Глава 832. Ладно

Конец августа, но зной стоял такой же, как в самый разгар лета. Климат в городе S был ужасным, зимой здесь такие морозы, что пробирают до костей, а летом такая духота, что дышать нечем. Естественно, брата Цзюэ, проводящего почти все свое время в квартире с кондиционером, это почти не касалось… В последнее время, кроме игры, в жизни Фэн Буцзюэ появилось очень много дел. В конце концов, когда живешь с ‘соседкой по комнате’ очень многие бытовые привычки меняются. Кроме того написание его рассказа ‘Две крайности кошмара’ уже подошло к заключительной стадии. Как человек, который очень болезненно относится к своему произведению… Брат Цзюэ, каждый раз, как произведение подходило к концу, становился все медлительнее и скрупулезнее в работе. Написание главы, на которое вначале уходил лишь час, на этом этапе… Могло затягиваться на целый день. Каждый раз в это время он вспоминал слова Чака {изначально играющего роль пророка в сериале “Сверхъестественного”, он описывал похождения двух главных героев} сказанные в конце пятого сезона: финал – задачка не из легких, начало может накропать любая мартышка с клавиатурой, а вот финал… Под силу не всякому. Как ты не пытайся свести концы с концами, фанаты все равно будут недовольны, останутся дыры в сюжете. Но раз уж это финал, ты не можешь бояться и должен написать именно то, что действительно хочешь написать. Фэн Буцзюэ считал эти слова очень верными, только… Самым придирчивым, настойчивым, жестоким и вечно неудовлетворенным фанатом его произведения… Был он сам. Самовлюбленный писатель с наклонностями перфекциониста очень легко может впасть в порочный круг ‘самоистязания’. Очень часто такие люди не обращают внимания на мнение окружающих, они сами себя сводят с ума… ………… Щелк-щелк-щелк-щелк… Утро третьего сентября, Фэн Буцзюэ сидел перед компьютером и быстро стучал по клавиатуре. На его лице было серьезное выражение, кончики пальцев порхали. Взгляд устремлен на монитор, а мысли витают в высоких материях. Наконец, после нескольких часов сосредоточения он облегченно вздохнул… «Хух…» — Фэн Буцзюэ сохранил файл, потянулся, взял с края компьютерного стола чашку уже холодного кофе и поднялся, одновременно делая из нее глоток. «Пффффффрр…» — но стоило ему повернуться, как кофе стремительно выплеснулся из его рта обратно в чашку. «Эй-эй… Капитан, ты чего такие мерзости творишь?» — Сяолин, которая сидя на диване и поедала снеки, брезгливо поглядела на брата Цзюэ. «Ладно уж…» — с боку раздался холодный голос Роюй. – «Он хоть не выплюнул это на пол или кому-то в лицо». В этот момент Фэн Буцзюэ поднял взгляд и обнаружил Роюй, Сяолин, братца Таня, Бао Цина и Ань Юэцинь сидящих на диване в гостиной. Посмеиваясь и переговариваясь, они смотрели домашний кинотеатр. Судя по количеству напитков и огрызков… Они сидели так, по меньшей мере, час. «Когда вы пришли?» — удивился брат Цзюэ. – «Почему я не заметил?» «Вращение земного шара тебя отвлекло». – Без всякого выражения ответила Роюй. Это высказывание было очень язвительным, но из присутствующих ‘людей’ только она, брат Цзюэ, а так же Артас могли понять соль шутки. «Ха-ха…» — Фэн Буцзюэ трудно было смутить, он делано усмехнулся и присоединился к друзьям. – «Насколько я помню… Сегодня ‘марафон бессодержательных и унылых фильмов’, верно?» «Верно, мы как раз посмотрели один». – Отозвался братец Тань. «К слову…» — продолжал брат Цзюэ. – «Изначально это было наше мужское мероприятие. Чего это сегодня людей прибавилось…» «Хм?» — в следующую секунду Роюй метнула в него пронзительный взгляд.

«Я пришла за компанию со своим парнем, нельзя?» — недовольным тоном сказала Сяолин, вцепившись в руку братца Таня и глазами дохлой рыбы поглядев на брата Цзюэ. «Я пришла, чтобы поторопить тебя с рукописью, есть возражения?» — Ань Юэцинь тоже ответила с каким-то наездом. Услышав это, Фэн Буцзюэ поколебался пару секунд, а потом, не глядя на Роюй, Сяолин и мисс Ань дал три коротких ответа: «О, можно, никаких возражений…» ………… В последующие девяносто минут Фэн Буцзюэ был очень рассеянным. Проблема была не в том, что он не умел развлекаться, просто он не мог не размышлять… Еще пять месяцев назад он вел беспорядочную жизнь, днем спал, а ночью работал. Сбитые биологические часы, нарушение питания, недостаток физической нагрузки, ‘заболевание’, которое неизвестно как лечить и так далее… Все это в комплексе давало жизнь пассивного человека. А сегодня, пять месяцев спустя Фэн Буцзюэ рано ложится и рано встает, ведет здоровый образ жизни… В его доме жил кот и девушка, которая его подгоняла. В виртуальном и реальном мире его контактов с людьми стало больше раз в десять. Его лучший друг, похоже, собирался жениться. Он сам сделал качественный скачек в понимании сверхъестественного мира… Оглянувшись назад… Фэн Буцзюэ обнаружил, что изменился. Его серая жизнь окрасилась во множество цветов, он тонул и погружался в это… Сейчас он с удивлением обнаружил, что этот реальный мир вовсе не такой ‘пресный’, ‘нудный’ и ‘тошнотворно разочаровывающий’, ведь сам мир не несет в себе никакой окраски чувствами. Отвратительная или яркая жизнь… Ее выбирает и живет лишь сам человек. Если в этом мире существуют страдания, то их вызывает лишь взаимодействие между людьми. ………… Когда опустились сумерки, все начали расходиться. В квартире остались лишь Фэн Буцзюэ и Ли Роюй. В шесть тридцать брат Цзюэ приготовил три блюда и суп, а Роюй прибралась в квартире. Они сидели за столом друг напротив друга и ужинали в лучах заходящего солнца. В этой спокойно обстановки они молча ели, а не болтали. «Хм…» — внезапно Фэн Буцзюэ отложил палочки, проглотил еду и сказал. – «Есть кое-что, о чем я хотел тебя спросить». «Говори». – Роюй понятия не имела, о чем он хочет спросить. «Ты можешь… Попробовать… Завести со мной отношения?» — Фэн Буцзюэ было тяжело задать этот вопрос. В этот миг лицо Роюй, так же, как и палочки в ее руках, одновременно застыли. Затем последовали двадцати секунд молчания. Эти двадцать секунд показались Фэн Буцзюэ целой вечностью… Двадцать секунд спустя она подняла на него взгляд, он как всегда был спокоен и холоден, а потом дала очень короткий ответ: «Ладно».