Том 11. Глава 2 – Раскрытие собственной слабости

Часть 1

На станцию Лайм Стрит прибыл весьма необычный поезд, состоящий из локомотива и прикреплённого к нему единственного бронированного вагона. Из этого вагона вышла девушка в белом халате. Её изумрудно-зелёные волосы были заплетены в небрежные косы, ниспадающие на плечи. Несмотря на свой беззаботный вид, эта девушка отличалась особым умом. Оказавшись снаружи вагона, она содрогнулась всем телом:

— У-у-ух, как же холодно!

Следом за ней вышла девушка-автоматон, которая была как две капли воды похожа на свою спутницу:

— Разумеется, на Вас ведь ничего больше и нет, кроме халата.

Тут Ионела чихнула:

— О-о-ох, ну вот, всё испортила. В такие моменты я бываю очень рассеянной.

— Не расстраивайтесь. Госпожа Ионела, Вы – гений, однако от гениальности до глупости всего один шаг.

— Это не комплимент! Как это должно меня утешить?!

Девушка-автоматон накинула на плечи рассерженной Ионелы свою куртку:

— На улице будет ещё холоднее. Пожалуйста, наденьте что-нибудь ещё, помимо одного халата.

— Пожалуй, стоит... Спасибо, Эва.

Выглядела Ионела в таком наряде весьма своеобразно, однако её саму это совершенно не заботило. Она посмотрела в направлении, где находилась академия, и, чувствуя ностальгию, произнесла:

— Интересно, Райшин удивится?

— Скорее всего, так и будет. А ещё, вероятно, он этому не обрадуется, — заметила Эва.

— Э-э-э, почему это? Я ведь ничего плохого не сделала, разве нет? Он должен быть рад моему возвращению.

Эва не стала как-то обнадёживать свою хозяйку. Вместо этого она, сохраняя бесстрастное лицо, будто констатировала факт, сказала:

— Уверена, этот бабник, господин Райшин, увеличил число своих наложниц.

— Я не против. Если в конце концов Райшин станет моим, это будет означать, что мне будут принадлежать и все остальные.

— Так рассуждать очень в Вашем духе. Разве Вы не ревнуете?

— Да не особо. Мне будет достаточно уже того, что я для него номер один~, — констатировала Ионела, улыбаясь до ушей.

— Боюсь, стать номером один как раз будет сложной задачей, — прозвучал чужой женский голос. — С возвращением, Ионела.

Оглянувшись на голос, они увидели стоящую посреди платформы Кимберли. Рядом находилась темноволосая девушка, которую сопровождали два механических ангела.

— Привет, Эмичка, — поздоровалась с ней Ионела. — Спасибо, что пришла меня встретить.

— Пожалуйста, зови меня Кимберли.

— Под важным человеком Вы имели в виду её? — недоверчиво спросила девушка, одетая на мужской манер.

— Верно, — кивнула Кимберли. — С этого момента мы будем её защищать.

Ионела стала нервно озираться по сторонам и в конце концов надула губы:

— У-у-у, как жалко. Я думала, Райшин тоже придёт.

— Мой тупоголовый ученик? — вопросительно приподняла бровь Гризельда. — Не знаю, для чего он Вам, но мне очень...

— Я надеялась, что он поцелует меня при встрече после долгой разлуки и отнесёт в постель.

— Говорите, мы можем её прямо тут зарубить? — обратилась Гризельда к Кимберли.

— Нет конечно. Держи себя в руках.

Ионела, не обращая внимания на враждебный настрой новой знакомой, невинно улыбнулась:

— Рада знакомству. Это ведь ты Мудрец Зельдочка?

— Зельдочка?.. Хм... Звучит довольно мило... — вслух задумалась Гризельда, но быстро прогнала эти мысли прочь. — Не зови меня так! Это слишком фамильярно!

Несмотря на направленный на неё испепеляющий взгляд Гризельды, Ионела продолжала улыбаться. Стоявшие всё это время механические ангелы вышли вперёд и поклонились:

— [ Давно не виделись, мама. ]

— [ Рады снова тебя встретить, мама. ]

— И правда давно~. Как у вас двоих дела?

— Мама?.. — удивилась Гризельда. — Мне сейчас не послышалось?

Оба автоматона кивнули головой:

— [ Так и есть, хозяйка. ]

— [ Госпожа Ионела – наша создательница. ]

— Да что вы несёте? Хотите сказать, вас создал вот этот ребёнок?

— Не спеши с выводами, — сделала ей замечание Кимберли. — С моей точки зрения ты куда больше на ребёнка похожа.

Все сомнения Гризельды сразу улетучились. Она, всё ещё не веря своим глазам, поочерёдно смотрела то на автоматонов, то на Ионелу:

— Я думала, что их создал известный профессиональный кукловод... В их конструкции нет ничего лишнего: они прочные, надёжные, передаваемая им магическая энергия протекает стабильно и непрерывно... Да уж, их в самом деле сделал настоящий гений.

— Мне очень приятно услышать похвалу от самого Мудреца, — поблагодарила её Ионела. — И всё же тут нечему удивляться. В основу их дизайна легла продукция «D-Works».

— Но их эффективность значительно выше. Даже если сравнить с Херувимом, они кардинально отличаются.

— Они ведь всё-таки следующее поколение. Когда оно уступает своему предшественнику, в этом нет ничего хорошего. Эмичка немного покопалась в их магцепях, так что лавры мы делим пополам.

— Так бы гений и сказал. Говоришь так, будто этой действительно очень просто, — усмехнулась Гризельда.

Кимберли подошла ближе к Ионеле, поравнялась с ней и приобняла за плечо:

— Ионела в самом деле гений. Ей в таком возрасте в школе учиться положено, но в вопросах механики она не знает себе равных. И по этой же причине само её существование несёт в себе угрозу. В настоящее время она находится под надзором «Нектара».

