Глава 1143. Называй Меня Папочкой

Когда Чжу Яньцинь услышал, как Нин Шу постоянно говорит о том, что он был мёртв, и понял, что она сказала своему ребёнку о том, что он мёртв, Чжу Яньцинь очень разозлился. Он вытянул руку и с силой толкнул Нин Шу.

- Чжу Сунян, я задал тебе вопрос! Ты оставила маму дома одну, чтобы приехать в Шанхай? А что если с ней что-нибудь случится?

- Мама уже умерла. Я отправила тебе много телеграмм и просила вернуться, но ты не приехал. Мама по тебе так сильно скучала, но даже провожать её дух пришлось Сыюаню, - сказала Нин Шу.

- Она умерла? – Чжу Яньцинь пошатнулся от шока. – Почему ты мне не сказала?! Когда она умерла?

Нин Шу: →_→

- Я же посылала тебе телеграммы, но ты всё не хотел возвращаться.

Нин Шу уже повторила это дважды, но Чжу Яньцинь словно не слышал её.

Чжу Яньцинь начал рвать на себе волосы, а его выражение лица наполнилось болью, когда он со скорбью зарыдал о своей матери.

Нин Шу презрительно поджала губы. Если он действительно так заботился о матери Чжу, тогда почему он не вернулся, несмотря на то, что она отправила так много телеграмм?

Чжу Яньцинь вытер свои слёзы, а потом посмотрел на Нин Шу своими покрасневшими глазами.

- Почему ты не сказала мне, что приехала в Шанхай?

- Я не знала, где ты живёшь, поэтому я не смогла тебя найти, - тихо ответила Нин Шу.

Чжу Яньцинь опустил взгляд на Чжу Сыюаня, и Чжу Сыюань поспешно спрятался за Нин Шу.

Чжу Яньциню показалось, что этот ребёнок выглядит знакомо. Он вспомнил, что это был тот ребёнок из больницы, который назвал его уродливым, поэтому его чувства к этому ребёнку были довольно противоречивыми.

- Где ты сейчас живёшь? – спросил Чжу Яньцинь.

Нин Шу была немного озадачена тем, почему Чжу Яньцинь спрашивает об этом, поэтому она поспешно ответила:

- Я живу с Сыюанем в большом доме-трубе, мы там снимаем комнату. Господин, можно мы с Сыюанем переедем к вам?

Чжу Яньцинь чуть не подскочил на месте. Он ни в коем случае не хотел позволять Чжу Сунян жить вместе с ним, поэтому он сказал:

- Вам пока лучше некоторое время оставаться в том доме-трубе. Моя комната слишком маленькая, чтобы вместить ещё и вас двоих.

Нин Шу: Что за хуйня?!

Нин Шу уставилась на Чжу Яньциня, ничего не говоря. Чжу Яньцинь попытался избежать взгляда Нин Шу и присел, чтобы протянуть руку Чжу Сыюаню. Он нежно сказал:

- Сыюань, иди к папе.

Чжу Сыюань съёжился позади Нин Шу и лишь чуть-чуть высунул свою голову, чтобы с опаской поглядывать на Чжу Яньциня.

Когда Чжу Яньцинь увидел, что Чжу Сыюань реагирует подобным образом, он отказался от попытки сблизиться с ним. Он поднялся и сказал Нин Шу:

- Сунян, у тебя есть с собой деньги? Я послал тебе так много телеграмм, но ты не отправила мне никаких денег! Ты хоть знаешь, как мне было тяжело в последнее время?

Чжу Яньцинь действительно страдал в последнее время. Он задолжал деньги своим сокурсникам, поэтому ему пришлось заложить все свои ценности, чтобы собрать достаточно денег и рассчитаться со своими однокурсниками.

Однако он всё ещё был должен Фан Фэйфэй немало денег. Чжу Яньцинь мог лишь сказать Фан Фэйфэй, что он оповестил свою семью, и что деньги уже в пути, просто нужно время, потому что ситуация нынче слишком хаотичная.

Чжу Яньцинь чувствовал себя так, словно он каждый день жарился на гриле. Он не знал, сколько он ещё сможет скрывать ситуацию со своей семьёй. И в то же время, он никак не мог заставить себя пойти работать. Если он начнёт работать официантом и встретится со своими однокурсниками, то он умрёт от стыда.

Перед своими однокурсниками Чжу Яньцинь создал образ богатого юного господина. Не нужно объяснять, как болезненно будет уничтожать образ, над установлением которого он так усердно работал. Так что сейчас Чжу Яньцинь лишь изо всех сил старался поддерживать свой статус-кво.

Теперь, когда он увидел Нин Шу, он даже почувствовал облегчение. По крайней мере, это решало его текущее затруднительное положение. Он тут же попросил у Нин Шу деньги.

- Я недавно заболел и потратил много денег на лечение, поэтому я задолжал своим сокурсникам много денег. Дай мне денег, чтобы я мог рассчитаться со своими однокурсниками, - сказал Чжу Яньцинь.

Возможно как раз потому, что он попросил деньги, его отношение к Нин Шу стало немного лучше. Он с теплотой сказал:

- Когда я найду дом побольше, вы с Сыюанем переедете жить со мной.

Выражение лица Нин Шу не изменилось, когда она спросила:

- Что за одноклассник одолжил тебе так много денег? И сколько ты потратил на лечение?

- Десять серебряных долларов, - ответил Чжу Яньцинь.

Нин Шу: Иди ты нахуй!