столкновения. Однако, глядя на разрушенное пространство, каждый понимал, насколько ужасающим был этот единственный удар.

Мириады глаз были прикованы к ним. Ни на одном не было и царапины, и в такой ситуации никто не мог понять, кто же вышел победителем.

— Молодые сменяют старых, — внезапно вздохнул Лун Цзуньтянь. Его величественная и грозная аура начала медленно угасать. В этот миг он словно вновь постарел на глазах, — да, я действительно состарился. Теперь этот мир принадлежит молодым.

От этих слов у многих на душе стало тяжело. Неужели Лун Цзуньтянь проиграл? Если это так, то происходящее казалось чем-то за гранью реальности.

— Мы ещё не закончили, к чему эти преждевременные вздохи? — неспешно произнёс Ли Цие.

Его слова принесли облегчение многим зрителям. Если раньше они думали, что Лун Цзуньтянь потерпел поражение, то теперь стало ясно, что бой ещё не окончен.

— Нет, я стар, и во мне больше нет того неистовства и жажды борьбы, что были в юности, — Лун Цзуньтянь медленно покачал головой и, глядя на Ли Цие, добавил, — ты действительно достоин того, чтобы считаться главным соперником Ди Цзо!

Многие вздрогнули, услышав такую оценку. Лун Цзуньтянь был наставником-защитником Ди Цзо, и раз уж он так высоко признал силу Ли Цие, то мощь последнего была поистине невероятной. Неужели Ли Цие и впрямь способен сразиться с самим Ди Цзо на равных?

Ли Цие лишь усмехнулся в ответ на эти слова, никак их не прокомментировав.