— Зачем же тогда она приехала в академию? — задала закономерный вопрос Гризельда. — В свете последних событий «Братство» может снова напасть в любой момент.

— Касательно этого, — заговорила Ионела. — Я вернулась, чтобы взять ответственность за случившееся полгода назад.

— Полгода назад?

— В начале лета в Механическом городе случился крупный инцидент, — подхватила Кимберли. — Я вроде тебе уже о нём рассказывала.

Гризельда сразу же вспомнила о том случае:

— Случай с линкором «Дедал»... Это там, где мой тупоголовый ученик впервые столкнулся с «Чёрным наследником»?

— Да, — кивнула Кимберли. — Тогда безумный принц взял под контроль практически весь Механический город, поставив под угрозу жизнь всех его жителей. Ему это удалось благодаря «Мульти-контроллеру» и «Альфа циклу». Ты ведь лично убедилась, какую угрозу они представляют?

— Да, вчера пришлось изрядно повозиться.

— «Братство» адаптировало эти разработки под ведение боевых действий и применило на практике. И нам нужно придумать меры противодействия как можно скорее. От одной мысли, что их будут применять в зонах конфликтов, у меня мурашки по коже.

— Хм, мне понятны Ваши опасения, но ведь есть ещё множество высококвалифицированных инженеров. Почему нам нужна именно эта девчушка? — указала Гризельда на Ионелу кивком.

— Потому что я лично их создала, — ответила зеленоволосая девушка.

— Чего?..

В тот же момент к ним стал стремительно приближаться снаряд размером с кулак, который с ослепительной вспышкой взорвался на подлёте. От взрывной волны с потолка посыпалось разбитое стекло, ярко сверкая, словно снег на солнце. Этот взрыв произошёл практически к ним в упор, и от мгновенной смерти всех троих спас вовремя выставленный магический барьер Кимберли.

Противник предполагал, что этого окажется недостаточно, чтобы их убить, поэтому в их сторону устремился четвероногий силуэт, петляя в дыму и поднятой пыли. Прыгнув к Ионеле, он попытался вцепиться в её шею своими длинными, похожими на сабли, клыками, но ему помешал появившийся на пути Дигамма, принявший форму меча.

— Заносчивые сволочи! — в гневе воскликнула Гризельда. — Вздумали бросить вызов Мудрецу?!

Следующим ударом меча она отрубила напавшему на них автоматону голову, и тот упал без движения. В следующий миг в сторону Гризельды полетели мелкокалиберные пули, но она не стала подзывать Стигму. Сосредоточив магическую энергию в кончиках пальцев, она отразила их, а затем исчезла с глаз изумлённой Ионелы, что наблюдала за ней. Посмотрев наверх, Ионела увидела, как Гризельда легко и непринуждённо взлетела к потолку.

— Поразительно! — ахнула девушка в халате. — Она смогла наложить эффект «Фрагараха» на саму себя!

Пока она восхищалась Гризельдой, та уже расправилась с прятавшимся в округе врагами.

— Распространение эффекта заклинания на того, кто его применяет... Я думала, что такое возможно лишь в теории!..

— Она исключение. Когда дело касается механического боя, она любому фору даст, — ухмыльнулась Кимберли, подхватив телекинезом упавшее сверху тело одного из нападавших.

На вид он был ещё молод, а его лицо скрывалось за маской. Потеряв сознание, он не двигался. Немного позже Гризельда спустилась на землю, неся под мышкой ещё двоих таких же. Сняв с них маски, все трое оказались поражены.

— Ученики академии? Эй, очнись! — Гризельда принялась трясти одного из них. — Зачем вы пытались нас убить?!

— Прекрати, — остановила её Кимберли. — Ты их так убьёшь.

— Эмичка... Что происходит? — спросила растерянная Ионела.

Кимберли так ничего и не ответила: она просто смотрела на нападавших, заметно помрачнев. Гризельда, теряя терпение, обратилась к ней в надежде получить хоть какое-то объяснение:

— Вы от этих людей хотели защитить Ионелу, или я ошибаюсь?

— Ошибаешься...

— Что?

— Ошибаешься, говорю, — повторила Кимберли. — Мы должны были защищать Ионелу от «Братства», которое могло напасть, чтобы в конечном итоге выманить их и нанести удар. Но такого... Я не ожидала.

— Не могу придумать ни одной разумной причины, по которой ученики напали бы на учителя. Что здесь творится?

— А ты сама подумай... Что ж, ладно, ты всё поймёшь, когда эти болваны придут в чувства.

— Послушайте! — вклинилась в разговор Ионела. — Раз тут такое дело, то что происходит в самой академии?

Кимберли и Гризельда переглянулись.

— Подобное... Может сейчас происходить и в академии, так? Может, нам стоит поспешить туда? — предложила она.

— С другой стороны, они могли явиться за тобой. Не лучше ли будет тебе где-нибудь спрятаться? — возразила Гризельда.

Взвесив оба предложенных варианта, Кимберли в конце концов приняла решение:

— Возвращаемся. О случившемся доложим другим профессорами, а там посмотрим, что скажет директор.

Вся троица вышла из здания вокзала. Снаружи, где уже стала собираться толпа зевак, их ждала машина. Когда Дигамма, Стигма и Эва запихнули в неё трёх учеников, что до сих пор не пришли в сознание, Гризельда и Кимберли внезапно обернулись, уставившись куда-то в сторону одной из улиц.

— Что? — в недоумении спросила их Ионела. — Что случилось?

— Госпожа Ионела, пригнитесь! — Эва заслонила собой хозяйку. — Неподалёку кто-то сражается!

Гризельда, нахмурившись, цыкнула языком:

— Эта магическая энергия принадлежит моему тупоголовому ученику... Но вот противник ему достался не из лёгких.

— Что~? Райшин где-то поблизости? Где? Где?!

