Глава 98. Признание предков (1)

— Это невозможно! — эта новость была слишком шокирующей, присутствующие старейшины не могли в это поверить.

Старейшина У встал и сказал: — Основатель никогда не был женат, откуда у него могли взяться потомки?

— Да, это ведь невозможно. В записях ордена никогда не упоминалось о потомках Основателя, — добавил старейшина Цянь.

— Это чистая правда, — сказал Ту Буюй, стоявший за спиной Су Юнхуан, — я получил от старейшин поручение отыскать потомков Основателя. Хотя в официальных записях ордена об этом ничего нет, в некоторых преданиях можно найти кое-какие следы.

Сказав это, Ту Буюй посмотрел на старейшину Гу и произнёс: — Старейшина Гу, помните ли вы, как примерно тысячу шестьсот лет назад вам представился случай встретиться со старейшиной Лю? Вы тогда сопровождали прежнего главу ордена. На той встрече был не только старейшина Лю, но и я.

Гу Тешоу долго смотрел на Ту Буюя, а потом резко вскочил на ноги и взволнованно произнёс: — Ты, ты тот самый юноша, что поддерживал старейшину Лю!

— Старейшина Гу, оказывается, ещё не забыл, — кивнул Ту Буюй, — верно, я тайный ученик старейшины Лю. В то время на мне лежала важная миссия, и я не мог раскрывать своего местоположения, поэтому моё имя не было внесено в список учеников древнего ордена Сияющей Чистоты.

— Старейшина Лю? Тот самый старейшина Лю? — присутствующие старейшины были потрясены. В древнем ордене Сияющей Чистоты был, кажется, только один человек, которого называли старейшиной Лю.

Гу Тешоу тихо вздохнул, сел и сказал: — Старейшина Лю — это первый защитник нашего древнего ордена Сияющей Чистоты, предок Лю Саньцзянь.

Предок Лю Саньцзянь!

Эти слова, произнесённые Гу Тешоу, потрясли всех присутствующих старейшин до глубины души.

После Юного Монарха Му самым прославленным в древнем ордене Сияющей Чистоты был Лю Саньцзянь, первый защитник ордена. Именно он лично руководил обороной, когда Орден Святого Неба напал на древнее царство Сияющей Чистоты.

— Предок Лю ещё жив? — эта новость так потрясла старейшин, что старейшина Цянь невольно воскликнул. Если предок Лю был ещё жив, это означало, что у древнего ордена Сияющей Чистоты всё ещё есть фигура, способная противостоять предкам Ордена Святого Неба.

— Это был последний раз, когда я видел старейшину Лю, — покачал головой Гу Тешоу, — тогда я не знал, что старейшина Лю — это предок Лю. Я был ещё молод и никогда прежде его не видел, я лишь сопровождал своего наставника на встречу с ним. Но уже тогда состояние старейшины Лю было не лучшим. Его старые раны вновь открылись, и ему требовалась поддержка, чтобы сидеть и стоять. С тех пор я больше никогда его не видел.

Теперь все старейшины смотрели на Ту Буюя. Если Ту Буюй был учеником Лю Саньцзяня, пусть даже номинальным, его положение в древнем ордене Сияющей Чистоты было выше, чем у них.

Под взглядами старейшин Ту Буюй покачал головой и сказал: — На самом деле, это был и мой последний раз, когда я видел наставника. С тех пор я его больше не встречал.

Слова Ту Буюя разочаровали всех присутствующих старейшин. Без сомнения, предок Лю Саньцзянь уже покинул этот мир.

Ту Буюй продолжил: — Тридцать тысяч лет назад в той битве наш древний орден Сияющей Чистоты потерпел сокрушительное поражение и понёс огромные потери. Случайно старейшина Лю узнал, что у Основателя есть потомки. Я как раз только что стал его учеником. Состояние старейшины Лю было крайне нестабильным, и он отправил меня на поиски потомков Основателя. Поскольку зацепок было крайне мало, я долго странствовал. Я нёс на себе тяжёлую ответственность и не мог никому об этом рассказать. Моё имя не было внесено в списки ордена, и я поддерживал связь напрямую только с прежним главой. Старейшина Гу, должно быть, видел меня несколько раз.

Гу Тешоу кивнул. Он знал, что Ту Буюй был учеником древнего ордена Сияющей Чистоты, но раньше думал, что тот был внешним учеником, ответственным за связи с внешним миром. Поскольку Ту Буюй редко возвращался в орден, он не знал, чем именно тот занимался.

— В поисках потомков Основателя я странствовал более тысячи лет. Усилия не прошли даром, и в конце концов я нашёл их, — сказал Ту Буюй, обращаясь к старейшинам.

— Но... как доказать, что глава ордена — потомок Основателя? — старейшины переглянулись, и наконец старейшина Чжоу не удержался от вопроса. Личность Ту Буюя не вызывала сомнений, но как доказать, что глава ордена Су Юнхуан — потомок Основателя? В конце концов, это было дело огромной важности.

— О том, что потомки Основателя вернутся в орден, я тоже узнал во сне от предка, — вмешался Ли Цие, — поэтому я и попросил старейшину Гу принести портрет Основателя.

Старейшины переглянулись. Наконец, великий старейшина Гу Тешоу с величайшей торжественностью достал старую, покрытую пятнами деревянную шкатулку и благоговейно взял её в обе руки.

