Глава 148. Просто подраться
Когда Нин Мин спустился с арены, на огромной каменной стеле с рейтингом появилась новая строка: Внешний двор, 1 очко.
Хотя пока было всего одно очко, его ценность была необычайно высока. Это было не просто получение урона, как в прошлом, а настоящая схватка, в которой была повержена избалованная дочь небес из Двора Чёрной Черепахи.
— Неужели этот Нин Мин… так силён?
На зрительских трибунах старые практики разглядели суть произошедшего. В этой битве ученик Внешнего двора, похоже, ещё не использовал всю свою силу.
— В первой двадцатке?
Кто-то втайне предположил, каким будет итоговый рейтинг Нин Мина.
— Этот парень, возможно… поможет мне разбогатеть!
Некоторые азартные игроки даже решили пойти на риск и поставить свои ставки на Нин Мина, этого «тёмного коня».
Тем временем.
Люди Третьего принца подошли. Они подняли тяжело раненую Чжао Вань, их лица были мрачны.
Нин Мин тоже остановился.
Их взгляды на мгновение встретились в воздухе.
Внезапно Нин Мин улыбнулся: — Третий принц, если конфликт нельзя разрешить, что тогда делать?
Третий принц холодно ответил: — Тогда это будет битва не на жизнь, а на смерть!
— Хорошо.
Услышав это, Нин Мин отвёл взгляд и прошёл мимо него.
Этот момент не остался незамеченным для посторонних, и они тут же почувствовали в воздухе напряжение.
— Говорят, этот Нин Мин когда-то присматривал за княжной Линь. Значит, это правда.
— Присматривал? Этот парень и Линь Юйянь, мужчина и женщина одни, прожили несколько дней и ночей в глуши!
— И-и-и… неудивительно, что у Третьего принца такое мрачное выражение лица.
На зрительских трибунах, от семидесятилетних до семилетних, все сплетничали.
По правде говоря, если уж говорить об этом, то Третий принц ничего не мог поделать, верно?
Некоторые вещи понимают только мужчины.
Брак — это такая вещь, что достаточно малейшего подозрения, и всё кончено.
Слушая пересуды окружающих, Третий принц был так зол, что его лёгкие чуть не взорвались.
Недавно люди из семьи Линь даже явились во дворец, заявив, что хотят продолжить брачный союз…
Брачный союз? Какой ещё, к черту, брачный союз!
— Если я не убью этого сопляка, этот вопрос никогда не будет решён!
Третий принц смотрел на спину Нин Мина, и его глаза пылали убийственным намерением.
***
— Ха-ха-ха! Как же это приятно!
Вернувшись на зрительские трибуны, Нин Мин в кругу своих людей снова принял самодовольное выражение лица.
Он мог терпеть унижения, но ему совершенно не нравился их вкус. В конце концов, какой молодой человек захочет всё время сдерживаться?
Неужели он ниндзя?
— Ну хватит тебе, это всё потому, что маркиз Дамин тебя балует.
В этот момент Линь Сяосяо вдруг сказала: — Иначе, если бы ты осмелился противостоять Третьему принцу, тебя бы ждал плохой конец.
Эти слова заставили Нин Мина нахмуриться: — Что за слова? Если бы за ним не стоял Император, что бы он тогда из себя представлял?
— Почему ты так серьёзно отнёсся? — Линь Сяосяо захихикала. — Мне совсем не нравится, когда ты сдерживаешься. Я хочу увидеть, как ты сломаешь Третьему принцу кости.
Услышав это, Нин Мин слегка нахмурился.
Ему казалось, что Линь Сяосяо что-то не так.
Неужели эта женщина после того дня действительно полюбила его звериный облик, проявившийся в отчаянной ситуации?
— Брат Цуй, теперь очередь за тобой.
Вскоре Нин Мин перевёл взгляд на Цуй Чжэна.
— Не беспокойся, четвёртый брат. Ты тогда сказал, что хочешь изменить отношение четырёх дворов к ученикам нашего Внешнего двора. Я запомнил эти слова и теперь не позволю никому нас недооценивать!
Цуй Чжэн смотрел на рейтинг на каменной стеле, и в его глазах, казалось, сияли звёзды.
Эти слова заставили Нин Мина слегка опешить.
Он не ожидал, что брат Цуй всё ещё помнит те слова…
Гордость этого молодого господина из семьи канцлера была не меньше, чем у других.
Пока они отдыхали, Великое Состязание Четырёх Дворов продолжалось в полном разгаре.
Особо нечего было рассказывать,
единственное, что привлекло внимание Нин Мина, это красноволосый юноша Чжу Ушуан из Двора Белого Тигра.
Последний был мастером меча, и его истинная эссенция могла превращаться в пламя. Один удар его меча создавал эффект лесного пожара, и даже пространство искажалось от обжигающей температуры.
Всего три удара, и противник был повержен.
Весь зал ликовал, и даже люди из Двора Лазурного Дракона не могли ничего сказать.
— Признаю.
Однако сам Чжу Ушуан не проявлял гордости и даже был довольно вежлив.
Такие небесные таланты были любимцами учителей.
