Глава 1427. Давай Сходим в Больницу

По отношению к людям, которые тебе не важны, нет причин сдерживаться. По этой отчётливой красной отметине на лице Ван Бо можно было легко определить, сколько силы приложила Цай Аньци.

— Она тебя ударила? – спросила Нин Шу.

Ван Бо поджал губы и сказал:

— У Аньци болит живот. Я не знаю, что происходит. Можешь завтра отвести её в больницу?

После этого Ван Бо развернулся, достал летний спальный матрас и расстелил его на полу.

Нин Шу глянула в сторону комнаты Цай Аньци, после чего закрыла свою дверь и легла спать.

Ван Бо должен был пойти на работу на следующий день, но красная отметина на его лице не прошла. Вместо этого она стала ещё более выпуклой, и половина его лица даже немного опухла.

Нин Шу не отпустила Ван Бо на работу. Всё же, он не мог пойти туда в таком виде. Она нашла для него какое-то противовоспалительное средство.

В этот день Ван Бо был очень тихим. Он ни слова не проронив взял лекарство, которое ему дала Нин Шу.

Нин Шу вошла в спальню с лекарством и разбудила Цай Аньци, которая крепко спала.

Цай Аньци приняла лекарство и снова легла спать.

Нин Шу сказала:

— Ван Бо сказал мне, что ты себя плохо чувствуешь. Давай сходим в больницу.

После упоминания больницы тело Цай Аньци на мгновение вздрогнуло и вся её сонливость тут же исчезла.

— Я не пойду в больницу. Я в порядке.

Цай Аньци потёрла свой живот. Он теперь действительно не болел, словно вся та боль с прошлой ночи была просто иллюзией.

Выражение лица Нин Шу стало холодным.

— Тогда почему ты ударила Ван Бо? Из-за отметины на его лице он сегодня не смог пойти на работу. Как ему теперь выходить из дома? Такая отметина за день не пройдёт.

Цай Аньци на минуту ошалела.

— Он заставил меня заняться этим. Я ему уже говорила, что плохо себя чувствую.

Нин Шу усмехнулась.

— Не испытывай свою удачу, Цай Аньци. Когда ты была с другими мужчинами, я не видела, чтобы они тебя заставляли заниматься этим. Мой сын – честный парень, но это не означает, что ты можешь над ним издеваться.

Цай Аньци уставилась на Нин Шу, а потом небрежно сказала:

— Когда это я над ним издевалась? Это была всего лишь самозащита. Изнасилование в браке – это всё равно изнасилование. Неужели мне нельзя сопротивляться?

Нин Шу ничего не ответила. Она глянула на живот Цай Аньци и тихо сказала:

— Вещи, на которые ты полагаешься, не такие уж и надёжные. Вставай и собирайся, мы пойдём в больницу.

Нин Шу взяла чашу и вышла.

Цай Аньци встала и вышла из спальни, где увидела Ван Бо, сидящего на стуле. Она подошла к нему и увидела, что его лицо действительно красное.

Цай Аньци тоже решила, что в этот раз она зашла слишком далеко. Она решила сделать что-то приятное, чтобы извиниться за это.

— Прости, что моя рука была слишком тяжёлой. Мне очень жаль.

Цай Аньци пододвинулась к уху Ван Бо и прошептала:

— Сегодня ночью ты сможешь сделать всё, что захочешь.

Ван Бо посмотрел на Цай Аньци и сказал:

— Сядь и поешь.

Заметив, что выражение лица Ван Бо расслабилось, Цай Аньци почувствовала облегчение и села.

Нин Шу сказала Ван Бо:

— Сходишь сегодня со мной в больницу.

— Ладно.

Ван Бо кивнул.

— Я пойду с тобой, — сказал Ван Бо, обращаясь к Цай Аньци.

Цай Аньци тут же начала мотать головой.

— Со мной всё в порядке. Я не пойду в больницу.

— Но тебе вчера ночью было так больно. Давай сходим и проверим на всякий случай, — сказал Ван Бо.

Она нетерпеливо возразила:

— Я же сказала, что я не пойду! Я в порядке.

— Ладно. Раз ты не хочешь идти, то мы не пойдём.

Ван Бо согласился на компромисс.

Нин Шу ничего не сказала.

Так как Ван Бо не пошёл на работу, парочка позавтракала и закрылась в спальне.

Цай Аньци расстегнула рубашку Ван Бо, явно намереваясь проверить, будет ли ей снова больно, как в прошлый раз.

Когда Ван Бо увидел, что Цай Аньци в таком настроении, то он, естественно, обнял её.

Но, как только он вошёл в неё, она резко вдохнула. Она явно всё ещё чувствовала ту разрывающую тело боль.