Том 4. Глава 2. Широкий спектр мыслей. Часть 2 (2)
— Таким образом, мы признаем надёжность этой стратегии до тех пор, пока кто-нибудь не узнает, к какому классу принадлежит «цель». Всегда существует вероятность того, что разрыв в очках между классами увеличиться еще больше. Если все «цели» принадлежат к определенному классу и в конечном итоге они поддержат его, тогда этот класс сможет получить миллионы приватных баллов. Хотя классные очки и не будут затронуты, я уверен, что все понимают, какое влияние может оказать разница в приватных баллах. – противопоставил Хамагучи.
Хамагучи прав, приватные баллы также чрезвычайно полезны. Например, можно купить тестовые баллы или даже сменить свой класс, всё зависит от того, как ты захочешь их использовать. Хамагучи также прав, полагая, что «цель» может предпочесть пожертвовать свои баллы классу, чтобы использовать их в подобной манере. Но такой довод не сработает против класса А, ведь Катсураги, должно быть, уже понял «трюк», скрытый в этом экзамене. В противном случае они бы так смело не предложили подобную стратегию.
— Тщательно подумайте над этим, школа, безусловно, не даст какому-либо классу несправедливое преимущество в подобном экзамене. Ведь они особо отметили свою беспристрастность перед началом экзамена на объяснении. Конечно, нельзя отрицать тот факт, что в каждой группе всего одна «цель», но это не так важно. Важно то, что у каждого класса «равная» возможность иметь «цель». Таким образом нельзя отрицать тот факт, что на этом экзамене оба класса А и D начинали одинаково, с одной стартовой линии. – сказал Машида.
Те, кто защищает стратегию Катсураги, естественно будут настаивать на том, чтобы здесь не было никакой дискуссии, что позволило бы очкам равным образом распределиться среди классов, независимо от того, к какому классу принадлежит «цель».
Но Хамагучи быстро ответил на неожиданное предложение А класса.
— Я признаю, что школа позаботилась о том, что каждый класс стартовал в равной степени справедливо. И если взять эти слова за основу, то определенно, ход ваших мыслей правильный. Но мы не можем быть уверены в этом факте. – это была суровая правда, но Хамагучи сделал всё возможное, чтобы озвучить её. Школа, безусловно, попытается избежать предвзятости, не назначая «цель» определенным классам. Любому было бы достаточно просто догадаться до этого.
— Я считаю, что вы тоже понимаете, что, разговаривая друг с другом сейчас, мы только создадим подозрения и сомнения в наших групповых отношениях. В какой-то момент даже они в целом могут развалиться. Действительно, существует вероятность того, что таким образом вы найдёте «цель», но в этот момент также появится риск появления предателя, заставив саму группу при этом страдать. – продолжил Машида.
— Ты прав, будет неплохо, если мы все выиграем, когда только школа понесёт потери. – сказала Ичиносе, будто бы она приняла стратегию Катсураги.
Машида смотрел на нас лицом, которое, казалось, говорило, что именно он был тем, кто предложил логический ход действий, но не похоже, что Ичиносе смиренно приняла их стратегию.
— Но реализовать подобную стратегию будет сложно, возможно, даже сложнее, чем если бы мы просто разговаривали друг с другом. Я не буду говорить, я не буду сомневаться, и я не буду предавать. Если не все студенты будут соблюдать эти правила, ваша стратегия бессмысленна. Поскольку школа уже гарантирует анонимность для студентов, доверие между всеми также становиться под вопросом. Было бы замечательно, если б баллы распределились одинаково между всеми нами в конце, но не может ли здесь быть также и риска того, что кто-то нарушит это доверие и возьмет баллы себе?
В таком случае один студент получит для себя баллы и скроет это от своего класса. Это действительно повлечёт за собой неловкую атмосферу.
Похоже, что план Катсураги заключается в том, чтобы придерживаться обороны, как бы создавая барьер для группы. Это его стратегия. Добиться сотрудничества со всеми в группе было бы, конечно, непросто, но сама стратегия всего лишь требует, чтобы человек вообще не разговаривал, простое правило, которое смог бы соблюдать каждый. Можно сказать, что эта стратегия отменяет планы школы и в первую очередь ставит под сомнение данный экзамен.
— Разве это не прекрасно? Я не вижу в этом никаких проблем. Как только экзамен закончится, мы можем просто поговорить друг с другом в наших классах и поделиться приватными баллами между собой. – мнение Сотомуры, по-видимому, разделяют и ученики класса С, так как девушка по имени Манабе также согласилась с ним.
