Глава 239. Беспрецедентный роскошный опыт
К его удивлению, это тысячелетний клан взялся за дело, семья Цуй имела весьма значительное происхождение.
Их семейное наследие было глубоким, оно сохраняло свою незыблемость более тысячи лет, и более того, клан продолжал процветать, его можно было назвать кланом Вечной Зелени.
Даже династии, сменявшие друг друга на протяжении веков, не могли сравниться с ними.
В Землях Запределья и различных школах тайных сект были их сородичи, многие из которых уже стали великими мастерами.
Юй Гэньшэн и Чжао Цзыюань нахмурились, но вскоре их выражения стали полны убийственного намерения.
— Не спеши, сначала запиши это на кристалл памяти, чтобы у нас было законное основание! — сказал Юй Гэньшэн.
Чжао Цзыюань кивнул и сказал: — Мда, остальные сражаются с демонами и чудовищами, а семья Цуй борется со своими же. Это очень неприлично.
Оба были худы, как кожа да кости, их редкие волосы развевались на ветру; они были чрезвычайно стары, но их уровень культивации становился всё глубже и непостижимее.
Они двигались, словно божества и демоны, беззвучно и без следа, пересекая высокие по пояс травы, то витая в воздухе, то стремясь вперёд с поразительной скоростью.
Люди семьи Цуй прибыли, эта небольшая группа состояла исключительно из мастеров.
Цинь Мин внезапно остановился, ощутив сильную злобу, — группа людей приближалась с невероятной скоростью.
Более того, они уже разделились и брали его в кольцо.
Цинь Мин нахмурился: дерево желает покоя, но ветер не унимается.
Он догадался, что это снова были люди из семьи Цуй.
На текущем этапе его сил было недостаточно, и он не хотел слишком рано вступать с ними в конфликт, но события зашли так далеко, что избежать их уже было невозможно.
Эта местность представляла собой в основном большой луг, редкие деревья были высокими и устремлялись в ночное небо, а вдалеке каркало несколько старых ворон.
— Цинь Мин! — раздался громкий крик.
Напротив появился бородатый великан ростом около двух метров тридцати сантиметров, его голос, подобно раскату грома, эхом отдавался в ночном небе. В руке он сжимал белоснежное костяное копьё, источающее сильное убийственное намерение.
— Цуй Шилю! — Цинь Мин узнал его.
Этот человек принадлежал к старшему поколению, обладал необыкновенными способностями и был мастером на пути тайной секты.
Бородатый великан холодно сказал: — Как бы то ни было, моя семья Цуй тебя вырастила, и ты встречаешь меня с таким отношением? Даже напрямую называешь меня по номеру в роду.
Цинь Мин ответил: — Я однажды жертвовал собой за вашу семью Цуй, привлёк множество мастеров семьи Ли, которые преследовали меня. Я ничего не должен таким людям, как ты, с которыми в обычной жизни и парой слов не обмолвился.
Затем он добавил: — Более того, ты пришёл меня убить, и всё ещё ожидаешь от меня какого-то отношения? Проваливай к черту!
Глаза бородатого великана Цуй Шилю были словно медные колокола, а его костяное копьё испускало электрические разряды, рассекающие густой мрак ночи. Он не спешил действовать, потому что "знал", что поблизости находится мастер.
Он проводил проверку, ожидая появления того, кто защищал Цинь Мина, — ведь именно он был целью их охоты.
Остальные члены семьи Цуй были наготове, готовые в любой момент нанести стремительный удар, чтобы поддержать Цуй Шилю и обезглавить скрытого эксперта.
— Друг, выходи!
Несколько мастеров семьи Цуй стояли в траве, затаив дыхание, тщательно исследуя окрестности с помощью духовного восприятия и Божественной Мудрости. Однако никаких опасных противников они не обнаружили.
Цинь Мин мгновенно понял, что эти люди считали, будто у него есть "защитник Пути", и не верили, что те три отряда были убиты им самим.
Он внутренне вздохнул: люди из семьи Цуй слишком много надумывают. Он не был ни бессмертным семенем, ни божественным семенем, ни отпрыском знатного рода, за ним никого не стояло.
В этот момент он, естественно, решил воспользоваться ситуацией и немедленно сказал: — Что вы кричите? Тому старику лень с вами связываться, сейчас самое время убивать демонов и чудовищ. Старик не желает междоусобиц, так что немедленно отступите!
