Глава 1517. В Безвыходном Положении
Ограниченные бессмертной связывающей формацией, Фэн Инь и Сун Сихань были пойманы в ловушку в этом доме. Два старика увидели в этом хорошую возможность, и они использовали всевозможные даосские заклинания и тактики.
Некоторые мелкие трюки были бесполезны в применении на Фэн Ине, но они были полезны для применения на полу-человеке, полу-призраке Сун Сихань. Даже простейшая техника экзорцизма заставляла Сун Сихань чувствовать себя очень неуютно.
Например, дядюшка Гэ смешал клейкий рис с детской мочой и бросал это в сторону Сун Сихань. Разбрызганная смесь попадала на её кожу, и её кожа начинала дымиться и разлагаться, словно на неё разбрызгали кислоту.
Сун Сихань прикрыла свою гноящуюся кожу и издала крик.
- Ах…
Фэн Инь сражался с Нин Шу и стариком, и ему приходилось отбиваться от их различных атак, поэтому он не мог полностью сфокусироваться на ней.
Как только он услышал голос Сун Сихань, он тут же отвлёкся. И всё же, он смог заблокировать атаку, предназначенную для Сун Сихань. Когда клейкий рис и детская моча вошли в контакт с душой Фэн Иня, из его тела вырвался густой чёрный дым. Утечку энергии инь и злобной энергии уже больше нельзя было остановить.
Держа в одной руке меч из персикового дерева, Нин Шу взялась за палец старика и надкусила его. Затем она размазала кровь старика по мечу.
После этого, когда она прочитала заклинание, меч из персикового дерева полетел в сторону Фэн Иня. Он прошёл через духовное тело Фэн Иня, отчего то тут же потускнело.
Когда Нин Шу сформировала руками другую печать, меч из персикового дерева развернулся в воздухе и снова накинулся на Фэн Иня. В этот раз он потянул за собой Сун Сихань, чтобы увернуться от меча, но тот всё равно царапнул её по лицу. Несмотря на оставшийся кровоподтёк, никакой крови не пролилось.
Сун Сихань закрыла лицо руками, её цвет лица становился всё более и более белым. Она крепко схватилась за одежды Фэн Иня, чувствуя себя немного потрясённой. Очевидно, нынешняя ситуация была довольно сложной, и она это осознавала.
Единственный, на кого Сун Сихань полагалась в этом мире – это всемогущий Фэн Инь, но теперь он тоже застрял тут вместе с ней. От преследования тремя даосскими жрецами сердце Сун Сихань впало в панику.
У неё не было иного выбора, кроме как оставаться рядом с Фэн Инем.
Однако сам Фэн Инь сейчас был в ужасной ситуации. Ему приходилось атаковать даоситов и одновременно защищать Сун Сихань. Из-за этого его действия были сильно ограничены.
Он предпочитал принимать раны на себя, чем видеть, как Сун Сихань получает хоть царапину. В результате его упрямства, его духовное тело становилось всё слабее и слабее, в то время как духовная жемчужина в его теле поглощала его энергию.
Чем слабее был Фэн Инь, тем быстрее духовная жемчужина поглощала энергию.
Выражение лица Нин Шу стало серьёзным; она уже достаточно проверила силы Фэн Иня. К тому же, бессмертную связывающую формацию невозможно было долго удерживать. Если всё затянется и Фэн Инь сбежит, тогда её задание может закончиться провалом.
Нин Шу достала свой компас и влила в него свою духовную энергию. Компас засиял ослепительным золотистым светом, и из него вылетело два рычащих золотых дракона.
Лицо Фэн Иня было таким мрачным, что из него можно было выжимать чернильную воду. Его зрачки задрожали, когда он увидел, как два золотых дракона полетели в его сторону.
Гостиная была не такой большой, и он даже не знал, куда бежать. Повсюду был хаос; множество вещей было разбито и поломано за время битвы.
Фэн Инь оттолкнул Сун Сихань, планируя сразиться с этими двумя золотыми драконами в одиночку. Густые энергия инь и злобная энергия вырвались из тела Фэн Иня. Он хотел, чтобы они разъели эти двух золотых драконов. Однако золотые драконы помчались к нему, несмотря ни на что.
С мощным грохотом золотые драконы врезались в духовное тело Фэн Иня.
- Фэн Инь, - жалобно закричала Сун Сихань. – Фэн Инь…
Нин Шу заметила, что духовное тело Фэн Иня уже было очень прозрачным после того, как приняло на себя удар золотых драконов. Сун Сихань хотела схватиться за него, но её рука прошла сквозь его тело.
Тело Фэн Иня уже больше не было плотным, как прежде, и ослабло до степени невозможности восстановления.
Со слезами на глазах Сун Сихань выкрикивала имя Фэн Иня. Она хотела обнять его, но хватала лишь пустой воздух.
Глаза Сун Сихань стали багрово-красными. Она почувствовала такое сильное беспокойство, что её лицо перекосилось.
Душа Фэн Иня становилась слабее и слабее, пока духовная жемчужина в его теле с безумной скоростью поглощала его энергию. Его черты лица тоже стали расплываться.