Глава 568. Завершающий стиль
Раздался резкий металлический звон. Не успел Ди Цзо развить свой неодолимый натиск, как ещё две руки Ли Цие превратились в кулаки. Подобно золотому замку, они мгновенно сковали Копьё Монарха, заставив яростную атаку, подобную бушующей реке, захлебнуться на полуслове.
Это был Кулак Золотого Замка из стиля Кулака Десяти Тысяч Путей — искусство, не входившее в число двенадцати базовых техник кулака Бессмертных телосложений. Стоило этому удару явиться в мир, как любое оружие оказывалось в надёжной ловушке!
Поняв, что его копьё заблокировано, Ди Цзо вздрогнул. Проявив решительность, он мгновенно бросил оружие и попытался разорвать дистанцию. Но не успел он сделать и шага, как сокрушительный удар обрушился на него со спины. Сила была такова, что кулак едва не пробил его грудь насквозь; Ди Цзо отлетел в сторону, отхаркивая кровь.
Он даже не заметил, когда Ли Цие нанёс этот удар. Более того, Ди Цзо был абсолютно уверен, что противник вообще не шевелил руками. Всё произошло пугающе странно: он не видел выпада, но боль в спине была реальностью, словно за его плечами стоял ещё один Ли Цие.
Это был Кулак Пустоты из стиля Кулака Десяти Тысяч Путей! Сама суть этого удара заключалась в небытии, так как же Ди Цзо мог его увидеть?
Глухие удары посыпались один за другим. Ди Цзо оказался в отчаянном положении; Ли Цие буквально преследовал его, обрушивая град безжалостных атак. Хотя Ди Цзо и сумел, используя свои невероятные навыки, вернуть Копьё Монарха, даже его девять великих техник не могли сдержать мощь Кулака Десяти Тысяч Путей.
Ди Цзо пытался контратаковать, стремясь переломить ход боя, но каждый раз всё заканчивалось тем, что Ли Цие продолжал методично его избивать. Его путь копья действительно уступал пути кулака Ли Цие.
Наконец, Ли Цие мощным ударом впечатал Ди Цзо в землю, отправив его в стремительное падение с небес — в точности так же, как Ди Цзо недавно поступил с ним, пронзив копьём!
В этот миг Ди Цзо окончательно оставил попытки сопротивляться своим искусством владения оружием. Он признал поражение: его копьё проиграло кулаку Ли Цие.
С тяжелым грохотом Ди Цзо рухнул на землю. Он выглядел ещё плачевнее, чем Ли Цие после своего ранения: залитый кровью, с переломанными костями, он казался грудой истерзанной плоти. Любой другой на его месте давно бы испустил дух, не выдержав такой мощи, но невероятно крепкое тело Ди Цзо позволило ему выстоять даже под этим сокрушительным градом ударов.
На мгновение мир замер. Практики Расы Призраков и представители других народов почувствовали, как у них внутри всё похолодело от ужаса. Люди переглядывались, не в силах вымолвить ни слова. Увиденное было слишком властным и дерзким: Ли Цие просто преследовал и избивал величайшего гения, и это зрелище было куда более впечатляющим, чем недавнее отступление самого Ли Цие.
Сердца многих воинов Расы Призраков дрогнули. Если Ди Цзо проиграет здесь и сейчас, то молодому поколению призраков больше не на кого будет надеяться. Им никогда не суждено будет поднять головы в присутствии Ли Цие.
Наблюдавший издалека Тянь Луньхуэй заметно побледнел. Кулак Десяти Тысяч Путей в исполнении Ли Цие был чем-то, чего он никогда прежде не видел. Это искусство заставило даже такого исключительного гения почувствовать страх. Он понимал: окажись он на месте Ди Цзо, его участь вряд ли была бы завиднее.
Однако Ди Цзо был жив, и Ли Цие не спешил наносить смертельный удар. Ди Цзо медленно поднялся и, сделав шаг, вновь взмыл в воздух, чтобы предстать перед врагом.
Раздался жуткий хруст срастающихся костей. Тело Ди Цзо окутало божественное сияние, под воздействием которого его раны затягивались, а сломанный скелет восстанавливался прямо на глазах. Ли Цие с легкой улыбкой наблюдал за этим, не пытаясь вмешаться; он был готов подождать, пока противник полностью исцелится.
Видя, что Ди Цзо в порядке, практики Расы Призраков облегченно выдохнули. Пока их кумир жив, остаётся надежда на победу. Надежда на то, что Ли Цие будет повержен!
— Молодые герои рождаются в битвах, — прошептал один из предков великих орденов. Его сердце сжалось от неосознанного страха.
Глядя на этих двоих, старые монстры, прожившие тысячи лет, чувствовали глубокое беспокойство и даже трепет. Ли Цие и Ди Цзо были слишком сильны, настолько, что их мощь лишала покоя даже умудрённых опытом старцев.
Они могли лишь гадать, какими великанами станут эти юноши, когда достигнут своего пика. Очевидно, что их восхождению уже ничто не сможет помешать. И самое страшное для предков было то, что этим двоим даже не нужно было превосходить их в уровне культивации.
Настанет день, когда эти избранники небес вступят в сферу Великого Мудреца, и тогда предкам великих орденов останется лишь безропотно сносить их удары. В тот день даже легендарные мастера прошлого будут охвачены тревогой при одном упоминании их имён.
— Новое поколение неизбежно сменяет старое, — пробормотал один из предков, — похоже, мы действительно состарились. Будущее принадлежит молодым!
