Глава 48
Клео зевнула и открыла глаза, протягивая руки вверх. Комната была красной из-за восхода солнца, девочка выползла из-под стола, наступая на хвост Консервы. Она зашипела и хлопнула по морде лютоволка, когда он заскулил и укусил ее руку. Она увидела, как связанная женщина-убийца спит посреди комнаты, и наклонила свою голову. Клео моргнула и снова зевнула, поворачиваясь к кровати. Она подошла к краю и увидела, что Палан следит за ее движениями глазами. Он сидел, прижавшись спиной к стене, его ноги лежали поперек живота спящей Риа.
Клео усмехнулась и потянулась, чтобы пощекотать нижнюю часть ног Палана своими острыми когтями. Прежде чем она добралась до них, Палан пошевелился и убрал ноги. Он зевнул и встал на кровать, заставив Риа застонать. Он спросил: «Чего ты хочешь?»
«Ничего», сказала Клео и улыбнулась ему, несколько раз моргая. Она замахала хвостом, сцепляя руки за спиной. «Я просто хотела узнать, действительно ли ты смотришь, или нет, когда спишь».
Палан вскочил с кровати и приземлился рядом со спящей убийцей. Он поднял ее за веревки, связывающие ее руки и ноги, и пошел к двери. Она пошевелилась, так как движение разбудило ее, и закричала, когда Палан вытащил ее из комнаты на улицу. Палан закрыл дверь, а Клео смотрела на него, разинув рот. Палан взглянул на нее. "Что?"
«Это ужасно грубо с твоей стороны, - сказала Клео и почесала щеку. «Ты мог бы ее сначала развязать».
«Доброе утро, Клео,» - сказала Риа и села на постель. Темные мешки виднелись у нее под глазами, она моргнула и взъерошила волосы, зевая. «Кто-то кричал?» Она моргнула и оглядела комнату. «Куда пропала убийца?»
«Палан вышвырнул ее,» - сказала Клео и указала на дверь. Риа протерла глаза и уставилась на Палана. Он пожал плечами.
«Нет смысла держать ее, - сказал Палан, обшаривая его сумку. Он нахмурился из-за отсутствия яда внутри. «Вероятно, ангелы не будут пытаться убить тебя средь бела дня».
Риа хмыкнула, когда она вылезла из кровати и подошла к углу комнаты со шкафом. Она вытащила свою одежду и стала переодеваться. Она расстегнула ремень на ее талии и повернула голову к Палану. «Ты убил лейтенанта Малака, пока я спал?»
«Нет,» - сказал демон, вытаскивая из своей сумки сияющий синий шар. Коричневый цвет полностью исчез. «Наемников было слишком много».
«Хорошо,» сказала Риа и кивнула, когда она надела кожаные штаны.
«Хорошо?» Спросила Клео, глядя на шар в руках Палана. Поверхность, казалось, извивалась, как будто он держал в руках шар воды. «Я думала, ты хотела, чтобы он умер».
«Вчера я была не в том настроении, - сказала Риа и застегнула рубашку. «Правильный способ справиться с лейтенантом Малаком - сообщить о нем капитану Исхиму». Она пригладила волосы и кивнула, закрывая дверцу шкафа, а затем подошла к стойке, взяв ее доспехи. «Законы существуют не просто так. Справедливость должна восторжествовать благодаря суду».
Палан положил шар обратно в сумку и взглянул на Консерву, который вылез из-под стола. “Все равно”, - сказал он. «Готов поспорить, он бы горчил». Демон размял свою шею. «Как и Анидан. Моя сила даже не увеличилась, после того как я съел его органы».
Риа вздохнула. «Не говори это публично», - сказала она, надевая свои доспехи.
«Я не глуп, - сказал Палан и привязал к спине топоры большего демона. Он похлопал себя по талии, убедившись, что кинжал Анидана все еще был там. «В конце концов, здесь только мы с тобой».
«Эй», - крикнула Клео и надулась. "Как насчет меня?"
«Ты не считаешься,» - сказал Палан и фыркнул. «Как и щенок.»
Клео скрестила руки на груди и уставилась на Консерву. «Почему ты идешь за этим парнем?» - спросила она, надув ее щеки. Лютоволк заскулил и лизнул ее лицо, заставляя оранжевого ящера закричать в знак протеста.
“Потому что я классный?” - спросил Палан и открыл дверь. «Очевидно». Риа закончила надевать свои доспехи, и была в процессе расчесывания своих волос пальцами. Она вздохнула, когда последовала за Паланом, который вышел из комнаты.
«Продолжай говорить себе это», сказала Клео, когда она села на Консерву, и повела волка на улицу. Связанной убийцы нигде не было, а улицы были пусты. Можно было увидеть несколько ангелов в доспехах, сидящих на стенах заставы, некоторые из них явно спали.
«Мы договорились встретиться в конюшне на рассвете», сказала Риа и зевнула, когда она свернула за угол. «Чем скорее мы покинем эту заставу, тем лучше я буду себя чувствовать». Группа направилась к конюшне, не отрывая глаз от окрестностей, хотя улицы были пусты. Они подошли к деревянной конструкции без промедления. Жером и Кармелла ждали, сидя рядом друг с другом на скамейке неподалеку. Они встали, когда увидели, как подошла Риа и поприветствовали ее.
«Оуэн не здесь?» Спросила Риа, жестом указав им, чтобы они стояли смирно.
«Он седлает лошадей, - сказал Жером и указал на деревянные двойные двери. Риа могла заметить мельчайшие движения теней внутри конюшни. Она кивнула.
«Как только Оуэн подготовит лошадей, мы отправляемся. Я больше не хочу видеть лейтенанта Малака. Риа вздохнула, когда она подошла к входу в конюшню и толкнула двери.
«Я не думаю, что вы снова увидите лейтенанта Малака», - сказал Оуэн, выведя лошадь на улицу. Темные отметины были вокруг его глаз, а щеки были впалыми. Он передал поводья Риа и зашагал обратно в конюшню, взяв седло по пути.
«Ты в порядке?» Спросила Риа у Оуэна, отступая назад. "Ты выглядишь усталым."
«Это ничего», сказал Оуэн и махнул рукой. Он зевнул, открыв дверь, и поместил седло на лошадь. «Мне просто было трудно спать прошлой ночью. Со мной все будет в порядке. Он подготовил лошадей и передал поводья всем остальным в группе. Когда он добрался до Палана, он нахмурился. "Что?"
У Палана на лице появилась ухмылка. Его нос дернулся, когда он уставился на ногти на руках Оуэна. "Ничего. Кажется, мне нужно пересмотреть мое мнение о тебе.
Оуэн нахмурил брови, но ничего не сказал, выведя последнюю лошадь из конюшни. Группа села на лошадей и направилась к северным воротам. Когда они двинулись, Палан проехал мимо Оуэна, чтобы поехать рядом с Риа, но не раньше, чем Оуэн сказал: «Я не знаю, как ты это узнал, но не говори леди Риа».
Палан выдохнул через нос и продолжил, словно не слышал, что сказал Оуэн. Клео наклонила голову. “Что ей не говорить?”
«Ничего,» - пробормотал Оуэн, глядя в лес. Он схватил вожжи его лошади так, что его руки побелели.