Глава 1290. Не Была Злонамеренной Помехой

Нин Шу не издевалась над Е Си, как это делала изначальный хост, и не была "злонамеренной", поэтому сердце Цзин Шаоцзэ не было полностью на стороне Е Си.

Но он всё равно влюбился в Е Си. И с Нин Шу, которая не вела себя как злонамеренная помеха, Цзин Шаоцзэ невольно конфликтовал в душе по этому вопросу.

- Мам, тебе не нужно о ней беспокоиться, - холодно сказал Цзин Шаоцзэ. – Я бы хотел посмотреть, насколько она толстокожая. Будет ли она достаточно бесстыдной, чтобы остаться в этом доме?

Когда Е Си услышала слова Цзин Шаоцзэ, она закусила губы, словно тихо зарыдала. Её взгляд наполнился обидой, когда она посмотрела на Цзин Шаоцзэ.

Отец Цзин Шаоцзэ никогда и не планировал позволять Е СИ быть их с женой суррогатной матерью. Использовать женщину своего сына в качестве суррогатной матери? Это будет вообще полнейший бардак.

Однако Е Си была решительно настроена на то, чтобы остаться в этом доме. Отец Цзин Шаоцзэ принял во внимание Цзин Шаоцзэ и не стал выгонять Е Си.

Но мать Цзин Шаоцзэ не хотела видеть Е Си даже на секунду дольше и настаивала на том, чтобы прогнать Е Си, несмотря ни на что.

Отец Цзин Шаоцзэ закричал:

- На улице уже слишком поздно. Даже если она и должна уйти, она должна будет уйти завтра утром. Просто пусть останется на ночь.

Мать Цзин Шаоцзэ стала выглядеть ещё более подозрительной, и она почувствовала уверенность в том, что эта женщина соблазнила её мужа.

Время было уже позднее, поэтому семейное собрание закончилось. Нин Шу и Цзин Шаоцзэ отправились в свою спальню отдыхать.

Как только они пришли в спальню, Цзин Шаоцзэ взял Нин Шу за руки и эмоционально сказал:

- Цзинцзин, ты была на моей стороне, несмотря на всё произошедшее. Спасибо.

Нин Шу нежно улыбнулась. А в её сердце были большие "Ха. Ха. Ха…"

Блин. Ей действительно хотелось влепить ему пощёчину.

Сейчас он говорил такие страстные слова, но посреди ночи этот сукин сын снова исчез.

Нин Шу: →_→

Она достала ноутбук и открыла его. Она ничуть не удивилась, когда увидела, что Цзин Шаоцзэ вернулся в комнату Е Си.

Они оба лежали на постели, Цзин Шаоцзэ с силой сжимал запястья Е Си и говорил:

- Ты так сильно хочешь быть суррогатной матерью для моего отца? Ты же знаешь, что ты – моя женщина?!

Е Си лишь тихо рыдала, поэтому Цзин Шаоцзэ начал терять терпение.

- Скажи уже что-нибудь!

- В тот момент, как только я вошла в этот дом, у меня уже не осталось дороги к отступлению. Я должна быть суррогатной матерью для вашей семьи, чтобы я могла спасти компанию моего отца. Ради денег, ради компании моего отца, я готова пойти на всё!

- Ты… - Цзин Шаоцзэ был раздражён. – Почему ты такая упрямая? Если тебе дать деньги на то, чтобы разрешить кризис, с которым столкнулась компания твоего отца, ты перестанешь пытаться быть суррогатной матерью?

Е Си затихла на некоторое время, а потом, всё же, ответила:

- Да.

- Если тебе нужны деньги, то я дам их тебе. Но посмеешь ли ты их взять?

Выражение лица Цзин Шаоцзэ было расчётливым.

Е Си с опаской посмотрела на него и спросила:

- Что вы от меня хотите?

- Будь моей любовницей. Уходи отсюда завтра. Я куплю тебе дом, и деньги, которые я тебе дам, будут считаться оплатой того, что ты будешь моей любовницей.

- Цзин Шаоцзэ, перестаньте меня оскорблять! – воскликнула Е Си, пытаясь освободиться от его хватки.

Цзин Шаоцзэ потянул запястья Е Си вниз, чтобы не дать ей двигаться.

- Разве ты не говорила, что готова на всё ради денег? Разве ты не говорила, что готова заплатить такую цену, чтобы спасти компанию своего отца?

Цзин Шаоцзэ начал угрожать Е Си.

- Сама подумай, как следует. Твой отец всё ещё ждёт денег, которые его спасут. Если он их не получит, то, возможно, в завтрашней газете на главной странице будет статья о предпринимателе, который спрыгнул с крыши здания.

Лицо Е Си побледнело.

- Перестаньте! Не говорите больше ничего.

- К тому же, мы и так уже этим занимались.

Губы Цзин Шаоцзэ изогнулись в улыбке, отчего Е Си покраснела и почувствовала жар во всём теле.

Выражение лица Е Си некоторое время отображало внутреннюю борьбу, но, когда она, наконец, открыла рот, она сказала:

- Я могу быть вашей любовницей, но вам придётся сначала заплатить мне деньги. Я вам не доверяю.