— Я тоже согласен, если мы сможем поделиться своими баллами после окончания экзамена меня всё устроит. Лучше так, чем рисковать появлением предателя, по-моему, не слишком реалистично пытаться найти «цель» просто разговаривая друг с другом. – сказав это, Юкимура глубоко задумался, но даже он не выдвинул никаких возражений против этой стратегии.
Чувствуя, что оппозиция утихла, Машида слегка усмехнулся.
— Понятно, возможно, как Машида-кун и говорит, проблема может быть решена после экзамена в каждом классе, хмм? – сказала Ичиносе, скрестив руки, глядя сначала на свой класс, затем на класс D и класс С.
— Я хотела бы прийти к консенсусу всей группой, вы же не против? Если вы согласны с этой стратегией, пожалуйста, поднимите руки. – продолжила она.
Юкимура и Сотомура из класса D, а также некоторые ученики класса С колебались при этом, но через некоторое время, хоть и разрозненно, они таки подняли руки.
— Ибуки-сан, что насчёт тебя? Можем ли мы услышать также и твоё мнение? – спросила она Ибуки.
— У меня нет конкретного мнения, в любом случае всё равно ничего не изменится, так что продолжайте, как хотите. – кажется, что Ибуки не хотела ничего говорить на этом этапе. Она явно отличается от трех других учеников класса С.
Поскольку Манабе и другие девушки совсем не удивились, похоже это обычное поведение Ибуки.
— Понятно, вот в чём заключается твой план. Что насчёт Каруизавы-сан? – спрашивает её Ичиносе.
— На самом деле… Меня всё это раздражает. Всё меняется в зависимости от того, все мы получим баллы или только я получу их. Не похоже на то, что мы гарантированно получим баллы, просто разговаривая друг с другом, верно?.. Я бы просто хотела, чтобы этот экзамен наконец закончился, чтобы я смогла снова веселиться. – ответила она.
Несмотря на то, что Каруизава просто высказала своё мнение, кажется, что её слова резонировали с довольно многими другими учениками.
— Тогда что насчёт Хамагучи-куна?
— Мы оставим наше решение на усмотрение Ичиносе-сан. – быстро он ответил.
Похоже, что доверие к Ичиносе в её классе непоколебимо, поскольку двое других учеников класса В также кивнули в знак согласия.
— Спасибо вам, и напоследок, что насчёт Аянокоджи-куна? – спросила Ичиносе, повернувшись ко мне, ведь я был последним, кто еще не высказывал своего мнения.
— Я думаю, что их стратегия просто превосходна, кроме того, большинство уже согласились с ней. И, в любом случае, я совсем плох в общении.
Я сказал это в пользу стратегии Катсураги. Но… не похоже, что Ичиносе согласится с этим.
Вернее будет сказать, что, если они так просто смирятся с ходом развития событий, будущее класса В будет действительно мрачным. Потому что в стратегии Катсураги есть условие, с которым трудно смириться.
— Тогда решено – сказал Машида.
— Подожди. Стратегия Машиды-куна… нет Катсураги-куна безусловно не так плоха, никому не нужно ни в ком сомневаться, охотиться на кого-то или причинять кому-либо боль. Я могу понять, почему все хотели бы следовать этому плану. Трудно увидеть какие-то недостатки в этой стратегии, но если вы тщательно подумаете об этом, то поймете. Это не потому ли, что вы принадлежите к классу А, вы можете предлагать подобную стратегию? Существует недостаток, скрытый в этой стратегии, который мы не смогли увидеть. – продолжила Ичиносе.
Ичиносе вернула свои позиции, что выглядело также, будто бы затонувшая подводная лодка внезапно появилась со всплеском из моря.
— Скрытый недостаток? Чтобы это могло быть? – спросил Юкимура с голосом, звучавшим так, будто он не задумывался об этом настолько глубоко.
— Действительно, предполагая, что каждый класс имеет одинаковые шансы на назначение «цели» именно их классу, лучшим способом заработать большое количество очков для всех нас было бы вообще не разговаривать друг с другом. От этой стратегии в данном случае будут сплошные преимущества. Однако, это будет несправедливо по отношению к низшим классам, что их шанс пропадёт впустую. – объясняет она.
— Это!..
