Глава 315. Траурный платок
Когда в салоне снова вспыхнул свет, Ян Цзянь мгновенно понял: самый опасный момент миновал. Теперь ему нужно лишь вернуться в автобус, и он окажется в относительной безопасности — по крайней мере, ему больше не придётся беспокоиться о том, что эти призраки до него доберутся.
— Уходим отсюда.
Взгляд Ян Цзяня сосредоточился. Он чувствовал, что если останется снаружи, то Невеста-труп непременно выберет его своей целью. И хотя Плакальщик у могилы был временно подавлен Призрачной веревкой, критическая угроза всё ещё не была устранена.
Он немедленно начал отступать.
Используя возможности Домена Призрака, он в следующее мгновение оказался прямо у дверей автобуса и отозвал Призрачную веревку.
Лишившись пут, Плакальщик у могилы с глухим стуком рухнул на асфальт, словно безжизненный мешок. Его тело замерло в странной, неестественной позе.
В момент падения призрака Ян Цзянь заметил, как рядом на землю опустился кусок белой ткани. Это был тот самый платок, которым Плакальщик закрывал лицо. На нём отчетливо проступали контуры человеческого лица — пустые, жуткие, застывшие в выражении бесконечной скорби и плача.
Какое-то внутреннее чутьё подсказало Ян Цзяню, что этот выпавший платок — вещь необычная.
"Эта тварь чуть не придушила меня своим плачем. Будет справедливо, если я возьму эту вещицу в качестве компенсации", — подумал он. Ян Цзянь не стал спешить в салон. Вместо этого он метнулся к платку, подхватил его и, пока Плакальщик на земле только начинал извиваться, пытаясь подняться, юркнул в автобус.
Поднявшись на подножку, Ян Цзянь невольно замер, бросив взгляд на водительское место.
Труп водителя средних лет, который до этого валялся на полу, непонятным образом снова восседал в кресле. Его окоченевшие руки, покрытые трупными пятнами, мёртвой хваткой вцепились в руль. Остекленевшие, пепельно-серые глаза были широко открыты и устремлены на дорогу впереди. Он выглядел так, будто в любой момент готов нажать на газ.
"Этот труп двигался, пока мотор был заглушен?" — Ян Цзянь сразу осознал всю серьезность ситуации.
Может ли быть так, что призрак в этом автобусе и есть сам мёртвый водитель? Нет, это казалось невозможным. Совсем недавно другие люди касались этого трупа, перешагивали через него, и ничего не происходило. Тело пролежало на полу несколько часов без малейших признаков активности. Ян Цзянь внимательно наблюдал за ним с заднего ряда и был уверен, что не ошибся.
Или же с трупом всё в порядке, а его на место усадил тот невидимый призрак, что всё это время прятался в салоне? Ответов не было.
За сегодня произошло слишком много странного. Всё происходящее превратилось в одну огромную загадку, а сил Ян Цзяня едва хватало на то, чтобы просто выжить. У него не было времени на глубокие раздумья о причинах и следствиях.
"Плевать. Главное, чтобы не случилось беды. Сейчас важнее всего, чтобы автобус тронулся и покинул это проклятое место. Медлить нельзя, иначе призраки снаружи могут последовать за нами в салон".
Ян Цзянь быстро прошел в глубь автобуса, стараясь не смотреть на водителя. Из осторожности он не стал занимать чужие места и сел на своё прежнее сиденье.
Четвертый призрак всё ещё мог скрываться где-то рядом, в тенях между креслами.
Оказавшись в кресле, Ян Цзянь не расслабился. Крепко сжимая в руке трофейный траурный платок, он внимательно наблюдал за тем, что происходит снаружи. Не решит ли Плакальщик у могилы явиться за своим имуществом?
К этому моменту призрак уже поднялся на ноги.
Без платка, закрывавшего лицо, Ян Цзяню удалось разглядеть его профиль. То, что он увидел, заставило его содрогнуться от ужаса.
Лица как такового у существа не было. На его месте зияла пустая черная дыра, словно лицевые кости были кем-то грубо вырваны. Этот провал был бездонным и мрачным, как сама преисподняя, и от одного взгляда в эту тьму веяло невыразимым кошмаром.
Ян Цзянь даже с помощью Призрачного Глаза не смог разглядеть, что находится внутри этой пустоты — только абсолютную черноту.
Как только Плакальщик выпрямился, из этой дыры начала медленно сочиться густая кровь. Казалось, забрав платок, Ян Цзянь нарушил некий хрупкий баланс.
Впрочем, забрал бы он его или нет — не имело значения, ведь платок и так уже упал. Ян Цзянь просто рассудил, что такая ценная вещь не должна пропасть зря.
К счастью, Плакальщик не стал заходить в автобус, чтобы предъявить претензии. Похоже, утрата платка не была для него критичной. Призрак перестал плакать. Он развернулся и медленно побрел в сторону леса.
Действия Чжан Хао больше не оказывали на него влияния.
У края леса, где раньше была лишь чаща, внезапно появилась узкая извилистая тропинка. Плакальщик ступил на неё и вскоре скрылся среди деревьев. Мгновение — и он исчез, не оставив ни звука, ни следа. Плач окончательно затих.
"Один ушел?" — Ян Цзянь проводил его взглядом и только после этого вернул себе слух.
Он опустил глаза на белую ткань в своих руках. Материал был грубым и старым. Называть её белой было сложно — скорее, она приобрела грязновато-серый оттенок. С обеих сторон на ней проступал один и тот же отчетливый контур плачущего лица.
Ян Цзянь чувствовал, что эта вещь уникальна. И дело было не в самой ткани, а именно в этом изображении.
Стоило снять платок, как Плакальщик замолчал. Возможно, рыдал вовсе не призрак, а именно это лицо на платке?