Цуй Шилю только что столкнулся с его резкими словами, а теперь, видя, как Цинь Мин становится всё более высокомерным и даже осмеливается их отчитывать, его лицо мгновенно стало настолько холодным, что, казалось, вот-вот покроется инеем.
Лица остальных тоже помрачнели. Кто из них тысячелетний клан? Этот парень, должно быть, не различает главное и второстепенное, раз осмелился отчитывать их в ответ!
— Да ты просто съел медвежье сердце и леопардовую желчь, смерти ищешь! — голос Цуй Шилю был ледяным, и он шаг за шагом приближался.
Он не мог поверить, что тот человек не появится; раз уж противник сохраняет спокойствие, то сначала он разберётся с этим юным демоном-чудовищем, вынуждая того человека показаться.
Остальные члены семьи Цуй находились недалеко от него, готовые в любой момент нанести совместный удар по противнику, и при этом продолжали осматривать этот большой луг.
— Умереть хотите вы! Неужели вы собираетесь оскорбить величие старца? А ну быстро проваливайте! — Цинь Мин говорил откровенно, поскольку конфликт был неизбежен, не было нужды выбирать слова.
Люди из семьи Цуй были готовы разорвать его на куски заживо. С их стороны погибло несколько прямых потомков, и в их сердцах уже бушевало безграничное негодование, а он всё ещё скакал и прыгал.
Духовные птицы, отправленные Цуй Чанмином, Цуй Чэном и другими, ничего не обнаружили, решив, что поблизости нет других мастеров.
— Неужели на нём диковинное сокровище? — несколько человек догадались о такой возможности. Неужели он с его помощью убил Цуй Чанкуна, Цуй Цина и других?
Затем они вспомнили, что несколько духовных птиц следили издалека и действительно ни разу не видели других людей. Неужели с самого начала они ошибались?
Один из них сказал: — Цинь Мин, моя семья Цуй давала тебе еду и одежду, вырастила тебя, а ты, неблагодарный волк, в итоге причинил вред членам клана. Есть ли у тебя хоть капля совести?
Цуй Шилю крикнул: — Ты, домочадец, кто дал тебе смелость так разговаривать с нами?
В этот момент Цинь Мин был разгневан: противник даже использовал такое выражение, как "домочадец", это было слишком злобно.
— Если в семье Цуй существуют такие люди, как ты, то она неизбежно столкнётся с угрозой уничтожения! — холодно сказал он.
Цуй Чанмин сказал: — Шилю, зачем ты злишься на ребёнка? Это просто покажет твою мелочность и отсутствие достоинства. Что с того, что он пару раз выругался?
Он посмотрел на Цинь Мина и сказал: — Дитя, я знаю, что в твоём сердце есть негодование, но нас тоже нельзя винить. Поступки и выбор человека зависят от его положения, некоторые решения не зависят от воли человека, события сами движутся вперёд.
— Чего ты хочешь? — спокойно спросил Цинь Мин.
Цуй Чанмин ответил: — Ты освоил древний свиток на шелке, верно? Возвращайся со мной в семью Цуй, и даже если ты совершил множество кровавых преступлений, я смогу гарантировать твою безопасность.
Цинь Мин спросил: — А если я не пойду, что тогда?
Он знал, что семья Цуй очень ценила древний свиток на шелке, даже их старый патриарх занимался его изучением.
Очевидно, семья Цуй видела в нём надежду и хотела через него глубже изучить древний свиток на шелке, чтобы те члены клана, кто шёл по Пути Перерождения, могли его освоить.
Что касается скрытых опасностей свитка и того, что тело в итоге взорвётся, это происходило только после достижения определённого уровня культивации, а многие просто не достигали такой высоты.
Люди семьи Цуй видели ценность Цинь Мина: даже если они ничего не смогут из него извлечь, они могли использовать его как "материнское семя", чтобы он вёл некоторых людей по этому пути.
Цуй Чанмин слабо улыбнулся и сказал: — Ты ведь тоже вырос в семье Цуй, дитя. Разве нужно говорить так прямо?
— Я не могу пойти с вами! — Цинь Мин категорически отказался. Если он действительно попадёт в семью Цуй, жизнь, возможно, будет ещё мучительнее смерти.