— Мы до сих пор не знаем, сколько специальных экзаменов произойдет до нашего выпуска. И текущий разрыв класса А от остальных классов также следует учитывать. Стратегия совместной работы с другими классами была предложена еще во время теста на острове. Другими словами, каждый раз, когда у нас будет экзамен, классу А всего лишь то нужно использовать эту стратегию, в результате чего окончательная позиция классов будет сохранена до выпуска. – продолжила Ичиносе.
Лицо Юкимуры сразу же исказилось от этого объяснения, как будто задаваясь вопросом, как он не заметил такой простой вещи. Машида хитро сформулировал свое предложение, ведь внимание каждого было сосредоточено только на том, чтобы избежать «потери», не учитывая ничего другого кроме этого. Вот почему даже Юкимура быстро согласился с ним, не учитывая, как это отразится в дальнейшем.
— Даже если мы непременно получим баллы подобным образом, я не могу упустить такой ценный шанс. – завершила Ичиносе.
— Похоже, что Ичиносе-сан приняла своё решение, мы последуем её примеру. – сказал после её слов Хамагучи.
— Погоди, Ичиносе. Я понимаю, что ты пытаешься сказать, но если мы будем действовать согласно твоему предложению, будет только один возможный результат. Но даже если мы все будем сотрудничать, все классы получат одинаковое количество очков. Результат, которого ты желаешь, не произойдёт. Или ты пытаешься выявить «цель» через обсуждения, чтобы В класс в конце концов предал нас и получил одним махом все очки? Ты преднамеренно спросила всех, желают ли они первого исхода. Но я не думаю, что ты заслуживаешь доверия. – противопоставил Машида.
— Ты говоришь, что разрыв между классами все равно не изменится. Но это ложь. Посмотри на количество учеников из каждого класса. По четыре студента из классов D и С, а также по три из А и В. В любом случае количество баллов для каждого класса будет различаться, так что разрыв тоже изменится, верно?
— Возможно, но устроит ли тебя и класс В, в данном случае с меньшим количеством учеников, такой исход? Достаточно ли ты свята, чтобы пожертвовать позицией своего класса, чтобы помочь более низшим классам вырасти? – спросил он Ичиносе.
— Если нет, класс А безусловно будет в выигрыше от текущей стратегии. В конце концов было бы особенно проблемно, если бы «цель» оказалась в классе А.
Конечно, если «цель» не принадлежит классу А, тогда не было бы никакой необходимости Ичиносе быть такой агрессивной. Однако, пока такая возможность существует, она будет настаивать на необходимости дискуссии.
— Я согласен с Ичиносе-сан, мы не можем позволить классу А занять лидирующие позиции, используя их стратегию. – подключается и Хамагучи.
Первое время я был удивлён, когда услышал о стратегии фракции Катсураги, но теперь, после того, как Ичиносе и Хамагучи отметили это, их план стал больше похож на блеф, чем на что-либо еще. Он был похож на нечто, что было запланировано еще в день разъяснения сути экзамена.
Я полагаю, что только потому что она знает методы А класса, она смогла противостоять таким аргументам. Даже ученики, которые когда-то выступали за их стратегию, теперь остались бы нейтральными или даже встали бы на сторону Ичиносе. Поле битвы теперь превратилось в класс В во главе с Ичиносе с одной стороны и класс А во главе с Машидой с другой, в то время как классы С и D – это то, ради чего они боролись, переманивая их на любую из двух сторон. И сейчас ход событий повернулся в интересах класса В.
— Понимаю, значит вы приняли своё решение. Просто помните, что класс А уже сделал свой выбор. Впредь мы не будем говорить с вами по какой бы то ни было причине. Вы все можете обсуждать всё, что пожелаете, но только между собой. – наконец сказал Машида и вместе с этим трое учеников класса А молча перешли в угол комнаты.
Похоже, оставшееся время они будут проводить вот так.
Я уверен, что другие ученики А класса сейчас делают тоже самое и в других группах. Делая так, будет чрезвычайно сложно найти «цель», если она принадлежит классу А.
— Что же нам теперь делать? – Ичиносе повернулась к оставшимся трём классам и спросила.
— Я ненавижу быть той, кто исключил вас, ребята, но если это решение вашего класса, то тут уже ничего не поделаешь. Если вы захотите присоединиться к нашей дискуссии, скажите об этом в любое время. – Ичиносе направляла эти слова классу А.
