Том 9. Глава 811. Утрата

Эзекиель стремительно проносился по величественным залам, и эхо его шагов гулко разносилось в пустых коридорах. Тревога в сердце подгоняла его вперед, заставляя отыскать её прежде, чем станет слишком поздно.

К счастью, по пути ему удалось обнаружить следы её присутствия. Следуя за едва уловимыми эманациями магической энергии, он спустился в подземелье. Стоило ему свернуть за угол, как он заметил силуэт, исчезающий в одной из боковых комнат.

Эзекиель прибавил ходу, не отрывая взгляда от двери впереди. Ворвавшись в помещение, он увидел женщину, стоящую перед массивными, богато украшенными вратами. На её лице застыла решимость, а рука уже тянулась к затейливой резьбе.

— Нет! —  в отчаянии выкрикнул Эзекиель.

Он мог только представить, какая катастрофа разразится, стоит этим вратам открыться. Погибнет не только Карик, но и все остальные, включая друзей Габриэля, с которыми тот только что воссоединился. Он бросился к ней, и его собственная магия закружилась вокруг него, подобно защитному щиту.

— Ты не можешь этого сделать! —  прокричал он, пытаясь остановить неизбежное.

Женщина нахмурилась, и в её глазах вспыхнули гнев и замешательство:  — Что ты здесь делаешь? Ты что, рассудок потерял?!

Хватка Эзекиеля на магическом плетении усилилась, а голос зазвучал с непоколебимой решимостью:  — Я не позволю тебе этого совершить!

Легким движением запястья женщина призвала мощный порыв ветра, пытаясь сбить Эзекиеля с ног. Но он устоял, используя свою магию для создания барьера против яростных вихрей. Он упрямо продвигался вперед, намереваясь любой ценой помешать ей отворить дверь.

Глаза женщины полыхнули яростью, когда она осознала, что с Эзекиелем что-то не так. Не колеблясь ни секунды, она обрушила на него поток разрушительной мощи, отбросив мужчину назад.

— И с чего ты взял, что сможешь меня остановить? Ты забыл свое место? —  воскликнула женщина, в гневе сжимая кулаки. Однако, несмотря на агрессивную стойку, она тут же переключила внимание на врата. В конце концов, это было её главной задачей.

Эзекиель поднялся, ощущая резкую боль в груди. Он и без того был слаб из-за угасающей жизненной силы, но даже тогда не мог позволить женщине творить всё, что ей вздумается. Собрав последние силы, он пошел в атаку.

— Что ты наделал?! —  в ярости проревел Алиак, обращаясь к Габриэлю, когда осознал, что тот привел врага в самое сердце их владений.

Алиак позволил им войти лишь потому, что считал их близкими Габриэля, который не мог желать вреда Карику. Однако теперь он понял, что в компании Карика потерял бдительность и совершил поистине ученическую ошибку. В спешке он открыл портал в подземелье своего дворца. Даже он сам не мог напрямую телепортироваться в ту особую комнату.

Габриэль и остальные вышли из портала, оказавшись в дальнем помещении. Войдя в комнату, Алиак замер. Врата... они были разнесены в щепки. Не только печать была сорвана, но и сама дверь уничтожена.

Состояние Габриэля было еще хуже: его зрачки дрожали, когда он уставился вдаль, где находился Эзекиель. Из груди Эзекиеля сочилась кровь — когти принцессы вонзились глубоко в его плоть. Прежде чем Габриэль успел хотя бы пошевелиться, темное пламя принцессы окутало неподвижное тело Эзекиеля.

— Значит, вы предали нас... —  принцесса посмотрела на Габриэля, за которым стояли остальные. — Какая жалость, что ты послал этот мусор, чтобы остановить меня.

Когда огонь погас, от Эзекиеля не осталось даже пепла. Сердце Габриэля упало, когда он стал свидетелем гибели своего дорогого друга.

— Я растерзаю тебя! —  взревел он, в безумии бросаясь вперед.

К несчастью, женщина оказалась быстрее.

— Моя миссия здесь завершена. Но не волнуйся... мы еще встретимся... —  она отступила назад, исчезая в портале, который теперь был открыт навсегда из-за разрушенных врат.

Габриэль уже готов был броситься вслед за ней, но в последний миг чья-то рука удержала его.

— Не иди за ней. Ты не знаешь, что ждет на той стороне! —  Алиак оттащил Габриэля назад, и на его лице отразилось глубокое беспокойство.

Он не знал, кого винить в этой катастрофе. Он винил даже самого себя. К сожалению, сожалеть было уже поздно. Вместе с вратами была разрушена и печать на Эльзерии.

— Отпусти меня! Я убью её! —  Габриэль отчаянно сопротивлялся, почти вырываясь из хватки Алиака, а его аура заполнила весь зал.

К счастью, вмешался Карик, ограничивая его движения.

— Приди в себя! Разве убийство этой девчонки вернет твоего друга? —  спросил он, и в его голосе слышалось искреннее сочувствие.

Хотя он не знал, как Габриэль познакомился с этим человеком, он видел, что тот дорог ему. К несчастью, даже он не мог вернуть Эзекиеля к жизни, так как было уничтожено не только тело, но и сама его душа.

— Всё потеряно! Как раз тогда, когда забрезжил проблеск надежды на мирный исход, стало только хуже. Теперь печать снята. Ничто не сможет их остановить! —  Алиак посмотрел на портал перед собой, и лицо его потемнело.

Он уже чувствовал, как странная энергия из Эльзерии медленно просачивается в этот мир через разлом. И это был не единственный портал. По всей вселенной открылось множество подобных проходов. Габриэль продолжал яростно бороться. Он пришел сюда, чтобы продлить жизнь Эзекиеля, но в итоге лишь ускорил его конец. Габриэль винил во всем случившемся только себя.

Его сердце опустело, как и разум. Больше всего на свете он хотел заставить этих ублюдков страдать. Он извлек талисман перемещения, который император Эльзерии дал ему на случай обмана.