Глава 508. Пятизвездочный Божественный узор
Облака, весь день окутывавшие Облачный Дворец, тихо рассеялись, и несколько золотых лучей солнца, проникнув внутрь, вырисовали стройную фигуру Нин Юйде.
Она молча наблюдала за Ло Чжэном какое-то время, прежде чем легко удалиться.
Для Нин Юйде это на самом деле была неразумная авантюра. Едва сделав свою ставку, ей предстояло столкнуться с огромным давлением со стороны старейшин Облачного Дворца.
Хотя Бабушка Юй и Мудрец Великого Сна, а также другие старейшины, не выказывали ей сильного недовольства, Нин Юйде ясно понимала, что они тоже не одобряют её действий.
Эта ставка была слишком велика и могла привести к потере Облачного Дворца...
Едва выйдя из Облачного Дворца, она снова увидела, как Мастер Чжо и множество старейшин свирепо обступают ее. Помимо этих старейшин, там также были главы многих могущественных кланов третьего ранга и лидеры сект третьего ранга.
Все эти главы кланов и лидеры сект были влиятельными фигурами в городе Облачного Моря; они всегда были вассалами Облачного Дворца. Если Облачный Дворец рухнет, это вызовет потрясения, подобные цунами, и они столкнутся с большими неприятностями.
Возлагать надежды на сопротивление Цуй Се, доверяя Ло Чжэну, действительно было неразумным решением.
— Глава Дворца, еще раз подумайте! Как может достопочтенная секта четвертого ранга возлагать свои надежды на какого-то Ло Чжэна!
— Глава Дворца, наш клан Гуй Юнь верой и правдой служил Облачному Дворцу двести лет, и будет следовать за ним до самой смерти, но мы не можем из-за какого-то мальчишки из сферы Просветления…
— Передать Ло Чжэна — единственный выход!
Различные слова хлынули потоком: некоторые были страстными, некоторые гневными, некоторые увещевательными, некоторые безнадежными, словно бушующий шторм, накатывая волнами на Нин Юйде, почти захлестывая ее целиком. А она, будучи Главой Дворца, даже не могла найти пути к отступлению.
Через какое-то время Нин Юйде наконец справилась с этой толпой.
Вернувшись в свой Ледяной Дворец, лицо Нин Юйде было безразличным. Глядя, как ледяной феникс мягко подлетает и приземляется на ее плечо, пытаясь сблизиться, она слегка прикусила свои тонкие губы и невольно выругалась: — Черт возьми, я проиграла...
Но она была именно такой женщиной: однажды выбрав направление, она не меняла своего решения. Даже если впереди были тернии и мучения, она будет нести их в одиночку, неуклонно продвигаясь вперед.
Ло Чжэн, конечно, знал, какое огромное давление несет на себе Нин Юйде.
Но Цуй Се мог "посетить" их в любой момент, поэтому Ло Чжэн мог только посвятить все свои силы рисованию Божественных узоров.
Даже если Ло Чжэн обладал Душой сферы Боевой Души, такое высокоинтенсивное рисование Божественных узоров было для него довольно большим расходом. В день двенадцать шичэнь он рисовал непрерывно по восемь шичэнь, а оставшиеся четыре шичэнь использовал для восстановления Духа. Это было испытанием для Души Ло Чжэна.
Первый и второй день были еще терпимы.
На третий день Ло Чжэн почти не хотел просыпаться, чрезмерное истощение силы души делало его Душу крайне уставшей, и короткий сон не мог ее восстановить.
Ло Чжэн был вынужден надеть нефрит Питания Души, подаренный ему Ши Кэфанем, и одновременно принять несколько пилюль для питания души.
Несмотря на такое отчаянное истощение своей силы души, за это время Душа Ло Чжэна стала еще более стабильной, слегка покрывшись изумрудно-зеленым свечением.
Сфера Боевой Души не была концом для Души; над сферой Боевой Души располагалась сфера Лазурной Души, но для того, чтобы Душа вошла в сферу Лазурной Души, требовались еще обширные тренировки, и это было далеко не то, на что мог рассчитывать нынешний Ло Чжэн.
Все это время Нин Юйде находила возможность навестить Ло Чжэна.
Столкнувшись со всесторонним давлением на Облачный Дворец, она могла хоть немного успокоиться, лишь видя чрезвычайно серьезное лицо Ло Чжэна.
За это время Облачный Дворец также внимательно следил за передвижениями Цуй Се. Согласно полученным сведениям, после того как Цуй Се покинул город Небесного Откровения, он, похоже, искал способ исцелить сердце боевого пути Цуй Юня.
Разрушенное сердце боевого пути было для культиватора почти разрушительным ударом; это не только приводило к полному упадку, но и заставляло терять веру в собственное существование.
Восстановление сердца боевого пути было непростой задачей; даже после восстановления могли остаться побочные эффекты, такие как проблемы с памятью, а разум мог даже стать неполноценным. Если же пустить все на самотек, со временем восстановить его будет все сложнее, поскольку воспоминания культиватора будут становиться все глубже. Поэтому Цуй Се в первую очередь занялся не проблемами Облачного Дворца, а восстановлением сердца боевого пути Цуй Юня.