Цуй Чэн сказал: — Династии приходят и уходят, а знатные семьи остаются. Семья Цуй наблюдала, как различные великие силы мира Ночной Мглы сменяли друг друга в истории, а мы всегда были здесь и никогда не уходили.
Тысячелетний клан был колоссальной силой, способной действительно подавлять многих, так что даже простое упоминание о нём вызывало у всех сторон безмерную опаску.
Цинь Мин выхватил клинок, и в его сияющем лезвии отразилось его красивое лицо и стойкое выражение.
— Шилю, забери его, — приказал Цуй Чанмин.
Было очевидно, что Цуй Шилю не подходил для сбора информации и тому подобного; он был клинком в руках этой небольшой группы, и теперь пришло время ему "поработать".
— Ах ты, неблагодарный волчонок, иди-ка сюда! — бородатый великан холодно усмехнулся, одной рукой держа белоснежное костяное копьё, а другой, похожей на веер, ладонью потянулся к Цинь Мину.
Выражение лица Цинь Мина было холодным; даже если ему придётся раскрыть свои лохмотья и эссенцию звёздного огня, он больше не мог об этом беспокоиться.
Цуй Шилю был очень могуч, но его тело отличалось необычайной гибкостью и ловкостью, он скользил по лугу, словно ночная птица, и расстояние в десятки метров для него было как на ладони.
Казалось, он телепортировался, его скорость была ужасающей.
Однако его зловещая ухмылка внезапно застыла, и тело его оцепенело на полпути.
Все были поражены, так как ясно видели, как его голова внезапно взорвалась, и костные фрагменты, кровь, мозговое вещество разлетелись во все стороны.
Эта кровавая и ужасающая сцена потрясла всех: мастер начальной стадии третьего царства погиб так мучительно.
Цуй Шилю был "открыт для идей" – это произошло слишком внезапно.
Железный шар, тёмно-чёрный, с лёгким сиянием Небесного Света, пролетел сквозь взорванную голову Цуй Шилю. Именно он мгновенно убил прямого потомка семьи Цуй.
Только тогда раздался ужасающий звуковой удар, оглушительный.
Более того, было видно, что на пути полёта железного шара ударная волна, которую он создал, полностью разрушила по пояс высокие травы и другую растительность на земле.
Свирепый Цуй Шилю, его безголовое тело застыло на две секунды, а затем с глухим стуком рухнуло.
Волосы на телах людей семьи Цуй встали дыбом: за Цинь Мином действительно кто-то стоял!
Хотя Цуй Шилю был безрассуден, его необычайные способности были действительно очень высоки, он был прекрасным и эффективным кровавым мясником, но в мгновение ока он внезапно умер.
Он умер слишком быстро, и сердца всех присутствующих сжались.
Цинь Мин был озадачен: он всегда шёл против ветра, когда у него было такое отношение?
Неужели сегодня солнце снова взошло с земли? Он чувствовал себя нереально.
Он прекрасно знал свои дела: рядом с ним не было никакого защитника Пути.
На лугу, в ночной мгле, появилась чёрная тень, словно призрак, и стремительно бросилась на Цинь Мина.
Прежние мастера семьи Цуй не все показались; кто-то приближался тайно, а теперь раскрыл себя, желая схватить истинного виновника и таким образом угрожать "защитнику Пути".
Однако, даже будучи невероятно быстрым, он не смог добиться успеха.
Трава на лугу задрожала, словно некое огромное существо неистово мчалось, разрывая всю растительность на своём пути.
Иссохшая серая фигура пронеслась мимо, словно ураган, не давая открыть глаза.
Человек из семьи Цуй, подкравшийся незаметно, хотел напасть и похитить Цинь Мина, но в ужасе обнаружил, что лишился половины своего тела. Он издал ужасный крик, но не смог произнести ни звука.
Потому что его левая половина тела, включая часть горла, просто исчезла.
В этот момент его оставшаяся половина тела была окровавлена, и было ясно, что он не выживет.
Эта сцена была слишком шокирующей!
В сердцах людей семьи Цуй поднялся холод.
Цинь Мин, напротив, застыл. В критический момент на помощь действительно пришла "рука помощи"? Это был беспрецедентный "роскошный" опыт!