— Очень сомневаюсь, что без Яи он справится. Простите, но я должна ему помочь!

— А что с нашим заданием? Защищать её одной будет тяжело.

Кимберли не очень обрадовалась такому решению, и лицо Гризельды приняло мучительное выражение. Ионела же удивилась:

— Вам не стоит за меня переживать. Со мной ведь Эва.

— Это не вариант, — отрезала Кимберли. — Противник не подвержен влиянию «Мульти-контроллера».

— Всё будет хорошо, если только не наткнёмся на кого-то действительно сильного.

— Сейчас рядом с тобой стоит одна из таких, — указала Кимберли на Гризельду.

Посмотрев на неё, Ионела мысленно согласилась, что кто-то её уровня в самом деле сможет противостоять магии Эвы.

— Геройствовать ни к чему. Сейчас ты – козырь академии.

— Угу... — опустила голову Ионела. — Но раз речь зашла о козырях, то, я думаю, Райшин тоже им является.

Кимберли и Гризельда удивлённо взглянули на неё.

— Когда кто-то говорит, что что-то невозможно, он никогда не обращает внимания на эти слова. И в конце концов он делает это возможным. Уверена, это куда более сильное оружие, чем они лишь знания и опыт.

Обменявшись с Гризельдой взглядами, Кимберли слабо улыбнулась и кивнула:

— Ладно, мы с Эванджелин как-нибудь справимся. А ты, Зельда, иди за этим оболтусом.

— Хорошо. Дигамма, Стигма, за мной.

— [ Да, хозяйка. ]

— [ Как прикажете. ]

Гризельда улетела вместе с двумя механическими ангелами. Пусть Ионела обычно вела себя беззаботно, она не могла избавиться от нахлынувшего на неё беспокойства. Стоило ей только вернуться, как она уже оказалась втянута в очередную неприятную историю. Ионела сжала края куртки, которую ей дала Эва. Даже зарывшись в её пушистый воротник, она всё никак не могла избавиться от прилипшего к ней чувства холода.

Часть 2

Райшин в недоумении глядел на рассыпавшийся на осколки стеклянный купол. Люди, впавшие в ступор, наконец пришли в себя и стали в панике разбегаться кто куда. Райшин повернулся обратно к своему учителю и переспросил:

— Вы собираетесь меня убить?

Находившийся неподалёку Раби низко зарычал, а Фрей выпустила свою магическую энергию. Ундзяку сузил и без того узкие глаза, а потом расслабленно произнёс, словно ничего не было:

— Просто шучу.

— Сейчас не время для шуток!

Райшина по-прежнему не покидал зародившийся страх. Пусть его учитель и сказал, что это была шутка, выглядел он как никогда серьёзно. Это заставило даже остановиться прохожих на станции.

Ундзяку отвернулся от юноши и заговорил с озадаченным выражением лица:

— Между прочим, было опасно. В Великобритании это в порядке вещей, бомбы на станциях взрывать?

— Завязывайте уже со своими дурацкими шуточками… Мне сейчас не до них, — отмахнулся Райшин. — Я должен как можно скорее найти Шоко.

— Как и я, — обыденно ответил ему Ундзяку. — Кстати, ты спрашивал, зачем я приехал. Для того, чтобы защищать госпожу Карюсай.

— Защищать?.. Не шутите?

— Совсем нет. Забавно как раз то, что я проделал такой путь и вдруг узнаю, что та, кого я должен защищать, пропала.

— Здесь нет ничего забавного! И в смысле пропала?

— Нет никаких зацепок, где её искать.

— Пожалуйста, позвольте мне связаться с генерал-майором, — попросил юноша. — Я хочу расспросить его о Шоко.

— Увы, не выйдет. Он с тобой даже разговаривать не станет.

Тут Райшина внезапно посетила очень неприятная мысль: что, если это как раз именно японская армия перевернула особняк Шоко вверх дном? Он уже убедился, что перед ним его настоящий учитель Ундзяку, но можно ли ему доверять, юноша сомневался.

— У-у-у… Райшин, как поступим?

Вопрос Фрей, который она прошептала ему на ухо, вернул его из круговорота собственных мыслей.

— Вернёмся пока в академию, — решил Райшин. — Я переживаю за Яю. Ещё я хотел бы попросить о помощи нескольких человек, а там будем расспрашивать людей на вокзале. — тут он повернулся обратно к мужчине. — А что будете делать Вы, учитель? Тоже займётесь поисками Шоко?

— Разумеется, — кивнул Ундзяку, — но прежде я тоже наведаюсь в академию.

— Что? Зачем?

— Ох… Зачем? Как же ты холоден… А я ведь тебе как отец…

Мужчина скривил лицо, будто вот-вот расплачется. Райшин в очередной раз вспомнил проведённые дни с этим человеком, который в любой момент мог что-нибудь учудить.

— Я-то не против, но академия сейчас находится в плачевном состоянии после вчерашних событий. Переночевать Вам будет негде.

— Ничего страшного, — вдруг Ундзяку переключился на Фрей. — Кстати говоря, юная леди, природа Вас не обделила своим даром.

— У-у-у?

— Уверен, Ваши плечи сильно затекают. Однако у меня есть опыт в массаже. Что скажете?

— У-у-у…

Так как они оба продолжали говорить между на японском, Фрей только и могла, что улыбаться. Райшин считал, что так даже лучше, ибо Ундзяку намекал на весьма сомнительные вещи. Когда юноша уже было собрался попрощаться с учителем и отправиться в академию, Раби внезапно навострил уши и принюхался.

— А, этот звук! — воскликнула Фрей.

Затем и Райшин уловил собачий вой – и исходил он из академии. Фрей повернулась к нему и, будучи на взводе, сказала:

— Нужно спешить! В академии что-то происходит!

— Но что именно?