Ичиносе изо всех сил старалась позвать А класс, но, похоже, они уже приняли свое решение. Класс А сохранял молчание и вообще не отвечал на вопросы.
— Разве возможно найти «цель» без сотрудничества класса А? – тем, кто задал этот вопрос, как бы жалуясь на Ичиносе, был Юкимура.
Его отношение теперь было совершенно иным, чем совсем недавно, когда он был готов принять более удобную стратегию класса А, но я полагаю, что Юкимура просто хочет сохранить класс D активным участником дискуссий.
— Да, но если «цель» находится в классе А, будет довольно сложно выявить её личность. Но я бы сказала, что эта вероятность находится на нашей стороне в соотношении 3 к 1. Даже если мы не знаем «кто», если мы узнаем «где», нам будет по крайней мере легче, не так ли? – кажется, Ичиносе не хочет точно узнать, кто является «целью», она скорее хочет узнать к какому именно классу принадлежит «цель», особенно если она находится в классе А.
— Ничего не поделаешь с тем, что они отказываются говорить. И если «цель» находится в одном из оставшихся трёх классов, я буду ужасно к ним относиться. Но даже если «цель» находится в классе А, я бы пока не хотела обсуждать, что мы будем делать в таком случае. – Ичиносе смело нанесла ответный удар стратегии Катсураги, сформировав альянс между тремя оставшимися классами.
— … Я по-прежнему не могу доверять тебе. – выступил Юкимура против Ичиносе.
Видимо, Манабе из класса С также согласилась с Юкимурой.
— Если «цель» находится в А классе, не будет ли слишком сложно выявить её личность?
— Я не думаю, что нам нужно забегать так далеко, сейчас стоит лучше определиться с классом, к которому может принадлежать «цель», этого будет достаточно, не так ли? – ответила Ичиносе.
Если вы посмотрите на это с точки зрения «цели», задумка трёх классов объединить усилия, чтобы найти её, была бы ужасающей.
— Это только моё предложение на начале дискуссии. Если мы продолжим наше обсуждение, наверняка появятся и идеи получше. Я имею ввиду, что экзамен только начался. Мы можем потратить немного времени, чтобы решить, чьи идеи использовать, а чьи нет. – продолжила она.
Начнём с того, что никто не мог спорить ни с планом Машиды, ни с планом Ичиносе, поскольку ни один из нас не может предложить что-либо другое. Как сказал Хамагучи, было бы несправедливо отвергать их предложение, не предлагая чего-нибудь лучшего взамен. На данный момент я не должен торопить события, не выяснив, как будут действовать остальные. В конце концов, люди с низкими коммуникационными навыками, как правило, просто плывут по течению в подобных ситуациях.
— Ты ведь Каруизава-сан, верно? Я хотела бы тебя кое о чём спросить. – девушка из класса С по имени Манабе обратилась к Каруизаве.
Казалось, Каруизава и сама не ожидала услышать своё имя, поэтому она быстро отвернулась от своего телефона.
— Чего? </p
— Возможно, это просто мое недопонимание, но в течение летнего отдыха, не было ли у тебя ссоры с Рикой? – спросила она.
— Хах? Что это должно означать? Кто такая Рика? – спросила Каруизава.
— Она из нашего класса, носит очки, причёска с двойным пучком, ты не помнишь её?
— Нет, видимо ты обратилась не к тому человеку. – Каруизава отмахнулась от них, как будто они не имели к ней никакого отношения, и снова начала смотреть на свой телефон.
Но следующие слова Манабе вызвали изменения в выражении лица Каруизавы.
— Разве это не странно? Мы слышали другую историю. Что Каруизава из класса D обидела нашу Рику. То, что она ждала в очереди в кафе и ты вытолкнула её оттуда. – сказала Манабе.
— … Я понятия не имею, о чём ты говоришь. У тебя ко мне какие-то проблемы? – ответила Каруизава.
— Не совсем, просто проверка. Но если это правда, я хочу, чтобы ты извинилась перед Рикой. Рика такой человек, который будет молчать о подобных инцидентах, так что, как её одноклассники, мы заступимся за неё.
Похоже, что не только в нашем, но и в других классах Каруизава имеет репутацию смутьяна[2]. Я отвернулся от них. В конце концов можно даже пострадать, имея дело с классом С. Каруизава также пытается их игнорировать, но, похоже, этим она только заставила Манабе разозлиться.
