Том 8. Глава 685. Дракон Бездны

Центральная зона Бездны была в десять раз больше внешней и внутренней зон вместе взятых, поэтому путешествие из одного конца в другой заняло бы месяц даже у Эзекиеля.

К счастью, им не пришлось долго ждать, так как они нашли первого Дракона Бездны.

Вдали, возвышаясь над ними, стояло колоссальное существо ─ Дракон Бездны. Его чешуя переливалась радужным сиянием, отражая хаотическую энергию самой Бездны. Его глаза светились с потусторонней интенсивностью, казалось, он знал о присутствии Эзекиеля и Габриэля.

— Это Дракон Бездны. Хотя это не самый сильный вид в Бездне, когда дело доходит до сродства с элементом, ни один вид не может превзойти его, — спокойно произнес Эзекиель, его голос был едва слышен над низким гулом дракона.

— Его сердце обладает огромным сродством с Бездной, и, получив его, ты обретешь то же самое сродство.

Габриэль не мог оторвать взгляда от величественного существа, стоящего перед ним. Размеры и мощь, исходящие от дракона, внушали благоговение.

Он задавался вопросом, как такое сердце может поместиться в его собственном теле, но доверял наставлениям Эзекиеля. В конце концов, Эзекиель привел его так далеко, направив на путь становления сильнее.

По взмаху руки Эзекиеля всплеск энергии окутал Габриэля, оградив его от удушливой атмосферы. — Не выходи за пределы защитного поля. Ты можешь погибнуть. Я сам разберусь с ним.

Он шагнул вперед, его глаза устремились на Дракона Бездны.

В бескрайних просторах космоса разворачивалась невообразимой силы небесная битва.

Эзекиель, существо огромной силы, стоял перед Драконом Бездны. Даже Габриэль чувствовал, что Дракон Бездны силен и страшен. Он был ничуть не слабее Эзекиеля.

В данный момент перед Габриэлем стояли два самых сильных существа, которых он видел до сих пор.

Это чудовищное существо обладало истинной силой Бездны благодаря своему сродству с окружающей средой. С другой стороны, Эзекиель тоже владел элементом Бездны, который он оттачивал на протяжении долгих лет.

Эзекиель, облаченный в темные доспехи, сверкающие неземным светом, призвал свой черный меч, лезвие которого сияло ужасающим блеском.

Габриэль никогда раньше не видел, как Эзекиель использует этот меч, но он чувствовал его ауру. Казалось, что этот меч может пронзить несколько миров одновременно.

Эзекиель встал во весь рост перед Драконом Бездны, даже не пытаясь скрыть свое присутствие, так как знал, что Дракон уже почувствовал его. Дракон не нападал лишь потому, что чувствовал, что стоящий перед ним человек недостаточно силен, чтобы противостоять ему.

Однако, как только Эзекиель достал меч, даже дракон почувствовал беспокойство, словно человек перед ним был не так прост, как ему казалось.

Темная чешуя дракона не отражала света, а его глаза светились зловещим красным оттенком, излучая чистую злобу.

Дракон чувствовал убийственное намерение стоящего перед ним человека. Он издал рев, как бы предупреждая человека, чтобы тот не мешал ему отдыхать. Однако Эзекиель не собирался его слушать.

Начав сражение, Эзекиель с ослепительной скоростью устремился вперед, его меч прорезал пустоту пространства. Но дракон не был обычным противником. Он выпустил волны тьмы, которые закружились вокруг Эзекиеля, пытаясь заманить его в свои лапы.

Тьма вырвалась наружу, ее нити обвились вокруг Эзекиеля, пытаясь задушить его божественную сущность.

Не выдержав, Эзекиель использовал свою способность, наколдовав темные лучи света, чтобы противостоять надвигающейся тьме. Он противопоставил Бездну Бездне.

К удивлению Габриэля, сродство Эзекиеля с Бездной оказалось не слабее, чем у дракона. Он задумался, не обладает ли Эзекиель сердцем Дракона Бездны. Быть может, это одна из причин его силы и долгого выживания?

Он не понимал, как такое возможно. Ведь Эзекиель помог ему убить дракона, чтобы заполучить его сердце. Но кто помог Эзекиелю? Он был уверен, что Эзекиель с самого начала не был достаточно силен, чтобы убить дракона и забрать его сердце. Он был всего лишь демоном, которого могли растоптать самые слабые боги.

Ему всегда было интересно, как Эзекиель обрел такую силу. Это всегда было окутано тайной, поскольку Эзекиель не говорил об этом. Но Габриэлю стало казаться, что все не так просто, как он думал.

От столкновения Эзекиеля и дракона по космосу прокатились ударные волны, породив небесные взрывы, осветившие поле боя. Однако превосходство дракона над Бездной казалось непреодолимым. Его сила усилилась, окутав Эзекиеля непроницаемой тьмой.

Казалось, что каждый миг кожу Эзекиеля разрезают тысячу раз.

Эзекиель мужественно сражался со всепоглощающей тьмой дракона. Несмотря на то что оба они использовали Бездну для сражения, они не могли контролировать территорию или владения друг друга. Атаки обоих были отмечены их символом, что не позволяло другим контролировать их.

Эзекиель произносил древние заклинания, призывая странную силу. Для Габриэля это тоже было впервые. Он не понял ни слова из этих заклинаний, но то, что произошло дальше, ошеломило его.

Прилив божественной энергии пронесся по венам Эзекиеля, рассеяв надвигающуюся тьму и вернув ему зрение. Он обрушил на дракона шквал святых заклинаний, пронзая его чешую лучами чистого света.

Как энергия Бездны была самой большой угрозой для богов, так и божественная энергия была весьма эффективна против существ Бездны. Габриэль просто не мог понять, как Эзекиель смог использовать Божественную энергию.

Похоже, он не просто использовал ее. Он чувствовал, что Эзекиель находится в плохом состоянии. Божественная энергия, которую он вызвал, словно отрава, которую не могло принять его тело, причиняла ему вред.