— Не знаю… Когда мы подойдём ближе, я уже смогу видеть их глазами… Но что-то вызвало у них агрессию… Очень скоро они могут…

Прежде, чем Фрей успела договорить, Райшин сорвался с места. Из-за дурного предчувствия его сердце готово было вот-вот выскочить из груди. Он не знал, то ли что-то случилось с Яей, то ли его друзья оказались в опасности, но ему не хотелось вновь остаться в стороне, как это произошло днём ранее.

Райшин и Фрей мчались со всех ног, как вдруг девушка закричала, указывая вперёд, когда они оказались на дороге, ведущей прямиком к главным воротам академии:

— Ворота закрываются!

По прикидкам Райшина, они вполне могли успеть проскочить внутрь до того, как ворота закроются окончательно, но его волновал другой момент:

— Почему?.. Разве главные ворота не должны быть всегда открыты?

— Может, дело в этом? — Ундзяку указал на выстроившихся перед воротами в большую шеренгу людей.

Все они были одеты в одинаковую униформу и имели при себе автоматонов одной модели. Райшин разглядел развевающийся на ветру флаг с изображёнными на нём львом и единорогом, а также гербом со скрещенными мечом и посохом.

— Что-то я сомневаюсь, что они пришли расследовать дело со взрывом, случившимся на вокзале… — вслух подумал юноша.

— Это «Подразделение Машинарта»! — воскликнула Фрей.

Они воочию увидели главное механизированное военное подразделение Великобритании, в которой использовались передовые разработки в сфере машинарта. Оно состояло из трёх дивизий и насчитывало более тридцати шести тысяч военнослужащих и кукол.

— Зачем они здесь?!

— Похоже, они собрались окружить академию, — Ундзяку окинул взглядом окрестности города, когда они остановились на перекрёстке.

На улицах к востоку и западу также были развёрнуты отряды. Одного беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что боевых единиц насчитывалось тысячи. Райшин даже предположить не мог, для чего они все здесь собрались.

Яя находилась на пороге смерти, а сам он оказался прижат к стене. Ему нужно было как можно скорее найти Шоко, но на вокзале произошёл взрыв, а академию окружило «Подразделение Машинарта».

— У-у-у, Райшин, ворота вот-вот закроются!.. — сказала растерянная Фрей.

«Ч то же делать?1..» – Райшн отчаянно пытался что-нибудь придумать. Ему страшно хотелось узнать состояние Яи, но он сомневался, что сможет снова выйти наружу после того, как ворота закроются. Понимая, что иного выбора не остаётся, он развернулся и обратился к Фрей:

— Вернись туда и передай сообщение от меня.

— У-у-у… Что ты задумал?

— Скажи Комурасаки и Хинове, чтобы они подошли к вокзалу. Я буду ожидать их там в течение часа. Если к тому времени они не явятся, я пойду один.

— Пойдёшь?.. Пойдёшь куда?

— Рассчитываю на тебя. Поспеши!

Райшин несильно хлопнул Фрей по спине. Та на секунду смутилась, затем уверенно кивнула, стукнула пятками по бокам Раби, на котором всё это время сидела, и устремилась к академии.

— Надо же, какой хороший дрессированный пёс, — отпустил свой комментарий Ундзяку, словно ничего серьёзного не происходило. — Ну и что, Райшин? Чего будешь делать теперь?

— Придётся идти ва-банк… — ответил Райшин с усмешкой.

Он в очередной раз решил действовать, беря за основу наихудший из возможных сценариев. Чем это обернётся, он сможет узнать только тогда, когда наступит своё время.

Часть 3

Находящийся внутри академии директор Эдвард Рузерфорд наблюдал за перемещениями «Подразделения Машинарта». Он сидел в кабинете своей полуразрушенной резиденции и смотрел в большой хрустальный шар, в котором отражался город. Башни, соединённые стенами академии, были оборудованы специальными магустройствами, передающими изображение в этот самый шар.

— Какое же это великолепное зрелище, когда отважные бойцы «Подразделения Машинарта» маршируют в унисон, — прокомментировал Рузерфорд.

— И откуда только такое спокойствие?.. — недовольно пробормотал себе под нос Персиваль.

Старик сидел на диване, опёршись руками на трость. В помещение задувал холодный воздух, но это словно бы совсем не беспокоило его хилое на вид тело:

— Твой любимчик, «Второй с конца», недавно лишился автоматона.

— Ещё не лишился. Пока рано это утверждать.

— Она долго не продержится. Я внимательно обследовал её биомеханику и благодаря своему опыту могу определить, когда срок службы какой-либо детали подходит к концу. Я полагал, что «подле небесного трона», как гласит пророчество, будет находиться именно эта японская кукла, — Персиваль покачал головой, — но, видимо, я ошибался. Безумный принц тоже подходит под описание этой части. Похоже, «трон» в самом деле является метафорой для титула «Мудреца». В итоге, кто победит на Вечере Мудреца, тот и явит нам механическую куклу.

— Что же, не стоит забегать вперёд…

В этот момент в кабинет вошла Аврил, предварительно постучав по сломанной двери.

— Благодарю за проделанную работу, Аврил, — радушно принял её Рузерфорд. — Прости, что заставил волноваться.

— Не стоит. Вообще я надеялась, что та ведьма Вас уже прикончила.

— Ну что ты такое говоришь, Аврил… — поморщился Рузерфорд.

Аврил отвела взгляд, продолжив недовольным тоном:

— Поверить не могу, что Вы вернулись в этот кабинет. Похоже, удача от Вас ещё не отвернулась, — затем она прочистила горло и надела свою прежнюю маску безразличия. — Но, как погляжу, Вы снова оказались далеко не в самом лучшем положении. Думаю, это можно назвать кармой.

— Похоже на то. Они что-нибудь сказали?

— Её высочество передала приглашение.

— Какая большая честь.

— Она желает, чтобы Вы составили ей компанию во время полуденного чаепития. Столик для этого уже подготовили.

