Том 1. Глава 120. Ловушка вины
Рем наконец повернулся к Габриэлю. "А ты..."
Он почесал затылок. Такова была его реакция всякий раз, когда ему приходилось иметь с ним дело. Габриэль был для Элианы как звездный ученик. Она придавала ему большое значение, особенно из-за огромного таланта, которым он обладал. Никто, кроме него, Лишен и Элианы, не знал, на что способен Габриэль, судя по его талантам.
"Ты взял письмо?"
спросил Рем.
"Я не брал его",
- ответил Габриэль без малейшего страха на лице. "Однако это не первый раз, когда меня ложно обвиняют в Академии. Это уже дважды за два дня".
Только вчера его обвинили в убийстве Хоурина. Он действительно это сделал, но для мира он был невиновен, и пока он не будет невиновен для мира, все эти обвинения будут ложными. Так было и с этим.
"Ха".
Рем понял, на что намекает Габриэль. "Я понимаю, что ты говоришь, но зачем кому-то обвинять тебя ложно? Они утверждают, что видели, как ты брал письмо, не так ли?"
"Зачем кому-то обвинять меня ложно?"
Габриэль ухмыльнулся. Он знал, что если ему нужно выбраться из этой ситуации без боя, то нужно заманить остальных в ловушку, а что может быть лучше, чем использовать их прежние обвинения против него.
"Почему бы вам не спросить его, почему кто-то может ложно обвинить кого-то?"
- он указал вдаль, заставив всех посмотреть в том направлении, куда он указывал.
Ян был ошеломлен тем, что все вдруг посмотрели на него. В ответ он лишь насмешливо хмыкнул.
"Из-за его ложных обвинений мы с Каеном едва не оказались на грани того, чтобы лишиться своих талантов в Испытании Короны. А теперь, основываясь на других обвинениях, вы снова хотите делать все, что вам заблагорассудится? Простите, но я не позволю этому случиться".
Габриэль покачал головой, словно ему все это порядком надоело.
"Здесь другой сценарий. Вы не потеряете свой талант, если просто снимете перчатки и дадите им понять, что вы невиновны. Разве это не так?"
"Если это так, то я обвиняю тебя в краже письма".
Габриэль был не в настроении сдаваться. "Я видел, как ты взял письмо. Если ты не виновен, сними с себя всю одежду и дай нам посмотреть. Ты ничего не потеряешь. А если ты невиновен, то можешь дать им посмотреть, не так ли?"
Услышав саркастический ответ, лицо Рема дернулось. Этот парень... Он действительно играл с ним.
"Мне надоели эти обвинения и доказывание своей невиновности. Если мне придется каждый день доказывать свою невиновность, то я не буду чувствовать себя в безопасности в этой Академии. Сегодня это мои перчатки. Завтра вы попросите меня раздеться, чтобы доказать свою невиновность, а послезавтра попросите меня зарезать себя, чтобы доказать свою невиновность. Если так будет складываться моя жизнь в Академии, то я вполне могу не быть студентом".
"Я немедленно покидаю эту Академию. Лучше я подам заявление в Церковь Света. По крайней мере, они не будут ежедневно обвинять меня".
Быть изгнанным из Академии или покинуть ее по собственному желанию - оба варианта были одинаковы, и оба были выгодны для него. Он мог покинуть Академию прямо сейчас и ни о чем не жалеть. У него уже были все необходимые артефакты, и это давало ему повод покинуть это место, не вызывая особых подозрений.
Тем не менее, если это возможно, он хотел остаться здесь еще на несколько дней, поскольку хотел попасть в Башню Испытаний. Но если это не удастся, он не будет возражать и против этого. Это должно было стать угрозой для Рема, и он не шутил.
Единственная причина, по которой Академия держала в секрете его талант и возраст, заключалась в том, что они не хотели, чтобы он достался Церкви Света. Они хотели быть известными как Академия, подготовившая следующего мага Света. Он знал, что Академия не собирается его терять.
В каком-то смысле он был их сокровищем. Даже если они должны были вести себя нейтрально по отношению к другим, к нему определенно было какое-то предубеждение, и он хотел использовать это предубеждение в своих интересах.
Рем хотел, чтобы Габриэль снял перчатки и доказал свою невиновность, ведь это был самый простой выход. Ему также хотелось, чтобы он сам снял эти перчатки, но он не мог заставить его. Если Габриэль действительно покинет Академию и решит отправиться в Церковь Света, то, по его мнению, Элиана очень расстроится из-за того, что он не справился с ситуацией.
Элиана и так была очень напряжена из-за кражи, и еще больший стресс был ей сейчас ни к чему, ведь он не хотел видеть Элиану в гневе. Даже если Габриэль и взял письмо, это была сущая мелочь. Он мог бы позволить Габриэлю уйти из-за этого.
Он оказался между молотом и наковальней. Он только что наказал Аиру. Если он даже не попытается выяснить у Габриэля, говорит ли Аира правду, то может показаться, что он весьма предвзят. К сожалению, у него не было выбора в этом вопросе.
Габриэль был прав. Его обвинили только вчера, когда убийцей оказался маг Тьмы. За столь короткий срок еще одно обвинение могло привести кого угодно в ярость.
Он давал Габриэлю преимущество сомнения. Более того, если он проверит и окажется, что Габриэль невиновен, то Элиана обвинит его в случае, если Габриэль покинет Академию после его поисков.
В конце концов он решил выбрать менее плохой из двух вариантов.
"Я могу понять твой гнев. Ты прав, что вчера тебя обвинили несправедливо, и мы все зря сомневались в тебе. На этот раз я дам тебе преимущество, поскольку ты уже позволил им проверить твою одежду. Все, что больше этого, было бы перебором. Ты можешь уйти. Никто не будет тебя обыскивать".
Рем сдался. План Габриэля по выходу из ситуации сработал. Габриэль получил разрешение на обучение и больше не терял ни секунды.
"Что?" -
Аира была ошеломлена случившимся! "Он даже не обыскал Габриэля? Что это за предвзятость? Ее так сильно наказали из-за пустяка, а его даже не обыскали? Его оставили без наказания. Даже Гаррик не был наказан! Почему только она понесла наказание? Если она и раньше считала Рема необъективным, то теперь убедилась в этом окончательно!"
Она решила поговорить об этом предубеждении с Ксинчи, которая была главной учительницей ее Дома Призыва.
Не теряя ни секунды, Габриэль стремительно покинул это место, но не спеша. Он шел в своем обычном темпе, словно на прогулке, оставляя за собой ошеломленную толпу.