Некоторые из древних старцев уже начали подумывать о том, чтобы после завершения событий в Первой Зловещей Гробнице вновь уйти в глубокую спячку и скрыться под землёй. Им вовсе не улыбалась перспектива дожить до того дня, когда Ли Цие или Ди Цзо прижмут их к земле и зададут трёпку, окончательно растоптав достоинство, которое они копили миллионы лет.
Для этих старых мастеров это не было плодом воображения. Им казалось, что этот день уже близок — возможно, через десять или двадцать лет, когда эти таланты станут Великими Мудрецами, кто-то из их сверстников обязательно испытает на себе их ярость.
— Современная молодежь действительно поражает, — раздался древний голос со стороны таинственного континента, принадлежащего древнему царству Ваньши.
Ли Цие и Ди Цзо вновь замерли друг напротив друга в небесной пустоте. Их битва уже стала легендой; каждый приём, каждая техника, которую они демонстрировали, открывали зрителям новые горизонты Дао. Когда раны Ди Цзо окончательно затянулись, все присутствующие затаили дыхание в ожидании последнего, решающего столкновения. Каждый понимал: сейчас в ход пойдут их самые сокровенные козыри.
— Если у тебя остались ещё какие-то приёмы, показывай, — небрежно бросил Ли Цие, — мы сражаемся уже слишком долго, не стоит больше тратить чужое время.
— Тогда покончим с этим! — глаза Ди Цзо вспыхнули ярким светом, а его аура взметнулась до самых небес. Поражение и недавнее избиение не сломили его; напротив, они лишь разожгли в нём ещё более яростное пламя жажды битвы.
В этом и заключалось величие Ди Цзо. Он был иным: чем сильнее был враг, тем свирепее он становился. Трудности лишь пробуждали его скрытый потенциал, ведь он никогда не боялся превосходящей силы.
Видя это, Ли Цие довольно улыбнулся. Ему нравилось встречать таких врагов.
— Да, давай закончим. Если у тебя есть козыри, лучше используй их сейчас, иначе шанса может больше не представиться.
Ди Цзо пристально посмотрел на Ли Цие, становясь предельно серьёзным. Он сделал глубокий вдох, и в тот же миг пространство содрогнулось от гула — над ним явилось Колесо Жизни. Безграничная энергия крови превратилась в бушующее море; Ди Цзо больше не сдерживался, вкладывая в этот удар всю свою жизненную суть.
Для него это был последний шанс. Либо враг падёт, либо он сам расстанется с жизнью.
Энергия крови Ди Цзо была поистине неисчерпаемой. Колесо Жизни вращалось с неистовой скоростью, извергая потоки Крови долголетия. Каждая капля этой драгоценной влаги сияла, словно в ней была заключена вся эссенция неба и земли. Каждая капля обладала весом горы и несла в себе бесконечную жизненную силу.
Когда Кровь долголетия начала испаряться, превращаясь в чистую силу Дао, само пространство задрожало под её весом. Ди Цзо не щадил себя, решив использовать самые истоки своей жизни, чтобы подавить и уничтожить Ли Цие.
— Что за технику он собирается применить? Технику Монарха, тайную технику Небесной Судьбы или, может быть, запретный приём? — зрители были потрясены, видя, как Ди Цзо жертвует Кровью долголетия.
Один из знатоков, хорошо знавших характер гения, покачал головой: — Вряд ли. Ди Цзо слишком горд. Раз Ли Цие не использовал против него запретные искусства или наследие предков, он не станет побеждать, полагаясь на чужую мощь. Скорее всего, он нанесёт удар собственным непобедимым стилем.
Эта догадка заставила многих побледнеть. Неужели, помимо Поступи Цилиня и своего Пути Копья, Ди Цзо создал нечто ещё более сокрушительное?
Многие считали, что для практика, не достигшего уровня Великого Мудреца, создание девяти техник копья уже было пределом возможностей. Но теперь становилось ясно: достижения Ди Цзо простирались гораздо дальше. Неужели он скрывал нечто, превосходящее всё показанное ранее?
Это казалось немыслимым, но именно поэтому его и называли первым талантом Призрачного Священного Мира. Если у него действительно был козырь такого уровня, то мощь его была воистину пугающей.
Раздался тихий гул. Когда энергия крови Ди Цзо достигла своего пика, пространство внезапно дрогнуло, и в то же мгновение свет солнца и луны померк. Весь мир погрузился во тьму.
Тело Ди Цзо окутала призрачная дымка, похожая на чернильный туман или саму ночную тень. Эта тьма начала стремительно расширяться, окутывая небо и землю, словно Ди Цзо решил заменить собой весь существующий мир.
Под ударом этой надвигающейся ночи Ли Цие невольно отступил на шаг. Его лицо на мгновение стало серьёзным, но было уже поздно.
Ночная дымка сомкнулась, образуя замкнутый домен, внутри которого оказались лишь Ли Цие и Ди Цзо. В этом пространстве не было ни солнца, ни звезд, ни рек, ни деревьев; здесь не было ни птиц, ни зверей. Даже законы Великого Пути, казалось, исчезли без следа.
В этом домене всё сущее лишилось красок и жизненной силы. Единственным, кто сохранял свою мощь и цвет, был сам Ди Цзо. Ли Цие оказался заперт в ловушке этого странного мира. Его лицо помрачнело, он попытался активировать свои техники, но ответа не последовало — казалось, все законы мироздания в этом месте погрузились в вечный сон.