Аврил кивнула в сторону хрустального шара рядом с Рузерфордом. «Подразделение Машинарта» уже окружило всю территорию академии. Пусть кольцо получилось не без изъянов, вырваться из него после встречи с вражеским командующим всё равно стало бы крайне сложной задачей.

Немного подумав, Рузерфорд отодвинул шар в сторону. Персиваль, поняв его намерения, заговорил, будто отчитывал незадачливого ученика:

— Ты серьёзно туда пойдёшь?

— Разумеется. Другого нам не дано.

— Взгляни на академию. Что-то я очень сильно сомневаюсь, что мы сможем выстоять против двенадцати тысяч солдат «Подразделения Машинарта».

Пусть большинство учеников и представляли из себя юные таланты, специально отобранные с каждого уголка света, они не имели реального боевого опыта и были неровня бойцам нынешнего противника. Из-за недавнего нападения на академию число охранников существенно сократилось, и сейчас в их рядах шла полная реструктуризация. Профессора являлись сильными магами, но Рузерфорд не желал использовать их как боевую силу.

Таким образом всё сводилось к тому, что они обречены на поражение, если дело дойдёт до боя.

— В первую очередь необходимо выслушать их, — предложил директор. — Может быть, они просто хотят нас наградить за то, что смогли разобраться с «Братством».

— И что это за награда такая, требующая присутствия такого числа солдат? — съязвил Персиваль. — Тебя просто заключат под стражу, как это случилось вчера.

— Вполне возможно. И всё же в этот раз у меня было время на подготовку.

Директор сосредоточил свою магическую энергию на кончике указательного пальца и нарисовал в воздухе круг. Затем появилось ещё несколько дополнительных линий, завершивших магический круг, и в следующий миг в руках директора уже находился гримуар «Лемегетон», каталог легендарных автоматонов. Пролистывая страницы книги, на губах Рузерфорда заиграла улыбка.

— В чём дело, Рузерфорд? — спросил заметивший это Персиваль.

— Какая досада. Этот бешеный пёс всё же не глуп, — Рузерфорд показал ему открытую страницу, которая оказалась совершенно пустой. — Похоже, он незаметно взял несколько штук. Сколько же из них стали его жертвами…

— Это очень плохо. Нельзя, чтобы даже один из них попал в руки «Золотой розы».

— Что-то мне подсказывает, что ведьма также об этом не знает.

Рузерфорд погрузился в раздумья, поглаживая свою бороду. Затем, кивнув своим мыслям, он велел Аврил:

— Скажи всем студентам, чтобы они готовились к «обряду разделения». Руководить этим делом… Пусть будет Асура Овен. Силам безопасности сообщи, чтобы они действовали по схеме C. Закройте все ворота, без оглядки на меня, соорудите укрепления и готовьтесь к вторжению противника.

Дождавшись утвердительного кивка от Аврил, он обратился к Персивалю:

— Персиваль, пойдёшь на чаепитие со мной?

— Ты хочешь, чтобы я присоединился к этому фарсу? Разве от такого дряхлого старика, как я, будет там какая-нибудь польза?

— Ещё как. Мне тогда не придётся там умирать.

— Ну тогда пошли. Думаю, с собой стоит взять и Магнуса…

— Как там состояние «Гюнес»?

— Стабильное. Однако из-за длительного воздействия света оно несколько ухудшилось.

— Что ж, пусть тогда остаётся здесь. Козырь необходимо использовать, когда это действительно нужно.

— Эм, я тоже…

Когда Аврил подала голос, её остановил Рузерфорд, положив руку на плечо:

— Не забывай о своём положении. Оставляю всё остальное на тебя.

Рузерфорд и Персиваль покинули кабинет. Оставшаяся же в нём Аврил закусила губу и в гневе ударила по столу кулаком.

Часть 4

На вокзале царила прежняя суматоха. Разбитое стекло убрал персонал, а полицейские оценивали причинённый ущерб. Некоторые прохожие с любопытством поглядывали на всё это, а кто-то между собой шептался о случившемся происшествии. Поезда возобновили свой ход, поскольку результат инцидента никак не затронул железнодорожные пути. Райшин и Ундзяку сидели на балконе кафе, которое находилось через дорогу от вокзала, и ждали Комурасаки.

— Понятно. Вот, значит, что было, — выслушав рассказ Райшина, Ундзяку посерьёзнел. — Думаю, теперь мне всё ясно. Получается, та девушка, которую ты зовёшь своим партнёром…

— Да. Всё очень плохо.

— Прости, что внезапно нагрянул в такое время. У меня всегда так, появляюсь в неподходящий момент, — снова улыбнулся мужчина.

— Нет, я рад снова Вас увидеть, — ответил Райшин, вновь почувствовав ностальгию.

Он до сих пор хорошо помнил годы, проведённые в додзё после ухода из клана. Оно не пользовалось популярностью, учеников там было очень мало. Три дня в неделю Райшин находился там наедине с Ундзяку с утра до вечера: вместе они чинили порванные сёдзи, мыли полы и занимались стиркой. Ундзяку относился к тому типу людей, которые особо заморачиваются по мелочам. Он смотрел на всё с оптимизмом и был беззаботным. Из-за этого Райшин никогда не чувствовал одиночества в его додзё.

— И всё же правда несколько досадно, — признался Райшин. — Если бы только мы встретились при других обстоятельствах…

— О, ты только погляди на ту работницу! Её формы – настоящее орудие массового поражения~!

— А можно как-нибудь посерьёзнее! — возмутился юноша. — Разве не Вам нужно Шоко защищать?!

— Э-э-э, ну да…

— Райшин, я здесь!

Подоспевшая Комурасаки запрыгнула на балкон. Её глаза всё ещё были покрасневшими от слёз. Увидев Ундзяку, она с любопытством наклонила голову на бок:

— Кто это?..