Ян Цзяню почему-то вспомнилась Тун Цянь. У неё тоже было призрачное лицо, но оно всегда улыбалось. Плач и смех — две стороны одной медали, два похожих проявления призрачной силы.
Не успел он развить эту мысль, как снаружи раздался сильный удар.
Чья-то рука резко хлопнула по стеклу, затем другая ухватилась за край окна, и в салон, тяжело дыша, запрыгнул мужчина в кепке.
Точнее, кепку он уже потерял, обнажив абсолютно лысую голову. Сейчас он больше походил на буддийского монаха.
— Едва выкарабкался... Чуть не сгинул в этом сне. Ты даже не представляешь, какой это кошмар. Зловещий призрак преследовал меня повсюду, и если бы он убил меня там, я бы умер по-настоящему. К счастью, я вовремя проснулся. Хех, никогда бы не подумал, что риск оживления моего собственного призрака в итоге спасёт мне жизнь.
Мужчина бросил взгляд на Ян Цзяня и невесело усмехнулся:
— А ты парень непростой. Из нас троих ты держался увереннее всех, да ещё и умудрился подавить Плакальщика. Новичку такое не под силу. Сюй Фэн явно тебя недооценил. Как тебя зовут? Не против познакомиться?
— Ян Цзянь. Руководитель города Дачан, — спокойно ответил тот.
Информацию о нём было легко найти, так что скрывать имя не имело смысла.
— Меня зовут Линь Бэй. Я студент буддийской академии. Хоть я ещё и не выпустился, но меня можно считать монахом, — представился мужчина.
Ян Цзянь пристально посмотрел на него:
— А тот призрак, что вцепился в тебя? Где он сейчас?
— Без понятия, — Линь Бэй потер свою лысину. — Может, затаился во мне и ждёт, когда я снова усну, чтобы напасть. Может, переключился на другую цель. А может, уже вернулся в этот автобус. У него нет физического тела, он проникает в сны. Мне не повезло: мой способ сдерживать своего призрака как раз заключается в глубоком сне. Когда я сплю, я обычно нахожусь в особом состоянии безопасности. Но, как видишь, это работает не всегда.
— Сейчас не время для пустых разговоров. Рядом с призраками безопасности не бывает, даже если мы в автобусе, — отрезал Ян Цзянь, снова глядя в окно.
Невеста-труп всё ещё стояла на дороге. Она застыла, утратив активность, но её иссохшая ладонь по-прежнему сжимала руку мёртвого Чжан Хао. Они стояли на обочине, словно жуткая супружеская пара.
Похоже, эта тварь больше не собиралась заходить внутрь.
Если это так, то новости были хорошими. Однако в следующую секунду Ян Цзянь заметил, что Сюй Фэна нет на месте — его тело, придавленное к Невесте, исчезло.
— Ты едва не прикончил меня! — раздался яростный, срывающийся голос Сюй Фэна. Каким-то чудом он успел подбежать к дверям и пулей влетел в салон.
"Живой?" — Ян Цзянь на мгновение опешил.
Пролежать три минуты под Невестой-трупом и не погибнуть? Ну и живучий же тип.
— Не стоит так драматизировать. В той ситуации всё шло к неминуемой гибели. Я лишь искал способ спастись. Если бы я не прервал этот ритуал Чжан Хао, он бы созвал сюда всех окрестных тварей. Думаешь, у тебя был бы шанс вернуться в автобус?
Лицо Ян Цзяня оставалось бесстрастным, но в глазах читалась холодная враждебность.
— Твоё тело — отличный инструмент, жаль, что ты используешь его только для самообороны. Оно идеально подходит для подавления призраков. К тому же, я дал тебе возможность приобнять такую "даму"... Тебе грех жаловаться.
— Ты просто хотел избавиться от меня! — прорычал Сюй Фэн, сверля его взглядом. — Всё это подавление — лишь удобный предлог!
— Даже если и так, что с того? — Ян Цзянь посмотрел на него в упор, ни капли не смутившись. — Если ты находишься в состоянии мнимой смерти, то веди себя тихо и не ищи лишних проблем. Ты готов был подставить меня ради собственного выживания, так что я обошелся с тобой ещё довольно мягко. Если бы мы были не в этом автобусе, я бы закопал тебя на десять тысяч метров под землю, чтобы ты мог наслаждаться своим состоянием вечно. Поверь мне на слово.
Ян Цзянь понимал, что способности Сюй Фэна крайне эффективны против зловещих призраков. Его защита была даже мощнее, чем у Линь Бэя. Но и слабость была очевидна: обладая феноменальной выживаемостью, Сюй Фэн почти не имел средств для активной атаки.
Вероятно, именно благодаря своей "неубиваемости" эти двое и смогли так долго продержаться на этом маршруте, в то время как их спутники один за другим отправлялись на тот свет.
— Не радуйся раньше времени. То, что ты выжил сегодня — чистая удача. Призраки атаковали нас, но в следующий раз целью можешь стать ты. Твоё бахвальство здесь ничего не стоит. Победителем выйдет тот, кто доедет до конца, — холодно бросил Сюй Фэн. Он не видел ничего плохого в своём подходе и был искренне рад, что его способность позволяет ему выходить сухим из воды.
Он вспомнил многих знакомых Повелителей Призраков: кто-то погиб от оживления собственного призрака, кто-то нелепо сгинул в очередном аномальном инциденте. Со всех сторон приходили лишь вести о смерти.
И только он, будучи руководителем в городе Сяочунь, спокойно коротал дни и жил до сих пор.
— Не знаю, сколько мне отмерено, — с легкой усмешкой произнес Ян Цзянь, — но я уверен в одном: я проживу гораздо дольше тебя. У тебя ещё будет возможность в этом убедиться.