Глава 34

Оуэн стоял перед деревянными воротами с двумя топорами, лезвия которых покоились на земле, рукояти еле держались в его руках. Два синих ящера стояли на площадке над воротами с луками в руках. Они взглянул на Оуэна и нахмурились, узнавая топоры. Оуэн выпустил топор и поднял его забрало, опрокидывая голову вверх, глядя на ящеров. “Я пришел, чтобы увидеть Анидана. Я принес послание от его демона”.

У одного из ящеров мелькнул язык. “Ты один?”

“Да,“ сказал Оуэн и отпустил другой топор. Он выдохнул и размял плечи, прежде чем скрестить руки на груди. “Это важное сообщение. Нет времени. Анидан должен увидеть меня; я знаю, что вам ящерам не позволено входить в его резиденцию”.

Тот ящер, который заговорил с ним, почесал чешуйчатый подбородок, прежде чем кивнуть. “Я скажу вождю. Именно от него зависит, сможешь ли ты войти,” сказал он и спустился вниз сторожевой башни, его когти при этом погружались в дерево.

Лицо Оуэна расслабилось, и он снова вдохнул. Он взглянул на оставшегося ящера, который направил свой лук на него. Лук был сделан из черного, как смоль куска дерева, а тетива была сделана из сухожилия животного. Стрела была из аналогичного материала, что и лук, но ее наконечник был из серебристого металла. Оуэн нахмурился, когда солнце засияло, и он опустил забрало.

Когда прошло, как ему показалось, минут десять, два ящера подползли башне; один из них—охранник, который пошел за вождем—указал на Оуэна. Вождем был зеленый ящер, одетый в головной убор из красных перьев. Черная симметричная татуировка начиналась от его груди и проходила по рукам, и, в конечном счете, заканчивалась на его когтистых пальцах. “Ты ищешь нашего священного стража?” спросил вождь, когда он сузил свои черные глаза, глядя на Оуэна. “У тебя вооружение нашего воина. Где ты его достал?”

Оуэн снова поднял свое забрало. “Демон дал мне топоры, чтобы я использовал их в качестве доказательства моих слов”, - сказал он. “Армия, которую он повел, серьезно пострадала, и он попросил меня передать сообщение. Оно должно быть доставлено непосредственно Анидану; на кону жизнь ваших людей”.

Вождь нахмурился, когда его язык замелькал в его рту. Он посмотрел на Оуэна, почесывая свой подбородок. “Ты можешь войти, но сначала откажись от брони и оружия,” сказал он. Оуэн кивнул, отстегивая ремешок копья, и положил его на землю. Он расстегнул ремни, держащие его доспехи, и разделся сам, оставив кожаную сумку у пояса и тканевую рубашку с кожаными штанами. Вождь нахмурился. “Сумку оставь тоже”.

“Часть сообщения внутри”, сказал Оуэн и скрестил руки, выпячивая свою грудь. Он затаил дыхание, пока ящер охранник продолжал целиться в него.

“Хорошо, “ сказал вождь и кивнул. Он обратился к охраннику рядом с ним. “Открыть ворота и забрать его вещи”.

Оуэн вытер потные ладони о штаны, оставляя темные пятна на его бедрах. Скрежещущий звук раздался из-за дверей и, спустя несколько мгновений они распахнулись, раскрывая толпу ящеров на другой стороне. Их красновато-оранжевые тела были меньше, чем у их зеленых и синих аналогов. Они держали еще более мелких ящеров, вполовину своего собственного размера. Одна из небольших зеленых ящеров повернула голову в сторону, к той, которая держала ее за хвост, и спросила: “Почему папа не пришел домой?” Уголки рта Оуэна опустились, когда он прошел мимо толпы ящеров, следуя за обнаженным вождем с двумя вооруженными охранниками за спиной.

Часть города, которая была ближе к стенам, состояла из домов сделанных из дерева, грязь была разбрызгана по бокам. Их крыши были соломенными, а земля была голой, за исключением нескольких сорняков прорастающих из коричневой грязи. Ящеры и гоблины с металлическими кандалами вокруг лодыжек, на груди у которых было клеймо, обрабатывали землю каменными орудиями. “Они рабы?”

спросил Оуэн и приподнял бровь, когда он повернул голову в сторону вождя.

“Да, “ ответил вождь и кивнул, его губы искривились. “Наш воин приводит их обратно, чтобы помочь расширить нашу территорию. Зачем он дал тебе свое вооружение? Он в опасности?”

“Ситуация сложная”, сказал Оуэн и отвел глаза. “Он сказал, что может знать только Анидан”.

Вождь проворчал и щелкнул его когтями по чешуе на его голых ногах. Он кивнул и продолжил идти вперед. Они шли дальше и дальше к центру города, здания становились кирпичными. Крыши были из черепицы, а дорога между зданиями была вымощена камнями, но на улицах было пусто по сравнению с окраиной.

“Вот где живут наши воины,” заявил вождь, когда заметил, что Оуэн оглядывается вокруг. “Резиденция нашего священного стража впереди”. Он кивнул на холмоподобный валун в центре города, который был в окружении каменного забора. “Только гости стража могут зайти за эти стены”.

Брови Оуэна нахмурились. “Неужели гости приходят часто?”

“Нет. Это просто правила, которые мы создали,” сказал вождь, и его язык замелькал. “Мы не смеем вызывать гнев у нашего священного стража”. Вождь покачал головой и вздохнул. “Он просил беспокоить только при острой необходимости. Если ты рассердишь его, то только Элбегон сможет спасти твою душу”.

Оуэн фыркнул. “Вы переживаете? Уверяю вас, мое сообщение-это важно”.

Вождь уставился на лицо Оуэна на минуту, прежде чем кивнуть. “Он может различить когда ему лгут, мой мертвый отец может подтвердить это,” сказал он. “Когда он впервые прибыл, он объявил себя королем, и обещал принести нашему племени большую удачу, пока мы слушаем его. Мой отец не согласился, и хранитель убил его, лишь моргнув.”

“Вы его ненавидите?” Оуэн спросил, когда двое приблизились к каменным стенам.

“Нет. Он сделал то, что обещал,” ответил вождь. “Наше племя теперь самое большое во всем регионе, даже ангелы не смеют мешать нам после того, как наш воин убил их. Нашему стражу нужно было продемонстрировать силу, и моему отцу не повезло. Когда мы становимся старше, наши привязанности к другим—кроме наших товарищей—увядают. Я едва могу вспомнить, как мой отец выглядел”.

“Я понимаю,” сказал Оуэн и коснулся его рукой кожаной сумки у пояса. Его лицо ожесточилось, когда он посмотрел на валун. Дорога из кирпича вела от каменной стены к чернеющему входу в валуне. Вождь и два его охранника остановился перед стеной.

“Я буду ждать тебя здесь”, сказал вождь и скрестил руки на груди.

Оуэн кивнул и сделал глубокий вдох, ступая по кирпичной дороге. Вождь уставился на ангела, пока он шел, прежде чем его фигура скрылась в тени входа.