— Расскажу по дороге, — ответил Райшин и обратился к мужчине. — Какие у Вас планы, учитель?

— Это я должен спросить. Какие у тебя планы? — он посмотрел на юношу суровым взглядом. — Эта девочка определённо одна из «Сецугецука». Что ты намерен с ней делать?

Готовясь к худшему, Райшин ответил:

— Отправлюсь на поиски Шоко.

— А ты знаешь, где её искать?

— Нет… Но один вариант есть.

— И где же?

— Если я Вам скажу, армия, скорее всего, мне помешает.

— В таком случае и я должен тебе помешать. Я ведь сейчас на их попечении.

Хоть Ундзяку и продолжал улыбаться всё той же беззаботной улыбкой, Райшин видел по глазам, что он абсолютно серьёзен. Юноша бросил мимолётный взгляд на катану, на рукояти которой покоилась рука мужчины, и, после долгих колебаний, всё же решил рискнуть и рассказать:

— Букингемский дворец.

— Там, где находится король этой страны? — опешил Ундзяку. — Почему туда?

— Похоже, с нынешним королём я знаком. Схожу к нему попить чаю и немного потолкую.

— О чём ты с ним болтать собрался? И зачем тебе понадобилось аж лично к королю?

— У Шоко было кольцо, которые носят члены «Братства». Раз так, значит, оно как-то с этим связано.

Комурасаки широко распахнула глаза. По её реакции Райшин понял, что она ничего об этом не знала. Это развеяло его подозрения, что сёстры-автоматоны могли быть также в тянуты во всё это.

— Спросив напрямую, — продолжил он, — я сразу узнаю, является ли Шоко союзником или врагом «Братства». И я знаком только с одним человеком, который знает, где их отыскать.

— И это король? — приподнял бровь мужчина. — Потому ты решил пойти прямиком в пасть льву?

— Беспокоиться тут не о чем. Я ему очень нравлюсь, так что уверен, он меня обязательно выслушает.

Ундзяку некоторое время молча мерил его взглядом, после чего вздохнул:

— Я поражаюсь, что тебя с таким поведением до сих пор не выперли из японской армии. Даже не сомневаюсь, что и у госпожи Карюсай с тобой куча хлопот. Может, ты ей наконец просто надоел?

— Такое… Тоже возможно.

Райшин вспомнил, как Шоко не раз ему говорила подобное, но это только добавляло ему причин отправиться во дворец.

— Райшин, ты меня-то одолеть хоть сможешь? — вдруг спросил Ундзяку.

— Чего?..

— Если сможешь, останавливать тебя не стану. В противном случае ты просто встретишь глупую смерть. Коль так, тогда уж лучше я собственными руками тебя здесь и прикончу. Это станет актом моего милосердия как твоего учителя.

— Эй, подождите! Вы слишком бросаетесь в крайности!

— Видишь ли, вчера у меня была дуэль с Мудрецом Райкконеном.

От этих известий Райшин потерял дар речи. Как он понял, это произошло тем же вечером, когда ему удалось взять верх в схватке с Райкконеном. У того всё ещё оставались силы, чтобы дать достойный отпор, но Райшин не увидел ни ожогов на теле Ундзяку, ни других ран:

— Вы его… Победили?

— Он сбежал. Он был порядком измотан, практически без подчинённых, но даже воспользовавшись трусливым способом, чтобы к нему приблизиться, мне не удалось его убить. Если бы я встретил его, когда он полон сил, то едва ли бы выжил. Да уж, рисковая была работёнка~.

Райшин поразился тому, как буднично он рассказывал о ситуации, в которой мог погибнуть. Это навело его на мысль, что мужчина не раз и не два рисковал собственной жизнью.

— Иначе говоря, если не сможешь победить меня, то Мудреца и его сподвижников тем более. Так почему бы нам не испытать твои нынешние силы?

Ундзяку бросил одну из своих катан Райшину. Ощутив в руках тяжесть клинка, к Райшину вернулось давно забытое чувство.

— Одолжу её тебе ненадолго. Обнажи её.

— Отказываюсь, — тут же ответил юноша. — Я не собираюсь драться насмерть в таком месте, и... Я уже поставил крест на катане.

— Поставил крест? Чего это?

Райшин ничего не ответил, только лишь пристально смотрел на него. Ундзяку хоть и озадачили его слова, допытываться до причин он не стал:

— Что ж, не важно. Вот только если не обнажишь, то просто-напросто умрёшь.

Райшин тут же ощутил сильное давление, исходящее от Ундзяку, который ещё даже не достал свой клинок. Такое же давление он чувствовал от директора и Гризельды. Находящаяся рядом Комурасаки вздрогнула и невольно потянулась к короткому мечу у неё на поясе. Райшин в это время принялся быстро прикидывать возможные варианты.

Если успею активировать «Яэгасуми» Комурасаки, одолеть его труда не составит. Но... Стоит ли так поступать? Побеждать магией того, кто всю свою жизнь посвятил искусству меча, жестоко.

Его также останавливал тот факт, что Ундзяку в самом деле был ему как приёмный отец. У Райшина не было ни малейшего желания с ним сражаться, поэтому он просто бросил катану обратно своему учителю.

— Что такое? Испугался? — спросил тот.

— Сказал ведь уже, я поставил крест на катане.

— Тогда объясни мне причину.

— Ей нельзя разрубить железо. Если Яя ударит ей со всей силы, клинок просто сломается. Поэтому она нам ни к чему. Кроме того... Мечом я никого не смог защитить.

Чувствуя горький привкус во рту, Райшин продолжил, хоть это и казалось ему неуважительным по отношению к его учителю:

— Я не смог защитить ни Надешико, ни отца, ни мать. Я не смог добраться до него... С мечом в руках.

— И хочешь сказать, с магией тебе это удастся?

