Том 2. Глава 251. Условия противостояния
В своих мыслях Алистер позвал:
« Терра, что думаешь? Как мне к этому подступиться? »
Голос Терры тотчас отозвался в его сознании:
« Мой господин. Тот факт, что она всё еще требует от вас ответа, означает лишь одно — она до сих пор не уверена в своих подозрениях до конца . А значит, пока вы не признаетесь открыто, она не сможет ничего вам предъявить ».
Алистер едва заметно улыбнулся.
« Тут ты права », — ответил он.
« Но кроме того, мой господин, если вы не хотите, чтобы она стала для вас обузой, у вас есть только два пути ».
« И какие же? »
« Либо вы полностью избавляетесь от неё, либо убеждаете её перейти к более цивилизованному подходу . Учитывая, что она фигура весьма влиятельная и, можно сказать, является одним из столпов экономики этого города, вариант с её устранением мы отметаем . Следовательно, вам придется убедить её действовать спокойнее. Вот моё предложение... »
Терра изложила Алистеру всё, что ему нужно было знать о том, как вести дальнейшую игру. Когда она закончила, Алистер был искренне впечатлен.
« Должен признать, я доволен твоей идеей. Отличная работа, Терра ».
« Рада быть полезной, мой господин ».
« Однако, мой господин, считаю необходимым заметить: судя по тому, что я вижу, её нынешнее поведение вряд ли можно назвать искренним ».
« Неискренним? Что ты имеешь в виду? »
« Я полагаю, что она разыгрывает спектакль ».
« Зачем ей это? »
« В этом я не уверена. Как бы то ни было, можете приступать к плану, как я вам советовала ».
Алистер глубоко вздохнул.
— Значит, ты хочешь смерти Лопаты? — спросил он, слегка склонив голову набок и внимательно следя за её реакцией.
Аня выпрямилась.
— Да, потому что он причинил вред мне и моим товарищам. Их выступление на Событии в Пустошах сильно пострадало из-за него. Мы упустили ценные возможности, которые уже не вернуть.
Алистер приподнял бровь, и в его голосе проскользнули нотки сарказма:
— То есть, по сути, он просто задолжал тебе денег?
Аня нахмурилась, в её глазах промелькнуло замешательство.
— Что?!
Алистер небрежно пожал плечами.
— Ну, победители События в Пустошах получают право на бахвальство и приличную пачку кредитов Союза, верно? Так что если он испортил показатели твоей команды, значит ли это, что он твой должник? Я просто подумал...
— Ты пытаешься преуменьшить значимость того, что натворил? — перебила его Аня. Её голос звучал тихо, но остро, а тяжесть её гнева буквально заполнила пространство между ними.
— Преуменьшить? — Алистер легко усмехнулся, сохраняя абсолютное спокойствие. — Мэм, пожалуйста, успокойтесь. Разве я когда-нибудь говорил, что это сделал именно я?
Глаза Ани сузились, и она сделала шаг вперед. Её мана вспыхнула вокруг неё ослепительным каскадом мощи, заливая балкон ярким сиянием.
— Послушай, Алистер, даже не думай играть со мной в кошки-мышки. Это не шутки.
Алистер вскинул руки в шутливом жесте капитуляции, при этом его лицо оставалось невозмутимым.
— Я всего лишь пытаюсь понять масштаб ставок. Ты говоришь, что хочешь его смерти из-за какого-то соревнования? Наверняка здесь кроется нечто большее.
— Большее? — эхом отозвалась Аня твердым тоном. — На кону всегда стоит больше, чем ты думаешь. Каждое состязание — это возможность доказать нашу силу и значимость. Когда Лопата нанес удар по моей команде, он задел не только наше положение в рейтинге, но и нашу репутацию. А в этом мире репутация может как вознести гильдию до небес, так и низвергнуть её в бездну.
Алистер некоторое время изучал её: дерзость в её голосе резко контрастировала с бурей, назревающей за маской спокойствия.
— То есть ты хочешь сказать, что дело не только в событии? Это личное?
— Дело в принципе, — ответила Аня, скрестив руки на груди. — Когда кто-то подрывает наши усилия, это не просто пощечина, это вызов нашему авторитету. Тебе этого не понять, если ты никогда не был в роли лидера. Всё, что мы делаем, отражается на нас как на гильдии.
— Звучит так, будто месть, по-твоему, вполне оправдана, — заметил Алистер, и в его тоне промелькнула искра вызова.
Он слегка подался вперед с расчетливым блеском в глазах.
— Тогда не лучше ли извлечь из этой мести максимум возможного?
Аня немного поостыла, но её хмурый взгляд стал еще глубже.
— К чему ты клонишь?
Алистер поднял руку, подчеркивая свои слова:
— Только не пойми меня превратно. Я — не Лопата. Я просто предлагаю то, что, на мой взгляд, будет лучшим способом уладить это дело.
Любопытство Ани пробудилось, и её поза стала чуть более расслабленной.
— Продолжай.
— Раз уж именно под твоим руководством Лопата нанес такой сокрушительный удар по репутации твоей гильдии... то, безусловно, именно на твои плечи ложится задача эту репутацию вернуть. Это очевидно.
— Следовательно, лучшим решением для тебя будет лично разыскать Лопату и запустить прямую трансляцию вашего поединка. Сделав это и одержав победу, ты не только вернешь честь своим товарищам, но и полностью восстановишь доброе имя гильдии. Ты покажешь всем, что случается с теми, кто осмеливается идти против «Берсерков».
Аня обдумывала его слова, не разнимая рук.
— Думаешь, публичного матча будет достаточно, чтобы исправить ситуацию?
Алистер кивнул, его голос был ровным.
— Абсолютно. Блестящая победа не только поднимет твой статус, но и станет четким сигналом. Она продемонстрирует, что с тобой и твоей гильдией шутки плохи. Подумай об охватах: ты получишь поддержку и, возможно, новых рекрутов. Все обожают истории о триумфальном возвращении.
Аня задумалась, её лицо смягчилось, пока она взвешивала все «за» и «против».
— Значит, ты предлагаешь превратить эту проблему в возможность?
— Именно так, — подбодрил её Алистер.
Аня откинулась назад, и на её губах заиграла хитрая усмешка.
— Что ж, тогда когда ты будешь свободен, чтобы мы могли провести этот тренировочный бой?
Алистер моргнул, застигнутый врасплох.
— Что?
Аня закатила глаза.
— Ой, да ладно тебе. Ты действительно думал, что если подкинешь мне умную идейку, я забуду о том, что ты и есть Лопата?
Он приподнял бровь, изображая полнейшую невиновность:
— Мэм, вы серьезно предполагаете, что вы — опытный лидер гильдии — были повержены призывателем в рукопашной схватке? Причем тем, кто в гильдии без году неделя? Насколько убедительно это звучит?