Глава 346. Вне контроля
Ян Цзянь долго и пристально вглядывался в иероглифы на Бумажной Коже. На этот раз она, казалось, решила не играть в загадки и выдала беспрецедентный объём информации, о которой он даже не спрашивал.
Но за такой щедростью всегда скрывалась опасная западня.
"Бумажная Кожа использует Тун Цянь как наживку, чтобы заставить меня снова пойти на контакт с тем призраком, пока у меня ещё мало данных? — размышлял Ян Цзянь. — Она хочет, чтобы меня прикончил другой неизвестный призрак в отеле "Цезарь"? Или же она считает, что я не справлюсь с сущностью, искажающей память, и поход туда станет для меня смертным приговором?"
Эта вещь прекрасно умела манипулировать человеческими желаниями. Она знала, что риск и выгода всегда идут рука об руку. Если он добьётся успеха по её методу, у него действительно может появиться подчинённый с совершенным контролем над двумя призрачными лицами. "До чего же коварно, — усмехнулся он про себя. — Поведение Бумажной Кожи напомнило мне одну притчу".
В памяти Ян Цзяня всплыла история о охотнике и лисе.
Охотник отправился в горы с ружьём и встретил лису. Он выстрелил, но лиса ловко увернулась. Он выстрелил снова — и снова промах. Лиса тогда рассмеялась: "Зачем ты продолжаешь стрелять, если знаешь, что не попадёшь?" На что охотник ответил: "Если я промахнусь, то потеряю лишь пулю. А если ты хоть раз не успеешь увернуться, ты потеряешь жизнь".
Сказав это, он выстрелил в третий раз. Лиса в панике замешкалась и была убита.
Сейчас Бумажная Кожа была тем самым охотником, а Ян Цзянь — лисой. Он мог уворачиваться раз, два, но стоило ему ошибиться хотя бы единожды, и он проиграет всё. Единственный способ не стать жертвой в этой партии — не играть с Бумажной Кожей вовсе. Ведь пока продолжается их противостояние, он всегда будет в невыгодном положении.
Но самое пугающее в Бумажной Коже было то, как безупречно она выбирала момент для раскрытия сведений. Стоило лишь рискнуть и сделать ставку, следуя её совету, как перед тобой открывались перспективы небывалого могущества.
"Разобраться с призраком, контролирующим Чжао Лэя, нужно в любом случае, — рассуждал Ян Цзянь. — Я бы и так искал способ его устранить, даже если бы Бумажная Кожа молчала. Зачем же она выдала это сейчас? Просто подкинула наживку или за этим советом кроется угроза, о которой я ещё не подозреваю?"
Ян Цзянь не сомневался в осуществимости предложенного метода.
Если он сможет изолировать того призрака, то Тун Цянь действительно обретёт совершенный контроль над двумя лицами и станет Повелителем Призраков его уровня. Причём для неё риск будет минимальным, ведь всю основную опасность Ян Цзянь возьмёт на себя.
Конечно, Ян Цзянь не стал бы рисковать жизнью ради незнакомого человека только для того, чтобы подарить кому-то такую силу. Но был один нюанс: тот призрак умел искажать память.
Согласно методу Бумажной Кожи, в случае успеха Ян Цзянь мог по своему усмотрению изменить воспоминания Тун Цянь, создав ту личность, которая ему нужна. Это было подло и аморально, но невероятно заманчиво.
Подчинить призрака — всегда смертельный риск, но подчинить человека — нет. Если эксперимент с Тун Цянь удастся, Ян Цзянь сможет по этой схеме создать собственную преданную команду.
— Чего ты на самом деле добиваешься? Зачем ты сама предлагаешь мне такие методы? — Ян Цзянь всё больше беспокоился о скрытых намерениях Бумажной Кожи.
Пусть пока артефакт не причинял ему прямого вреда, он понимал: это лишь потому, что он сам предельно осторожен. Стоит ему оступиться, и цена будет непомерной.
Пока он погружался в раздумья, в палату вошёл Чжан Гао.
— Ян Цзянь, приехали родственники Тун Цянь. Может, тебе стоит на время уйти, чтобы не привлекать внимания?
Ян Цзянь очнулся от своих мыслей, осознав, что слишком долго смотрел на Бумажную Кожу.
— Извини, задумался. У меня здесь всё, идём.
Выйдя из палаты, он увидел родителей и родственников Тун Цянь, приехавших среди ночи. Набралось больше десяти человек, взрослых и детей.
— Есть мысли по поводу Тун Цянь? — спросил Чжан Гао на ходу. — Если городу Z нужна помощь, только скажи, я сделаю всё возможное.
— Если понадобится — скажу. Пока я не решил окончательно, но примерный план действий уже... — Ян Цзянь вдруг резко замолчал и остановился как вкопанный, глядя на толпу, входившую в палату.
Среди родственников Тун Цянь затесался ничем не примечательный мужчина средних лет. Он не проронил ни слова, голова его была слегка опущена, но уголки губ неестественно задрались вверх, застыв в зловещем улыбающемся лице.
Это выражение лица было в точности таким же, как у призрака, которого он видел днём в отеле.
— Стоять! — внезапно выкрикнул Ян Цзянь.