— Именно! Если бы я не потратил столько времени на этот меч... Если бы учился искусству кукловода в клане Акабанэ!..

Если бы я остался рядом с Надешико, как обещал. Тогда, возможно, она была бы жива. Я мог бы хотя бы попытаться её защитить.

— Я тогда опоздал! — воскликнул юноша. — Я не смог даже попробовать её защитить!..

— Ну и ну, у меня просто нет слов~... Детская же у тебя логика, — ответил Ундзяку беззаботным тоном.

Райшин удивлённо вытаращил на него глаза.

— Чего на меня так смотришь? Ты ждал, что я утешать тебя буду? — спросил мужчина, после чего твёрдо заявил: — Мне, конечно, жаль твою семью, но свою младшую сестру ты не смог защитить не потому, что не обучился ремеслу кукловода, а потому, что ты был слаб.

— Да, так и есть... — согласился Райшин, опустив голову, затем уверенно ответил: — Поэтому я решил стать кукловодом.

— Ты говоришь, что не смог никого защитить мечом. Это звучит так, будто бы ты овладел им в совершенстве. Если бы это действительно было так, я бы и слова против не сказал, — Ундзяку небрежно поднялся со своего места, не принимая никакой стойки. — Но лепет какого-то желторотика я слушать не собираюсь.

Дальше всё произошло в мгновение ока – даже Райшин, обучившийся «Всевидящему оку», не понял, что с ним случилось.

Часть 5

— Живи!.. — крикнул отец Райшина, вынося сына из огня при помощи подвластной ему куклы.

Как только Райшин оказался в саду, потолок обвалился прямо на его отца. Кукла тут же перестала двигаться, потеряв источник магической энергии.

— Отец!.. — закричал мальчик, не обращая внимания на дым и обижающий горло жар. — Отец!.. Надешико!.. Проклятие!..

Его слова утонули в рёве полыхающего пламени. Вид бездыханного тела с извлечёнными органами, что когда-то принадлежало его сестре, навсегда отпечатался в его памяти.

Он даже не задумывался о том, почему это случилось. Райшин родился в одной из известных семей кукловодов, поэтому он знал, что такое «запретная кукла». И Надешико была использована в качестве материала для её создания.

«Чтобы создать... Бога?!.. – для него произнесённые братом слова казались лишёнными всякого смысла. – Бога? Кого именно он имеет в виду? Шикигами? Или какое-то божество?»

Райшин всецело уважал своего старшего брата и доверял ему, но никак не ожидал, что он способен сотворить такое.

Тут на глаза мальчика попалась лежащая неподалёку катана, что принадлежала одной из кукол. Её ножны обгорели, как и обмотка рукояти. Стоило ему взять катану в руки, как на него будто бы снизошло озарение: с ней он сможет отомстить, убив своего брата.

— И что ты собрался с ней делать?

Как только его ушей достиг голос вышедшего из багрового пламени брата, Райшин выхватил из ножен катану и встал в боевую стойку:

— Брат Тен!..

Рядом с парнем стояли шесть девушек, одетые в чёрные одежды, а их лица скрывались под вуалями. Все они являлись не людьми, а куклами его брата.

В этот момент внутри Райшина словно что-то сломалось. Он дал волю своему гневу и побежал на своего брата. Тот же в свою очередь даже не шелохнулся, ровно как и его куклы. Ему оказалось достаточно просто взглянуть на катану, чтобы её клинок разлетелся на части. Возникшая ударная сила отбросила Райшина назад. Мальчик катился по мощённой дороге сада, пока не врезался в стену. От силы удара его сознание стало постепенно угасать.

«Это был телекинез?.. Просто сосредоточил магическую энергию в одной точке?!..» – чувствуя во рту привкус крови, Райшин закрыл глаза. Первый урок ему преподал отец, а второй – старший брат. Как бы искусно он не овладел мечом, перед лицом магии у него нет ни шанса.

«Надешико... Прости меня...» – из его сомкнутых глаз потекли слёзы. Он проклинал себя за слабость, пока в конце концов не потерял сознание.

Часть 6

В воздухе затанцевали срезанные локоны волос Райшина. Он почувствовал, как что-то из его снаряжения упало на пол, но времени проверить, что именно, у него не было. Разрезаны оказались даже перила балкона, на котором они сидели, а чайный сервиз подбросило в воздух ударной волной. Разрывающий само пространство удар сбросил Райшина и Комурасаки вниз на улицу.

Приземлившись, юноша заметил, что взмах клинка его учителя оставил на поверхности трещину земли. Вспоминая свои тренировки с Ундзяку, он ни разу не видел, чтобы мужчина хоть однажды демонстрировал что-то подобное.

— Райшин, ты цел?! — спросила его взволнованная Комурасаки.

Обратив внимание на направление её взгляда, Райшин ощутил, как с его лба стекало что-то тёплое. Коснувшись его, он убедился, что это его собственная кровь. Сперва он подумал, что смог чудом увернуться от атаки учителя, отделавшись лишь небольшим порезом, но быстро отмёл эту мысль. Мужчина осознанно ударил так, чтобы лишь легонько его задеть, в то время как сила удара позволяла ему разрезать целые здания. Уверенность Райшина в своей победе над ним пошатнулась.

После недолгой тишины на улице воцарился хаос. Даже привыкшим ко всем возможным невзгодам жителям Механического города размахивающий катаной самурай показался настолько ужасающим, что они бросились наутёк, мешая полицейским подойти ближе к месту происшествия.

— Ну и ну, что за переполох~, — произнёс Ундзяку без малейшего намёка на раскаяние и спрыгнул с балкона.

Райшин сразу же встал в боевую стойку и выпустил наружу магическую энергию:

— Учитель... Что с Вами произошло за прошедшие три года? Это же настоящая магия!..

— Это я должен спрашивать. Что с тобой произошло за прошедшие три года? Или совсем ничего? Ничего, что заставило бы тебя наконец раскрыть глаза?

