Том 1. Глава 0. Пролог
Этой ночью Цзиньлин был не таким, как всегда.
Всё началось с того, что тонкие ветви плакучих ив на берегу реки Циньхуай зашелестели тревожной дрожью. Затем на холме Юйхуатай разноцветные камешки пришли в движение, сталкиваясь и поскрипывая друг о друга, словно издавая тихую, жалостливую песнь. Одновременно на тёмной, неподвижной глади озера Хоуху к северу от города безо всякой причины заструились круги ряби; они поплыли к берегу, чтобы мягко, но настойчиво удариться о каменную кладку городской стены, а по другую её сторону – о подножие горы Циньтянь. На самой же вершине этой горы, в павильоне Бэйцзи, медный армиллярный шар, чья роль – быть недвижимым, подобно Полярной звезде, вдруг содрогнулся, и толстые железные цепи, удерживавшие его с четырёх сторон, напряглись и загудели низким, зловещим лязгом.
Под тусклым, безжизненным светом луны живописные уголки Цзиньлина, его сады и холмы, будто превратились в цепь сигнальных огней, в беспокойную череду сторожевых башен, передававших одну за другим весть о надвигающейся беде. И внезапно – огромные колокола в монастырях Цзиминь, Цинлян, Дабаоэнь и в ритуальной обители Чжаотяньгун зазвучали сами собой, без участия человеческих рук. Казалось, незримый исполин принялся раскачивать их один за другим. Звон был поспешным, тревожным, лишённым всякого порядка и гармонии, и в мгновение ока он разлился по всем улицам и переулкам спящего города.
Его жители ещё не успели до конца раскрыть отяжелевшие от сна веки, как земля под ними внезапно и грозно заходила ходуном.
Буддийские книги говорят, что землетрясению свойственны шесть ликов: оно может двигать, поднимать, вздымать волнами, сотрясать, реветь и наносить удары. И в тот миг все эти шесть ликов явили себя разом. В одночасье содрогнулись склоны гор Чжуншань, река Циньхуай выплеснулась из своих берегов, а по городу пронёсся грохот, словно промчались тысячи бешеных коней, подкованных железом. И канцелярии чиновников на проспекте Чанъаньцзе, и тесные жилые дома у западной водной заставы в квартале Чаоку, и величественные залы Императорского дворца, и верфи Управления кораблестроения на реке Лунцзян, и мощный каменный барбакан у ворот Цзюбао, и даже та самая, ещё не достроенная, сияющая многоцветной глазурью пагода в монастыре Дабаоэнь – всё затрепетало и застонало под напором слепой, неудержимой мощи.
Величайший и прекраснейший град империи Великая Мин в тот миг уподобился склонившемуся в страхе и покорности узнику, безропотно принимающему удары карающего бича небесной воли. Среди нарастающего гула и грохота в главном Зале Почитания Неба с тяжёлым звоном опрокинулся на пол массивный позолоченный клепсидр. Его поплавок навеки остановился на делении, означавшем: первый год эры правления Хун Си, восемнадцатый день пятой луны, день динхай, час цзы (1).
______
子时 (zǐshí) – период цзы или час Крысы – первый из двенадцати двухчасовых отрезков, на которые делились сутки в традиционном китайском времяисчислении. Соответствует периоду с одиннадцати часов вечера до часа ночи. Считается временем наибольшей активности сил инь, в том числе духов, призраков и прочей нечисти, когда граница между мирами истончается.