Глава 1459. Вся Еда Закончилась

Нин Шу поприветствовала старика, назвав его "учитель". Этого старика звали Тао Чэн. Он был наследником техник экзорцизма Горы Мао. Он усыновил всех этих учеников, которые сейчас были в доме.

Эти дети были сиротами. К этому времени мир уже перешёл в современную эпоху, поэтому даосские искусства Горы Мао считались полнейшим суеверием. Их считали за шарлатанов, которые пользуются суеверием людей, чтобы хитростью выманивать из них деньги.

И кто согласится позволить своим детям учиться такому? Поэтому Тао Чэн нашёл сирот, чтобы передать им техники Горы Мао, которые уже начали вырождаться.

И дела у них шли не очень хорошо.

Когда Тао Чэн увидел Нин Шу, он поднял брови и рассмеялся.

- Ты сегодня поздно проснулась. Вся еда закончилась.

Нин Шу увидела, что на столе остались только косточки. А дети ели парной хлеб, окуная его в бульон.

Этот бульон, вероятно, был приготовлен из дикого животного, которого старик Тао Чэн поймал в горах.

Нин Шу закатила глаза.

- Тогда я просто поем парной хлеб.

Она протянула руку, но последний кусок парного хлеба в большой тарелке был перехвачен другим ребёнком.

Нин Шу:

- …

Эти детки действительно могут выесть родителей из родного дома!

Тао Чэн воспитывал более десяти детей; это было очень трудно. Тао Цин тоже была воспитана им.

Время от времени Тао Чэн брал Тао Цин с собой, чтобы защищать мир людей (разводить народ на деньги).

И хотя у Тао Чэна действительно были настоящие способности, ему слишком нравилось изображать из себя крутого, и он всегда хотел, чтобы люди платили завышенную цену. Вот почему он теперь зарабатывал и близко недостаточную сумму, чтобы воспитать такую большую толпу ребятишек.

Маленький мальчик увидел, что Нин Шу ничего не осталось поесть, поэтому он оторвал половину своего куска парного хлеба и отдал его ей. Нин Шу взяла его и начала есть.

- Хороший мальчик, я принесу тебе подарок, когда вернусь с тренировки.

Тао Чэн потёр свою грудь, а потом сказал Нин Шу:

- Вообще-то, мне нужно, чтобы ты кое-что сделала.

Нин Шу запихала остатки парного хлеба себе в рот, а потом спросила у Тао Чэна:

- Учитель, что нужно сделать?

Тао Чэн встал, рыгнул, а потом отправился в храм. Нин Шу последовала за ним в главный зал.

Этот даосский храм был очень старым и был совершенно обветшалым. Статуи Трёх Божественных Учителей в главном зале были покрыты слоем пыли. Рядом с Тремя Божественными Учителями стояла статуя поменьше.

Это, вероятно, был Тао Хунцзин – отец-основатель Горы Мао.

Тао Чэн поклонился этой статуе и зажёг две палочки благовоний. Нин Шу повторила его движения поклонения статуе.

После того, как она закончила, она спросила у Тао Чэна:

- Так что случилось, старик?

Тао Чэн разгладил свою копну волос на голове и сказал:

- Тебе уже исполнилось двадцать. Пришло время тебе отправиться в путь и набраться побольше опыта. Ко мне недавно пришёл знакомый и предложил работу. Если у нас получится, тогда мы заработаем много денег. Нам этого будет достаточно, чтобы продержаться некоторое время.

- Знакомый? А что случилось? – спросила Нин Шу.

Тао Чэн ответил:

- Недавно его сын стал одержим призраком, и чуть не умер. А его семья довольно богата.

Нин Шу задумалась об этом на мгновение. Вероятно, это имело какое-то отношение к королю Фэн Иню.

Блять, ей было немного страшно.

Любой призрак в красных одеждах явно был злобным.

Даже Тао Чэн не смог победить Фэн Иня, поэтому даосизм Горы Мао оказался потерянным искусством. У него не осталось никаких наследников.

Однако если они проигнорируют этот запрос, тогда, вполне естественно, не окажутся замешанными в этом.

Нин Шу спросила у Тао Чэна:

- Старик, а ты не пойдёшь?

- Ты должна набраться опыта. Если я пойду, тогда чем будешь заниматься ты?

Тао Чэн потёр свою грудь и в том месте сформировался маленький комочек грязи. Нин Шу закатила глаза.

Затем она спросила:

- Старик, а что если я повстречаюсь с какой-нибудь опасностью? Ты должен провести гадание. У меня дурное предчувствие на этот счёт.