Тогда Райшина осенило: это не Ундзяку стал сильнее, а просто он сам не приблизился к уровню мастерства своего учителя. Райшин не пытался постичь силу учителя, а тот в свою очередь не собирался её демонстрировать – не было никакого смысла этого делать в тренировках с деревянным мечом. Теперь же, набравшись опыта как маг, юноша понял, в чём заключался смысл техники контроля дыхания, которой учил его Ундзяку. Все те тренировки и проведённые за медитацией часы казались тогда ему бесполезными для мечника, но учитель настаивал на обратном. Именно благодаря тем основам, которым Ундзяку научил Райшина, магия стала даваться ему значительно проще, чем раньше.

— Ну что, очнулся наконец? — Ундзяку выставил перед лицом Райшина острие обнажённой катаны, словно выносил ему смертный приговор. — Если бы ты в достаточной степени овладел мечом, то смог бы спасти свою сестру. Но ты предпочёл сбежать, чтобы заняться изучением магии, как дитё малое... Разве не так же всё было, когда ты сбежал из клана Акабанэ?

Слова учителя ножом пронзили сердце Райшина. «Он прав, – подумал юноша, стиснув зубы, – я просто сбежал. Отвернулся от пути кукловода, которому испокон веков следовала моя семья, чтобы учиться владению мечом... А затем бросил и это дело, оправдываясь тем, что магия сделает меня сильнее».

— Тебя разочаровал путь меча? Жалкое оправдание. Ты просто приписал ему свою слабость и причину собственного поражения – не более. И крест, как ты говоришь, поставил лишь потому, что не хочешь вспоминать, насколько слаб ты был в тот день – вот и всё, — как бы ни были беспощадны его слова, Ундзяку произносил их характерным для него жизнерадостным тоном. — И что в итоге? Ты стал полагаться на самую сильную японскую куклу, которая защищала тебя всё это время. Что же с ней стало теперь?

Несмотря на своеволие Райшина, Яя всегда поддерживала его, даже если приходилось ослушаться приказа.

— Не говорите так! — воскликнула Комурасаки, вытащив Райшина из океана собственных горьких мыслей. — Даже если вы и учитель Райшина, не нужно быть таким жестоким! Райшин потрясающий! Я не вру! Он обязательно что-нибудь придумает, чтобы спасти сестрёнку Яю... И обязательно спасёт сестрёнку Ирори и Шоко!

Девочка закусила губу, стараясь сдержать слёзы. Райшин положил руку ей на плечо, притянул к себе и посмотрел на своего учителя. Он признавал собственную слабость, и никак не мог отрицать тот факт, что в прошлом всё время убегал. «Некогда мне сейчас отчаиваться, – мысленно осадил он себя. – Я спасу Яю, найду Ирори и верну Шоко!»

— Вижу, сейчас ты набрался уверенности в себе, — Ундзяку взглянул на Райшина с прищуром. — Готов меня одолеть?

— Именно. Извините, учитель, но я пойду туда, даже если мне для этого придётся убрать Вас с пути.

— Прекрасно. Тогда бери катану.

— У меня есть вариант получше. Комурасаки!

— Да!

Райшин передал Комурасаки магическую энергию, активировав «Яэгасуми», эффект которого сделал их невидимыми.

Использование всей мощи «Яэгасуми» позволяло обмануть не только зрение, но и все остальные органы чувств, делая маскировку практически совершенной. Даже со «Всевидящим оком» нельзя было определить их точное местоположение.

Взгляд Ундзяку блуждал с одного места на другое. Комурасаки зашла к нему с левого фланга, дабы поразить его своим коротким мечом. Такую же атаку не удалось отразить Райкконену, поэтому Райшин был уверен, что она же поможет ему победить учителя. Однако мужчина перехватил колющий удар голой рукой. «Он успел поставить барьер?!» – не мог поверить своим глазам юноша.

Комурасаки пыталась вырвать клинок из хватки Ундзяку, но безуспешно, что поразило Райшина ещё больше. Вскоре эффект «Яэгасуми» развеялся, раскрыв Комурасаки.

— Наивный ты. Я так понимаю, ты ничего не поймёшь, пока снова кого-нибудь не потеряешь?

Всё ещё держа рукой короткий меч, Ундзяку замахнулся катаной.

— Бросай меч, Комурасаки! — выкрикнул Райшин и выпустил в сторону учителя нити магической энергии, прибегнув к «Коёкуджину».

Он надеялся таким образом остановить атаку мужчины, но тот оказался быстрее, и нити не достигли своей цели, промахнувшись. Удар катаны Ундзяку должен был рассечь голову замершей Комурасаки, но тут прозвучал лязг стали, и траектория удара немного сместилась. Вместо головы он рассёк землю, оставив на мостовой длинную трещину.

Помешал Ундзяку завершить начатое белый механический меч.

— Достаточно, — заявила внезапно появившаяся Гризельда.

Её меч вернулся обратно к ней и принял форму механического ангела. Комурасаки обессиленно рухнула на колени, испытав облегчение.

— Ты цела, цветочная девочка? — поинтересовалась у неё девушка. — Отойди в сторону. Я этим займусь.

Переключившись на Ундзяку, она заговорила суровым голосом:

— Не мешай моему ученику. Он сейчас очень занят.

— Английским я плохо владею, но основной смысл твоих слов я уловил, — Ундзяку радостно улыбнулся и продолжил на корявом английском: — Вынужден ответить «нет». Я исполняю свою роль.

— Значит, отступать не собираешься, да?.. Ладно. Мне так даже лучше. Всегда хотелось узнать, чего на самом деле стоит катана, — Гризельда взглянула на Райшина через плечо. — Иди давай, тупоголовый ученик.

Выпустив магическую энергию, она повернулась обратно к мужчине.

— Настал чред Мудреца потягаться с этим страшным типом.