Если бы это было в современном мире, он был бы «чужим ребёнком»: умён, прилежен и вежлив, действительно всеми любим.
— Чёрт возьми, какой же он извращенец!
У Мин ругался: — Как этот парень культивирует? Звёздная сила Алой Звезды даже может превращаться в пламя.
Чжао Цзи нахмурился: — Что, если Чжу Ушуан встретится с четвёртым братом?
У Мин без колебаний сказал: — Тогда я прокляну его, чтобы он исказился прямо перед выходом на сцену!
Хлоп!
Едва он закончил говорить, как Нин Мин раздражённо хлопнул У Мина по лбу.
— Что же ты всё время желаешь другим искажения? — отчитал Нин Мин. — Может, тебе тоже стоит пожить несколько дней во Дворе Дамина?
У Мин надулся и снова спросил: — Тогда… если ты встретишься с Чжу Ушуаном, четвёртый брат, ты сможешь победить?
— Сложно сказать.
Нин Мин покачал головой и добавил: — Но если это будет смертельная битва, то я определённо буду тем, кто выживет.
Эти слова заставили всех слегка усмехнуться.
Этот четвёртый брат немного не в себе, постоянно думает о битвах не на жизнь, а на смерть.
— Четвёртый брат ведь с Западных хребтов, — подумал Цуй Чжэн. — Говорят, там очень опасно.
Вскоре после этого
пришла очередь «двести пятьдесят» Цуй Чжэна выйти на сцену.
— Я иду.
Цуй Чжэн не стал хвастаться, как Нин Мин, просто сказал три слова и вышел на арену.
Его противником был ученик Двора Белого Тигра, находившийся на средней стадии восьмого ранга. Его сила была неплохой, но, вероятно, он не ровня нынешнему Цуй Чжэну.
— Мой сын вышел на арену!
В павильоне канцлер Цуй не мог скрыть своего волнения.
Ему очень хотелось найти кого-нибудь и громко с ним поговорить, но вокруг были такие старые лисы, как Император Великой Чжоу, маркиз Убо и маркиз Дамин.
Но канцлер Цуй огляделся.
Вот те на! Все сидели неподвижно, как старые монахи в медитации, с бесстрастными лицами, и воздух, казалось, застыл, словно ртуть.
Что ж,
канцлер Цуй мог лишь сдержать свои эмоции, но его глаза крепко впились в Цуй Чжэна.
— В жизни много выборов, надеюсь, ты не ошибся с путём.
В то же время, брат Цуй Чжэна, Цуй У, тоже наблюдал за происходящим.
Шесть месяцев назад он отказался от возможности поступить в Двор Лазурного Дракона, решив остаться во Внешнем дворе. Такое действие даже нельзя было назвать безрассудным.
Достаточно взглянуть на текущий рейтинг:
Двор Лазурного Дракона был далеко впереди, а у Внешнего двора был лишь смехотворный 1 балл…
Но очень скоро
Внешний двор набрал 2 очка.
— Я победил!
На арене Цуй Чжэн выпрямился, гордо купаясь в лучах внимания толпы.
Вдали ученик Двора Белого Тигра лежал на земле, с ударом в грудь, кашляя кровью.
— Неожиданно… тот бесполезный молодой господин из Внешнего двора… на самом деле…
Этот ученик сказал это, а затем покачал головой.
Что ж, если бы противник всё ещё был никчёмным, то он сам был бы ещё хуже.
Шум!
В то же время по всему залу пронёсся рёв изумления, нахлынувший, словно морская волна.
Это наполнило сердце Цуй Чжэна гордостью, но он вдруг опешил, поняв, что эти звуки, похоже, направлены не на него.
И вправду…
Прямо на арене слева от Цуй Чжэна.
Третий принц одним ударом покончил с противником, без всякой заминки. Огромная разница в силе вызвала бурную реакцию всего зала.
— Отец-император, ты смотришь на меня?
На арене в сердце Третьего принца была не только ненависть к Нин Мину, но и попытка таким образом привлечь внимание того, кто находился в павильоне.
***
В павильоне.
Император, наблюдая за поединками этих молодых людей, вдруг заговорил: — Шангуань Ин.
— Ваш покорный слуга здесь.
Маркиз Дамин тут же ответил.
Шангуань Ин — это имя маркиза Дамина; и только Император Великой Чжоу мог обращаться к нему по имени.
Император задумчиво произнёс: — И-эр и твой подчинённый имеют конфликт. Как ты думаешь, как его лучше разрешить?
Как только эти слова прозвучали,
все чиновники Великой Чжоу в отдельном кабинете переглянулись, затем опустили головы, не смея ничего выразить.
Но маркиз Убо внутренне обрадовался.
Это был излюбленный способ Императора говорить: он всегда любил задавать вопрос, чтобы спросить, как его решить.
И именно в этот момент —
Маркиз Дамин поднял чашку с ароматным чаем, отпил глоток и спокойно сказал: — Наша Великая Династия Чжоу — это страна культиваторов, которая возвысилась благодаря боевым искусствам. Что касается этого дела, достаточно одной схватки.