Эта новость, вероятно, была единственной хорошей новостью для Облачного Дворца, по крайней мере, она помогла им выиграть немало времени.
Незаметно пролетело больше половины месяца. На девятнадцатый день были наконец завершены четыре тысячи девятьсот Божественных узоров, оставалось только три последних пятизвездочных Божественных узора, которые были самыми важными.
Эти три пятизвездочных Божественных узора — только материалы для них стоили четыре тысячи камней истинной энергии высшего класса — были также тремя самыми важными Божественными узорами в великой защитной формации секты; все четыре тысячи с лишним Божественных узоров этой формации были построены на основе этих трех пятизвездочных Божественных узоров.
Первый пятизвездочный Божественный узор назывался "Свет Обильной Воды". Этот Божественный узор мог собирать силу тысячи четырехсот других Божественных узоров, конденсируя ее в защитный барьер секты.
Второй пятизвездочный Божественный узор назывался "Гнев Небесной Кары". Это был атакующий Божественный узор, способный высвобождать атакующие эффекты, подобные Небесной Каре.
Третий пятизвездочный Божественный узор назывался "Безумная Ловушка". Это была руна-ловушка, которая активировалась только после того, как противник ее запустил.
Ло Чжэн не стал лично заниматься этими тремя пятизвездочными Божественными узорами. Хотя он был уверен, что сможет их завершить, материалы были слишком ценными, и малейшая ошибка могла привести к их полному уничтожению.
Не то чтобы Облачный Дворец не мог позволить себе столько камней истинной энергии, но некоторые материалы нельзя было купить просто так, имея деньги. Столкнувшись с таким грозным врагом, Ло Чжэн не хотел рисковать.
Перед Ло Чжэном лежала огромная руническая бумага. Когда Ло Чжэн взял в руки кисть, часть Души Зеленого Дракона погрузилась в руническую кисть. Кончик кисти тяжело опустился на бумагу, и внезапно вспыхнуло водянистое сияние, в котором таилась интенсивная сила закона воды!
Божественные узоры от одной до четырех звезд не предъявляли высоких требований к силе закона, но для создания пятизвездочного Божественного узора необходимо было в совершенстве владеть силой закона. Например, для создания "Света Обильной Воды" нужно было полностью овладеть первым уровнем силы закона воды, иначе его было невозможно нарисовать.
Например, если некоторые Мастера Божественных Узоров из Верхнего мира культивировали силу закона огня и силу закона грома, они не могли бы нарисовать "Свет Обильной Воды", потому что для активации свойств материалов в рунических чернилах требовалось их глубокое понимание закона воды.
Глядя на струящийся водяной свет, исходящий от кончика кисти Ло Чжэна, Цзун Жуй глубоко вздохнул.
Цзун Жуй также мог рисовать пятизвездочные руны, но где в пятизвездочных рунах можно было использовать такую сильную силу закона? Был ли этот парень уверен, что он рисует пятизвездочные руны, а не шести- или семизвездочные?
— Какова же будет сила, когда эта руна активируется! — Цзун Жуй не мог не испытывать предвкушения.
В Центральном регионе самый высокий уровень рун ограничивался шестью звездами, и даже в нынешнем мире лишь несколько стариков из Башни Рун могли едва ли их нарисовать, но они совершенно не использовали такую интенсивную силу закона!
В этом и заключалась мощь Божественных узоров. Если бы пришлось пересчитать, сила этого пятизвездочного Божественного узора была бы примерно сопоставима с силой восьмизвездочной руны в Центральном регионе, и именно поэтому Ло Чжэн так верил в эту великую защитную формацию секты!
Мазки на рунической бумаге были подобны маленьким рекам, переливающимся яркими цветами, переплетающимся между собой, сложным и полным красоты.
Создание "Света Обильной Воды" заняло у Ло Чжэна целых два шичэнь. Спустя два шичэнь Ло Чжэн завершил последний штрих, и наконец сформировалась идеальная руна.
Шу-шу-шу...
Все в зале услышали приятный шум текущей воды, и этот Божественный узор словно ожившая картина гор и рек, заставлял всех почувствовать мягкий и нежный Домен Намерения, как будто они оказались в другой обстановке.
Когда водные волны на руне постепенно улеглись, а аура рассеивающейся силы закона воды медленно исчезла, атмосфера в зале постепенно вернулась в норму.
Ло Чжэн взглянул на Цзун Жуя, затем спокойно произнес: — Следующая!
В этот момент из дверного проема зала снова донесся шум.
— Нин Юйде в эти дни объявила о затворничестве, но я считаю, что она просто уклоняется! Облачный Дворец на грани краха, как она может прятаться в своем Ледяном Дворце, не выходя наружу? Это крайне безответственно!
— Она должна дать нам объяснение!
— Слышал, Ло Чжэн тут рисует какую-то чушь руны, какая от этой защитной формации секты толку? Схватить этого мальчишку, либо выдать его, либо заставить Нин Юйде выйти!
Шум нарастал, и вскоре группа людей появилась у входа.
Лицо Цзун Жуя стало мертвенно-бледным и ужасающе мрачным. Ло Чжэн находился в самый ответственный момент, а эти идиоты осмелились устроить здесь шум.
— Что за шум! — не выдержал Цзун Жуй, который обычно был очень терпелив, и гневно воскликнул.