Чжан Гао замер. Охранники мгновенно повернулись на крик. Родственники тоже невольно остановились и посмотрели на него, и только тот мужчина продолжал целеустремлённо идти в сторону палаты.
— Я сказал стоять! Ты что, оглох? — Ян Цзянь с холодным лицом рванулся вперёд, растолкал людей, схватил мужчину за шею и с силой приложил его затылком о стену.
Удар был такой мощи, что обычный человек не мог даже пошевелиться, не говоря уже о сопротивлении.
— Ты кто такой?! Что ты делаешь?! Отпусти! Помогите, убивают! — закричал мужчина, корчась от боли.
Ян Цзянь и не думал разжимать пальцы.
— Ты только что улыбался, не так ли?
— О чём ты?! Я не понимаю! Отпусти, сумасшедший! — завопил тот.
— Думаешь, я полагаюсь только на глаза? — ледяным тоном произнёс Ян Цзянь. — Можешь не признаваться, мне всё равно. Чжан Гао, запри этого типа. Не выпускай его, пока инцидент в городе Z не будет исчерпан. Держи его подальше от Тун Цянь. Посещения на сегодня отменяются. С этого момента в палату могут заходить только медицинские работники.
— И только группами по три человека и более, — добавил он.
Договорив, он потащил мужчину к сотрудникам службы безопасности.
— Ты что творишь?! Среди ночи людей бьёшь! Законы для тебя не писаны? А ну отпусти его! Думаешь, на нашу семью управы нет?! — какая-то женщина не выдержала, подскочила к нему, начала тянуть за одежду и даже попыталась укусить за руку.
— Пацан, драки захотел? Отпусти его, а не то пожалеешь!
— Совсем страх потерял, на нас прыгать!
Увидев, что Ян Цзянь ни с того ни с сего скрутил их родственника, остальные мужчины из семьи тоже разъярились и бросились на него с кулаками.
— Всем успокоиться! Тише! — Чжан Гао вместе с двумя охранниками поспешил вмешаться, пытаясь унять толпу.
Ян Цзянь не боялся этих людей — их удары и крики не могли причинить ему вреда, но он не собирался тратить время на препирательства. Не дожидаясь, пока Чжан Гао всех разнимет, он выхватил табельный пистолет и выстрелил в потолок.
Грохот выстрела заставил всех вздрогнуть и замереть.
"У него пушка!" — эта мысль мгновенно охладила пыл нападавших. И женщины, и мужчины в ужасе отпрянули.
— Ян Цзянь, руководитель города Дачан, нахожусь при исполнении. Вы не имеете права препятствовать следствию, — холодно процедил он, обводя их взглядом. — Если продолжите мешать, я имею право стрелять на поражение после предупредительного выстрела. И мне плевать, сколько вас тут.
Это было одно из полномочий руководителя, которое он мог использовать даже за пределами своего города.
— Ян Цзянь, спокойнее! Это же родственники Тун Цянь, — поспешно вставил Чжан Гао.
— Знаю. Но Тун Цянь сейчас в вегетативном состоянии, её ценность как специалиста временно равна нулю. Если я сейчас кого-то пристрелю, она не вскочит с койки, чтобы меня остановить. Речь идёт о мистическом инциденте, и перед этим даже руководство города Z должно отойти в сторону, не говоря уже о каких-то родственниках.
Голос Ян Цзяня звучал бесстрастно. Он уже обнаружил проблему среди этой толпы, и не было гарантии, что остальные "чисты".
— Я всё понимаю, но прошу, предоставь это мне. Я обещаю, что разберусь со всем должным образом, — сказал Чжан Гао.
— Ты понимаешь, насколько всё серьёзно? — Ян Цзянь пристально посмотрел на него. — Масштаб последствий этого инцидента уже превосходит наши первоначальные оценки.
С этими словами он швырнул задержанного мужчину Чжан Гао.
— Тот призрак снова пытался подобраться к Тун Цянь. Возможно, хотел её убить, возможно, задумал что-то ещё, но в любом случае — ничего хорошего.
Лицо Чжан Гао побледнело. Он быстро перехватил мужчину и защёлкнул на его запястьях наручники.
— Раз ты говоришь, что справишься — действуй. У меня есть дела поважнее, некогда здесь прохлаждаться. Надеюсь, ты отработаешь лучше, чем я ожидаю, — бросил Ян Цзянь и стремительно покинул больницу.
Таких скрытых призрачных слуг было крайне сложно выявить.
"Дело принимает скверный оборот. Возможно, я попал под колпак этого призрака с того самого момента, как въехал в город Z. Вполне вероятно, что по всему городу расставлены его "глаза". Раньше я был в тени, а он на свету, теперь всё наоборот. И такая тактика совсем не похожа на стиль призрака. Это больше напоминает Чжао Лэя... Он и в играх всегда так делал: любил расставлять "варды", следить за каждым шагом врага и устраивать засады".
Сердце Ян Цзяня сжалось.
Призрак подчинил Чжао Лэя, а тот теперь исполняет его волю. Это означало, что призрак теперь использует человеческий интеллект для достижения своих целей.
Последствия такого союза были поистине ужасающими.
Ян Цзянь осознал: призрак, завладевший Чжао Лэем, сорвался с поводка. Он больше не был просто бездушной сущностью, действующей по строгому шаблону. Теперь он стал разумным врагом.