[2] Тот, кто вносит смуту, раздоры
Затем Манабе достала свой телефон и направила камеру в сторону Каруизавы.
— Тогда ты не возражаешь, если я проверю это у Рики, не так ли? Если ты ничего не сделала, то и проблем у тебя не будет, верно?
И в этот момент Каруизава неожиданно встала и выхватила телефон из рук Манабе. Она приложила немало сил, так что телефон пролетел немного в воздухе и с треском упал на пол.
— Какого черта ты творишь?! – Манабе крикнула Каруизаве.
— Это мои слова, не делай моё фото без разрешения, я уже сказала тебе, и ты не послушала!
Обе стороны отрицали претензии друг друга, и по мере того, как их ссора раздувалась, Ичиносе смотрела на них, как бы пытаясь понять, кто прав, а кто нет.
— Что ты собираешься делать, если мой телефон сломается?
— Что? Просто скажи школе и купи себе новый! – резко ответила Каруизава.
— … в этом телефоне было несколько ценных для меня фотографий. – сказала Манабе, по мере того, как поднимала телефон с пола и смотрела на Каруизаву, тая на неё злобу.
Две другие ученицы класса С поддержали Манабе и встали перед Каруизавой, как бы запугивая её.
— Что… ты пытаешься сказать, что это я здесь плохая?
— Если ты действительно не виновата, почему ты так защищаешься? Просто позволь мне сделать фото. – сказала Манабе.
— Я… не хочу этого.
Я ожидал, что Каруизава ответит еще с еще большей силой, но она звучала на удивление слабо. Или, точнее сказать, что несмотря на то, что она пыталась казаться сильной, я мог услышать страх в её голосе. Возможно, это было просто моё воображение.
— Разве ты не пытаешься просто скрыть свои действия? – Манабе останавливает камеру на Каруизаве, как будто пытаясь насильно сделать её фото.
Девушки из класса С, глядя на то, как всё разворачивается, жестоко смеются, словно наслаждаясь ситуацией. Только последний ученик класса С, Ибуки, приняла другое решение и не присоединилась. Она с отвращением посмотрела на Манабе, но не остановила её.
— Это глупо. – сказала Ибуки.
— Глупо? Что ты имеешь в виду? Это не имеет к тебе никакого отношения, Ибуки-сан. Ты даже не друг Рики. – Манабе спросила её.
— Правильно, я не заинтересована в этом, поэтому я просто наблюдаю. – сказала Ибуки, скрестив руки и отвернувшись от неё.
Похоже, Манабе не очень понравилось отношение Ибуки, но вместо того, чтобы противостоять ей, она просто начала поднимать свой голос на Каруизаву. Это могло быть потому, что в классе С установилась определенная иерархия, в которой Ибуки находилась над Манабе.
— В любом случае, я делаю это фото. – в конце концов сказала Манабе.
— Нет!.. пожалуйста скажи ей, чтобы она прекратила. – Каруизава посмотрела умоляющим взглядом на Машиду из класса А.
— Манабе, если Каруизава возражает против этого, то прекрати. – высказался Машида.
— Э-это не имеет никакого к тебе отношения, Машида-кун.
— Это не имеет значения, из того, что я услышал, кажется, что это ты не права, Манабе. Если Каруизава не собирается позволять тебе фотографировать, то неправильно делать это против её воли. Было бы гораздо лучше, если бы ты сама поговорила со своей подругой и подтвердила свою историю. – упрекает её Машида.
Если то, что она говорит – правда, то, разумеется, что Машида прав. Но фотографирование кого-либо против его воли – нарушение манер. Видимо Манабе также признает этот факт и отходит от Каруизавы, хотя, не похоже, что она была удовлетворена таким развитием событий.
— П-прекрати так странно обвинять меня, серьезно. И спасибо тебе, Машида-кун. – Каруизава почтительно посмотрела на Машиду и поблагодарила его.
Несмотря на то, что Машида учился в классе А, не похоже, что он был совершенно бессердечным. Хотя Такемото и другие ученики, видимо, вовсе не заинтересовались.
— …Я только совершил правильный поступок. – сказал Машида, слегка улыбаясь Каруизаве.
Возможно, это начало новой любви между Машидой и Каруизавой? Но есть небольшая проблема в виде парня Каруизавы по имени Хирата. Не похоже, что конфликт между классом С и Каруизавой разрешился. Видимо, это обернется проблемой в будущем.