Том 5. Глава 166.1. Возвращение

Сун Цзынин посмотрел нa содержимое шкатулки, и у него моментально отвисла челюсть:

— Кристалл пустоты! Да еще и такой большой!

— Кристалл пустоты? — Цянь E вспомнил, что эта штука и впрямь излучала безостановочный поток изначальной энергии пустоты, когда он только ее нашел.

Седьмой Сун взял камень в руки. Его взгляд упал на ныне заполненное отверстие в кристалле, и юноша спросил:

— Что это? Инкрустация?

Цянь Е затем коротко рассказал ему о том, как нашел маленький кусочек кристалла в замке Виконта Портера, а после этого обнаружил большой в Черном Лесу.

Сун Цзынин кивнул:

— Я тоже не до конца все понимаю. Лучше будет позвать Наньгун Сяоняо. Она — настоящий специалист.

Сун Цзынин привел комнату в порядок, избавившись от следов, которые посторонним видеть не стоило. После этого он призвал подчиненных и приказал им подготовить место для спящей девочки и позвать Наньгун Сяоняо.

По словам двух парней, Чжуцзи была сиротой из уничтоженного человеческого поселения, которую Цянь Е подобрал в своих странствиях. Однако, увидев выражения на лицах служанок и подчиненных, Сун Цзынин начал чувствовать себя подавленно. Конечно, объяснение было довольно дурацкое, но почему никто даже не подумал, что это дело рук Цянь Е? Почему во взглядах окружающих ясно читается ‘мы все понимаем, не нужно объяснять’?!

Цянь Е, в свою очередь, в этот момент разразился еще одним приступом смеха.

Несколько мгновений спустя в комнату поспешно вошла Наньгун Сяоняо, моментально покраснев, увидев Цянь Е впервые за долгое время. Однако, прежде ем они успели обменяться приветствиями, взгляд девушки упал на предмет, лежавший на столе, и она моментально выкрикнула:

— Кристалл пустоты! Да еще и высшего качества!

Сяоняо кинулась вперед, схватила камень и начала внимательно изучать его, после чего неохотно положила на место.

— Для чего он используется? — спросил Цянь Е.

— Это источник кинетической энергии самого высокого класса, который только известен человечеству! — ответила девушка.

Лишь после подробного объяснения Цянь Е понял, что кристаллы пустоты были предметами, имеющими связь с определенной точкой в пустоте. В купе со специальным изначальным массивом, они способны стать источником бесконечного потока изначальной силы пустоты. Кристаллы появлялись лишь в особых условиях, а потому были необычайно редки. Подобную вещь можно было лишь найти случайно, целенаправленный поиск был бесполезен.

Самая большая польза от кристаллов пустоты заключалось в том, что они были компонентами кинетических котлов линкоров. Маленький, размером с палец, кристалл был способен подпитывать целый эсминец. Экземпляр, полученный Цянь Е, был невероятно большим и мог бы легко снабдить энергией крупнейшие авианосцы империи класса ‘Небесный Огонь’.

В настоящее время империя имела довольно маленький флот суперлинкоров: всего около дюжины кораблей. Подобная редкость была не из-за недостатка технологий или средств. Просто у имперцев не было достаточно кристаллов пустоты для создания кинетических котлов.

Имея такой большой кусок кристалла пустоты, империя сможет добавить к своему арсеналу еще один боевой корабль. Как-то раз, когда Вэй Потянь привел девушек из благородных семей в Черный Поток, Цянь Е собственными глазами увидел линкор регулярной армии империи. Казалось, словно целый городской квартал парил в воздухе, а ведь это был даже не корабль класса ‘Небесный Огонь’.

Однако, получив от Сяоняо подтверждение в подлинности кристалла, вдобавок к радости от того, что он нашел такое сокровище, Цянь Е был также немного расстроен. Было очевидно, что кристалл пустоты является одним из самых стратегически важных ресурсов, и с ним будет очень сложно обращаться. Эта не та вещь, которой может владеть кто угодно.

Поняв ход мыслей товарища, Сун Цзынин посмотрел на него и сказал:

— Я подумаю о том, как нам с этим разобраться.

После этого последовали спокойные деньки. Кровавая битва под Железным Занавесом продолжалась, и из донесений Одиноких Призраков и штаб-квартиры экспедиционной армии можно было ясно судить об ее напряженности и кровожадности. Однако, восстанавливающийся Черный Поток был словно тихая гавань, став прибежищем для множества людей.

Цянь Е все еще сомневался по поводу Дома Чжао. Он не боялся опасности, но похоже инстинктивно старался отстраниться от правды о случившемся в прошлом. Сун Цзынин, в свою очередь, больше не пытался убедить товарища, сконцентрировавшись вместо этого на подготовке Темного Пламени к войне. Юноша собирался воспользоваться неразберихой кровавой битвы и вторгнуться в пограничные районы темного народа, сравняв с землей соседние с Черным Потоком территории. Это позволит закрепить результаты, полученные во время экспедиции Цянь Е на запад.

Чжуцзи тем временем начала свою жизнь обычного человеческого ребенка, состоящую из еды и сна. Никто вокруг не находил в девочке совершенно ничего необычного. Однако, Сун Цзынина вгонял в уныние тот факт, что маленькая арахна сохранила привычку вешаться на него и называть его мамой. Лишь находясь рядом с Цянь Е, Чжуцзи вела себя не так, как остальные дети. Она моментально становилась более боязливой и послушной.

Стрелки часов находились где-то между тремя и четырьмя часами дня. Над головами людей как и прежде висел серый небосвод, а потому в это время в городе уже начинали зажигать огни.

Цянь Е прогуливался по Черному Потоку, наблюдая за изменениями в принадлежащем ему городе. В данный момент перед ним располагалась стройка, занимавшая целых два квартала. Большие паровые трубы загудели и начали передавать кинетическую энергию огромным машинам, которые были даже больше, чем здания по сторонам. На строительных лесах вокруг можно было увидеть бесчисленных рабочих.

Будь-то починка стен или реконструкция зданий, все работы в данный момент уже приближались к завершению. Вскоре весь ущерб, понесенный Черным Потоком, станет лишь упоминанием в исторических хрониках этого города.

Это был континент Вечной Ночи, темные и опустошенные земли, жители которых изо всех сил цепляются за свои жизни.

Цянь Е стоял на переплетении паровых труб и смотрел на городские огни вокруг. Затем юноша развернулся, и его взгляд устремился на дикие земли за пределами городских стен.