— Императрицей была божественный полководец Су, которая всю жизнь следовала за Основателем. Она всю жизнь следовала за предком и внесла неоценимый вклад в создание как древнего ордена Сияющей Чистоты, так и древнего царства Сияющей Чистоты. После того, как Основатель принял Небесную Судьбу, чтобы не мешать ему на пути к вершине и вечной жизни, императрица вместе с потомками Основателя скрылась, взяв другое имя, и покинула его, — торжественно произнёс Ли Цие, — об этом никто не знал ни в мире, ни в древнем ордене Сияющей Чистоты. И так было до вчерашней ночи, когда Основатель явился мне во сне.

Он не смог тогда отдать должное Су Нюй. Она так много отдала, но в итоге удалилась в дальние края, не прося ни славы, ни признания. Будучи Тёмным Вороном, он всегда чувствовал вину за это. Сегодня он использовал этот способ, чтобы восстановить её доброе имя. Хотя было уже слишком поздно, по крайней мере, её потомки могли вернуться к своим корням!

Слова Ли Цие заставили старейшин переглянуться. Наконец, Гу Тешоу серьёзно кивнул: — Я читал исторические хроники об Основателе. Божественный полководец Су, служившая под его началом, была несравненной воительницей. Она была первой, кто пришёл на помощь Основателю, и следовала за ним с юных лет. Когда предок принял Небесную Судьбу, все его полководцы были удостоены титулов, и лишь божественного полководца Су среди них не было. Позже записи о ней стали крайне редки, и она исчезла без следа. Так значит, божественный полководец Су была императрицей!

Ли Цие медленно произнёс: — Слова не доказательство. Раз уж старейшины говорят, что у нас сохранился автопортрет Основателя, то можно сравнить. Похожа ли глава ордена на Основателя? Портрет был написан рукой самого Основателя и содержит его бессмертную мощь монарха. Глава ордена может провести опознание по крови!

Услышав слова Ли Цие, старейшины были потрясены. Как они сами до этого не додумались!

В итоге, с величайшей торжественностью, Гу Тешоу открыл древнюю шкатулку и достал из неё свиток. Этот свиток был очень старым, было неведомо, сколько веков он просуществовал.

Когда свиток развернули, с шелестом из него хлынул мощный поток ауры — ауры монарха, которой мог обладать только Бессмертный Монарх!

На развёрнутом свитке был изображён мужчина средних лет. Хоть мазков было немного, но всего несколько штрихов передавали его несравненное величие монарха!

Из портрета исходила могучая аура монарха. Хотя она никого не подавляла, от её потока души трепетали, и возникало непреодолимое желание пасть ниц и поклониться. Это был трепет, исходящий из самых глубин души!

Вновь созерцая образ монарха и ощущая его ауру, старейшины преисполнились благоговения. С этим чувством они принялись сравнивать черты Основателя с лицом Су Юнхуан. Су Юнхуан была несравненной красавицей, и, если бы не портрет для тщательного сравнения, никому бы и в голову не пришло искать в ней сходство с Бессмертным Монархом Мин Жэнем.

Ли Цие видел Бессмертного Монарха Мин Жэня чаще, чем кто-либо другой. Он наблюдал за его взрослением собственными глазами. Поэтому в тот самый миг, когда он впервые увидел Су Юнхуан, он сразу понял её происхождение!

— Это... это поразительно! Они так похожи, особенно брови. Выражение бровей... оно в точности такое же, как у Основателя! — после тщательного сравнения старейшины были поражены и не могли поверить своим глазам. Особенно мечевидные брови Су Юнхуан — они были точной копией бровей Бессмертного Монарха Мин Жэня.

Именно это больше всего поразило Ли Цие. Глаза Су Юнхуан были похожи на глаза Су Нюй, но выражение её бровей было в точности как у Бессмертного Монарха Мин Жэня!

— Глава ордена, вы можете совершить опознание по крови. Это автопортрет Основателя. Основатель явился мне во сне и сказал, что если глава ордена является его потомком, то она получит признание бессмертной мощи монарха, — медленно произнёс Ли Цие.

Су Юнхуан взглянула на Ли Цие. На самом деле, она нисколько не верила в так называемый сон об Основателе. Но, кроме этой версии, как ещё Ли Цие мог так хорошо знать о делах Бессмертного Монарха Мин Жэня и семьи Су из Тянья?

Глядя на портрет своего предка, Су Юнхуан не могла сдержать волнения. В их семье Су тоже был портрет Бессмертного Монарха Мин Жэня, но он не был написан его собственной рукой. Хотя он был очень похож, в нём не было этой ауры монарха — ауры, которая могла исходить только от автопортрета Бессмертного Монарха!

Наконец, Су Юнхуан проколола палец, и капля крови упала на портрет. В мгновение ока капля крови была полностью поглощена изображением.

БУМ!

В тот же миг вспыхнула ужасающая бессмертная мощь монарха. Внезапно из портрета вышла тень. Едва появившись, эта тень воцарилась над Девятью Мирами, сметая на своём пути богов и демонов!

Появилась непобедимая тень, и в тот же миг ужасающая мощь монарха устремилась в небеса и землю! Под этой непобедимой божественной мощью померкли солнце и луна, а небо и земля утратили свои краски!

В тот же миг бесчисленные великие фигуры Великого Срединного Региона ощутили эту непобедимую мощь монарха. Эта мимолётная вспышка встревожила множество людей.

Мощь монарха!

Бесчисленные древние существа тут же открыли глаза, но эта мощь исчезла слишком быстро, не позволив никому отследить её источник.

Что касается древнего ордена Сияющей Чистоты, то когда мощь монарха пронеслась над ним, все ученики были в ужасе и пали ниц под её гнётом!

Внутри зала Предков Гу Тешоу и остальные рухнули на землю. Перед такой мощью монарха они не смели проявлять непочтение!